( С )нежная королева для Властелина (СИ)

Понятия не имею, сколько прошло времени, но я, кажется, успела задремать. Из полудрёмы меня вывело скрипучее:
— Ну, хоть что-то!
Я вздрогнула, встала и более осмысленно посмотрела перед собой, чтобы обнаружить там… снеговика. Он был вполне себе стандартным: три снежных шара разного диаметра, крепко держались друг на друге и стояли на небольших снежках-ножках, а вместо рук-веточек у моего снеговика обнаружились лапки из снега. Нос-морковка по понятным причинам отсутствовал.
Пока я хлопала глазами и разглядывала слишком милого снеговика, с трудом достающего мне до колен, он беззубо улыбнулся. Был бы хвостик, кажется, он бы ещё и им повилял.
— Нам крышка, — обреченно выдохнула я, разглядывая совершенно безобидное существо из снега. Такой не то, что нас, он и себя-то не защитит. Может перелепить его в пёсика? Так он хоть за домашнего любимца сойдёт.
— Ничего, завтра ещё попробуешь, — впервые попыталась успокоить меня Вьюга. Видимо до неё дошла маленькая истина: провалюсь я, придёт конец и ей. Без охраны замок разнесут вдребезги вместе с источником магии, а эта ворчливая птица совершено точно зависит от него.
Больше сова ничего сказать не успела. Дворец задрожал, отовсюду полился звон, а моё сердце сжалось от плохого предчувствия.
— Без паники, — хрипло рыкнула Вьюга, разглядывая, как я подхватываю на руки своего снеговика и взглядом ищу, в какую сторону уносить ноги. — Это всего лишь сигнал о магическом вестнике.
Выдохнув, я прижала крепче к груди завозившегося снеговика и неуверенно переспросила:
— Почта?
— Именно. Кто-то прислал нам письмо, — ответила сова и, улетев, оставила меня наедине со своим возмущением.
Боже, да у меня так и сердце остановится от страха! Кто вообще в здравом уме делает обычное оповещение больше похожим на пожарную тревогу? Такими темпами из-за стресса мои волосы быстренько станут белоснежными.
Посмотрев на снеговика, увидела, что он всё это время рассматривал меня, вскинув голову вверх. Как только он понял, что я смотрю на него, мне досталась ещё одна искренняя улыбка, которая как ни странно помогла немного успокоиться.
Вздохнув, я поставила этот снежный комок на пол, размышляя над тем, как дальше жить. Честно говоря, у меня уже голова шла кругом, но я старалась держать себя в руках. Какой толк от истерик? С их помощью я смогу заработать только очередную оплеуху от вредной совы. Кстати о ней.
Вьюга вернулась довольно быстро и принесла в клюве письмо. Отдав его мне, она опять умостилась на моём плече и неожиданно спросила:
— Слушай, а звать-то тебя как?
— Майя, — отстранённо ответила, срывая сургучную печать. Плотная бумага немного хрустела и очень приятно пахла лесом. Было дико держать нечто подобное в руках, но у таких сообщений имелось своё очарование, не идущее ни в какое сравнение с электронной почтой.
— Странное имя, — протянула Вьюга, вновь принимаясь меня рассматривать.
Пожав плечами, я решила поспорить:
— Обычное имя для девочек, рожденных в весеннем месяце мае. Может редкое, но точно не странное.
— Весеннее? — переспросила Вьюга и… кажется, рассмеялась. Не знаю: принимать ли этот лихорадочный клёкот за смех или же и вовсе за совиные проклятья, но мне стало не до поведения вредной совы, потому что я вчиталась в ровный почерк.
Кажется, у меня задёргался глаз. Пришлось зажмуриться и посчитать про себя до десяти. Потом медленно поднять ресницы и убедиться, что зрение меня не подводит.
— Вьюга, — бесцветным голосом начала я, — кажется, у нас серьезные проблемы и мой снеговик от них не спасёт.
Сова вытянула голову, видимо вчитываясь в содержимое послания, а потом закашлялась. Натурально так, будто подавилась очередной язвительной фразочкой.
Когда Вьюге удалось восстановить дыхание, она прохрипела:
— А ты часом не проклята? На моей памяти ещё никому настолько не «везло» как тебе.
Вот спасибо. Утешила от души, называется.
С грустью посмотрев на подпись гласившую: «Властелин Тьмы Адриан ист Деркилл» ещё раз пробежалась по тексту послания и вновь прочитала между строк негласное объявление войны.
   
