Архивариус (СИ)

Протего скинуть, и вмазать полукругом воды. Если у них нет артефактов, то добить. Если артефакты будут, то вмазать проклятием по самому резвому семикурснику. Студенты змеиного факультета точно что-то сделают. Буду аккуратным.
Заклинание защиты, развеял и с той же позиции продолжил следующее заклинание. Водяная волна вспыхнула и разлетелась полукругом. Самый резвый Слизеринец создал щит. Мэтью Трэверс снова ничего не успел сделать и его вновь впечатало в стену. Но на этот раз он ударился головой и кажется достаточно тяжело.
Заклинание трансфигурации и упавшие Слизеринцы оказались закованы в саркофаг. Вода — это прекрасный материал для трансфигурации. Теперь они не выберутся без помощи сильного мага. Так, противников намного меньше, но вот драка будет тяжелей.
Несколько несильных проклятий врезались в резвого семикурсника. На его пальцах вспыхнуло несколько перстней. Отразил. Тут мне пришлось смещаться в сторону и пропустить какое-то жужжащее заклинание у головы. Было опасно.
Разлитую воды трансфигурирую в большую стену льда. В следующее заклинание в нее врезалось мощнейшее заклинание. Осколки разлетелись во все стороны, а грохот прошелся эхом по коридорах. Это резвый семикурсник решил ответить. Могло быть очень больно.
Что дальше? Нужно оценить ситуацию. Так-то я уже вышел как минимум в нуль по репутации среди учеников. Это если бы она была мне нужна. Но сдаваться я не собираюсь. Значит так. Есть три с половиной противника. Резвый семикурсник со своим товарищем с этого же курса и два шестикурсника. Один попал под последствия уничтожения стены льда и пытался подняться. По его руке стекала кровь.
Значит так, прямой удар по слабому звену в виде шестикурсника. Это его вырубит, если на защиту никто не станет. Если будет защита, то дальше буду давить трасфигурацией. В последнее время она мне дается намного проще. А почему бы не войти в ближний бой на кулаках? Это вариант.
Магический таран, ударил по шестикурснику. Вот только никто не стал на его защиту. Мне показалось, что я даже услышал, как его кости поломались во многих местах. Следом я создал Протего и вовремя. Резвый семикурсник ударил молнией. А я еще думал, что боевые заклинания не будут использовать они. Хотя я сам начал первым. Щит лопнул, но сделал свою главную работу. Это дало время для следующего заклинания с мой стороны. Вода, вперемешку со льдом, мгновенно стал твердой словно каменная крошка. Дважды не думая, я запустил ее потоком по коридору. Никто не мог уйти без ранений. Мэтью Трэверс получил, как бы не больше других. Особенно повезло тем, чтобы были обездвижены трасфигурацией. Крошка не могла навредить им.
Последний шестикурсник сдулся от этой атаки. Особенно большой трансфигурированный камешек перебил ему колено, едва ли не оторвав ногу. Второй прошил руку на вылет. Осталось два семикурсника, которые каким-то образом объединили защиту. Хотя, я догадываюсь как это было сделано. Не дать им возможность перейти в атаку.
Еще один таран сорвался в полет. Слизеринцы не развеяли свой щит, и поэтому сдержали удар. Но я не собираюсь останавливаться. Таран, еще один тара, а затем третий и сразу же четвертый. Следом новое заклинание. Молния голубой вспышкой врезалась в щит. Он начал медленно осыпаться. Еще одна молния, продолжая разрушать защиту семикурсников. Снова сменил заклинание и их в них полетела черная клякса. Это заклинание я изучил из пособия для юного лорда. Щит мгновенно начала разваливаться, оставляя магов без защиты. Шах и мат.
Защититься они не успеют, атаковать тоже. Мощный экспелиармус летит в обеих.
Но тут из тьмы коридора вылетело заклинание, которое развеяло мой экспелиармус. Из прохода появился профессор Дамблдор, борода которого развеивалась. За ним была профессор Макгонагал, профессор Снейп, профессор Флитвик и мадам Помфри со своими медсестрами.
Я поднял палочку, показывая, что не собираюсь ничего делать. Профессор Сней подошел и попытался ее вырвать, но я не дал. Ловким движением руки, и совершенно неожиданным палочка оказалась и его глаза.
 
— Стойте, мистер Джоди, — прогремел голос Дамблдора. — Не стоит делать никаких поспешных действий.
Директор сразу же начал деескалировать ситуацию.
— Никто не будет забирать вашу волшебную палочку, — проговорил он.
— Хорошо, я понял, директор, — ответил ему и отвел волшебную палочку в сторону.
Главный медик Хогвартса сразу же приступила к своим прямым обязанностям. Ее помощницы качественно провели первую медицинскую помощь. Загнуться по пути они не смогут, так что загрузив всех на носилки они поспешили в медицинское крыло. Мне тоже провели первичную медицинскую проверку, но удача была на моей стороне и никаких ранений я не получил.
Тут подошел Филч, который с невероятной неприязнью смотрел на меня. Ну да, ему здесь убирать.
— В мой кабинет, — сказал директор после того как освободил студентов, которые были закованы в саркофаги из трансфигурации.
***
В кабинете директора Дамблдора была многолюдно. На кресле у стены, под портретами прошлых директор сидел Тимоти Джоди. Легкая запылённость одежды намекала, что его вечер прошел совершенно неспокойно.
За ним наблюдала профессор Спраут, которая больше всего была заинтересована в честном решении этой ситуации. У Омута Памяти стояли Альбус Дамблдор, Минерва Макгонагал, Северус Снейп, Филиус Флитвик и Аластор Грюм.
Всякие механизмы, артефакты и тихие перешептывания портретов создавали достаточно шумную обстановку. Она совершенно не позволяла расслабиться, хотя Тимоти Джоди выглядел так словно он и не волнуется. Его глаза была закрытыми и могло бы даже показаться, что он спит. Феникс, который был в сторонке с интересом рассматривал ученика, не показывая никаких эмоций неприятия.
Альбус Дамблдор использовал свою власть над замком и получил воспоминания одной горгульи, которая видела весь бой от самого начала до конца. Именно это воспоминание и было помещено в Омут Памяти.
Спустя некоторое время маги отошли от просмотра воспоминаний. Все были невероятно задумчивыми. Особенно сильно в этом деле отличался профессор Снейп. Если бы кто-то сейчас заглянул бы в его мысли, то удивился бы от того какими словами он покрывал своих тупых учеников. Загибам, которые были у него в голове, аплодировали бы самые старые боцманы. До него дошел слушок, что у шестого курса его факультета были какие-то терки с малочисленным шестым курсом Гриффиндора. Но чтобы дошло до такого…
Макгонагал, же светилась от удовольствия. Ей очень понравилось, как ее ученик невероятно тактически использовать трансфигурацию. Конечно, она видела, что ему не хватает опыта, но это дело наживное.
— Отличный будет боец, — сказал Грюм и оперся на палку. Это было все, что он только сказал. Большего и не требовалось. Своими мыслями он поделился во время просмотра воспоминаний горгульи.
Филиус Флитвик только кивнул на это. Конечно, с высоты своего опыта он видел слабые места в действиях гриффиндорца, но какой спрос может быть из ученика? Он сам вошел в силу, как дуэлянт, когда ему было уже давно за двадцать. В общем, заклинания и сам бой, что произошел профессору Чар понравился. Да и не было у него никаких предубеждение насчет этого ученика, так как он не мог не признавать, что его талант к магии только начал расцветать. Он был бы не против получить такого же ассистента.
Дамблдор уселся в собственное директорское кресло. В следующее мгновение перед ним появилась горячая чашка невероятно хорошо пахнущего чая и тарелка с лимонным мармеладом, который директор так любит.
— Ну что же, друзья, — проговорил директор после некоторого времени размышлений. — Что будем делать?
— Студент Гриффиндора не виноват, — проговорил Флитвик. — Студенты Слизерина решили, что смогут справится с ним. Оказалось, что они были совершенно не правы.
— Мне понравилось, как он уничтожил Мэтью Трэверса, — хмыкнул Грюм. — Помню, как его дядя визжал, когда я тащил его на нижний уровень Азкабана. Музыка для моих ушей.