Глава 4
 
Адриан
Прохладный ветер обдувал моё хмурое лицо пока я стоял на балконе. Это было очень кстати, потому что кожа уже начинала гореть от злости.
Согласилась… Она. Согласилась.
Пергамент со скромным ответом и подписью «Снежная Королева» вспыхнул в моей руке. Чёрно-золотые языки пламени быстро справились с ответным письмом не такой уж и предсказуемой женщины, но буря во мне оказалась куда упрямее клочка бумажки. А как было бы славно рассыпься пеплом ни он, а весь замок правительницы Ледяных Пустошей. Можно даже от моего огня.
Мне всего-то и нужен крохотный кусочек никому не нужной земли. Может всё же стоило попросить продать его? Ну да, и вызвать этим неподдельный интерес Снежной Королевы. Даже самый богатый правитель не отдаст просто так и горсть золота за бесполезную территорию. Потому как лучше пустить эти деньги на развитие страны или же на очередной бочонок эльфийского эля — у каждого правителя свои приоритеты.
И ведь даже условия брачного контракта не оттолкнули Элению от моего предложения. Неужели то, что это предлог, оказалось слишком очевидно? Но даже если так — с той силой, которой обладает Снежная Королева, какое ей дело до угрозы в моём лице? Откуда ей знать, что ледяная магия против меня бессильна? И что толкнуло эту бесстрастную женщину на такой шаг?
Если бы мне только дали повод, а так… у меня связаны руки. Чтоб этому Мамону икалось до конца его дней! Я имел дело со столькими демонами, но позволил именно этому обвести себя вокруг пальца — из-за его высокого ранга проклятье не обойти. Теперь каждый раз приходится ждать, чтобы меня ударили первым и лишь после этого вступать в бой. Как же хлопотно.
Отвернувшись от закатного пейзажа, я вернулся в кабинет и зыркнул на Эшесса. Вампир, несмотря на абсолютно непроницаемое лицо, показался мне слишком довольным.
— Это ты виноват, — процедил я глядя на Эшесса, — всё из-за твоих слов.
Вампир покорно опустил белоснежную голову и подобострастно ответил:
— Но, господин, моя раса не сильна в предсказаниях.
— Зато проклятья ваш конёк, — припечатал я, направляясь к креслу у камина. Работать в таком состоянии, только измываться над подчинёнными. Лучше остыть, взять себя в руки и только потом браться за дело. Так будет куда эффективнее.
Эшесс бесшумной тенью последовал за мной, но садиться во второе кресло он не стал, а замерев слева от меня произнёс:
— Мои слова ничего под собой не несли.
— Знаю, — вздохнул, немного успокоившись. После чего я признал очевидное: — Просто не очень приятно запутаться в собственных сетях. К тому же меня задевает, что какая-то снежная женщина оказалась сильнее моей способности анализировать и предугадывать действия противника.
Кто-то зовет это «немагическим предвидением», кто-то «чутьём», но для меня это всего лишь логические выводы. И они меня крайне редко подводили. Даже сейчас что-то дёрнуло меня в последний момент, и я передумал отсылать лишь письмо с предложением.
— Эшесс, подай брачный договор. — Вампир без лишних слов исполнил приказ. Но понаблюдав за тем, как я достаю перо, Эшесс вежливо спросил:
— Ваша невеста настояла на некоторых изменениях?
Тьма заклубилась, уплотняясь в подобие небольшой столешницы, и замерла передо мной в воздухе. Лист с контрактом опустился на неё, а я протянул:
— Нет, как ни странно. Эления пожелала кое-что добавить. — Золотой наконечник пера задумчиво постукивал по пергаменту, пока я размышлял вслух. — Всего два пункта. Первый: жить мы будем на границе Даристра и Ледяных пустошей. И второе: никакого насилия в нашем браке. — Тут я не удержался и усмехнулся: — Видимо даже во дворец королевы дошли слухи о том, какое я чудовище. Тогда становится ещё непонятнее… Зачем она вообще согласилась? Её даже не смутило, что по контракту вместе мы будем проводить лишь месяц в году, а всё остальное время каждый волен жить, где пожелает.