Неудачный персонаж (СИ)
— Иди ко мне, низший.
Обернувшись, я напоролся на этот взгляд и… застыл.
— Подойди, — повторил Князь гулким, низким голосом. Даже как-то ласково.
На вас наложили эффект “Подчинение”!
Вы временно лишены контроля над персонажем.
Мои ноги, которые я перестал чувствовать, шагнули назад — к удовлетворенно ухмыльнувшемуся вампиру. Инквизитор, которого я поддерживал, заворочался и промычал что-то слабо, но шагнул со мной вместе. Видимо, эффект действовал и на него тоже.
…А потом раздался чмокающий звук — и в глазнице у Князя появилась стрела. Он покачнулся назад и взвыл, а на меня обрушился поток ощущений, как будто щелкнули тумблером: ноги снова были мои, вода опять была мокрая. А еще на меня орали!
— Быстрей, дебилы!! Чо встали?! Дегенераты!
Мари, возникшая из теней, буквально впихнула нас с герцогом в данж. Мне кажется, она даже дала Гильермо под зад коленом. И протиснулась вслед за нами.
Глава 23. Звёздный путь
…Продолжая поддерживать инквизитора, я завертел головой. Пещера, в которой мы оказались, была намного обширнее, нежели наш “предбанник”. Посредине текла река, и сделав пару шагов, я почувствовал ощутимый уклон: чем дальше, тем глубже. Без лодки придется туго…
Едва мы попали внутрь, за спиной раздался каменный скрежет. Проход закрывался за нами, оставляя преследователя позади. Фух-х… Вода вновь забурлила, а течение реки будто усилилось.
Я, инстинктивно пытаясь ухватиться за что-нибудь, зашлепал свободной рукой — и вскоре Амра с Лухраспом вытащили меня и Гильермо на берег. Ну как на берег… На узкий скальный карниз. Эльфийка, закинув лук за спину, взобралась на него сама. Снова невольно вспомнив, как Марианна “подрезала” у нас класс разбойника, я хмыкнул. Однако в этот раз она использовала свои абилки как нельзя более кстати, надо признать. Я был готов изменить мнение о взбалмошной поэтессе: кажется, наша снайперша действительно переломила себя, и теперь ей можно доверить прикрыть спину.
…Впрочем, в этот момент Мари, завизжав как резаная, с шумом грохнулась в воду. Гасан выругался, инквизитор помянул Мирта, под потолком заметалась стая летучих мышей. Эльфийка, барахтаясь, указывала на вход, безуспешно пытаясь вытянуть из-за спины лук.
Проход в данжен закрылся не до конца. Из узкой, шириной со спичечный коробок щели, рассекающей толщу скалы, торчали большие, жуткие костлявые пальцы с когтями, как у хищной птицы. Когти скребли камень, оставляя глубокие борозды. А щель снова медленно расширялась.
Быстрее и ближе всех к входу оказался Амра.
— Стой! — крикнул ему инквизитор, но пират решительно прыгнул обратно в воду и, не жалея оружия, наискось рубанул кончиком ятагана.
Четыре пальца упали в воду, как созревшие плоды с дерева. Брызнула темная кровь…И щель, оставив где-то с той стороны рев Князя, все же закрылась.
— Да, скорее, все-таки не инстанс, конечно, — сказал РыбНик. Я, шагнув к нему, вырвал из лап полудемона чемоданчик и хотел было выпалить все, что думаю, однако Гильермо, вцепившись в мое плечо, закричал:
— Ловите! Ловите!
Я не сразу понял, что он имеет в виду пальцы.
Отсеченные кусочки конечностей упыря продолжали жить своей жизнью. Ну или не-жизнью, если цепляться к словам. На моих глазах кусок указательного, болтающийся в кровавой пене, превратился в здоровенную многоножку, которая очень бодро поплыла по течению прочь от Амры — к трещине в скальном выступе, явно надеясь там сныкаться.
— Вон там! — показал я пирату.
Тот обернулся, сориентировался, хотел еще раз разрубить тварь ятаганом, но вовремя сообразил, что не стоит. Вместо этого он подхватил ее лезвием и швырнул нам, наверх, а Лухрасп придавил сапогом. Амра завертелся по пояс в воде, выискивая, куда подевались еще три пальца. Бесполезно… Река продолжала нести свои воды, течение было довольно-таки ощутимым, и шансы обнаружить искомое таяли с каждой секундой.
— Что с этим делать? — спросил я у инквизитора.
Гильермо разглядывал многоножку с выражением крайнего отвращения и ненависти. Причем, когда он перевел взгляд на меня, лицо у него изменилось не сразу.
— Сжечь, — ответствовал инквизитор. — Других вариантов нет. Я… слишком слаб, чтобы сделать что-то еще, а времени у нас слишком мало.
— Сжечь мы тоже не можем, — ответил Лухрасп. — Дров тут нету, а голой магией… Не потянет это Гасан, не говоря уже про рогатого. Разве что подкоптят только.
— Верно, — по лицу Гильермо казалось, будто он пьет уксус. — Но прикончить эту тварь нужно. Иначе она может создать проблемы впоследствии.
— И? — спросил я.
— Съешь ее, — посоветовал его светлость и тут же зашептал, посмотрев в потолок:
— Прости меня, Мирт, за такие советы!!
— Что ты сказал??
— Я сказал — сожри эту тварь! — рявкнул герцог. — Что тут непонятного?
— И что будет?
— Частичка силы нашего врага перейдет к тебе. А он, что важнее, ее лишится.
— Эм, — сказал я. — А что, так можно было?
— А как, по-твоему, живет твое прОклятое племя? — казалось, взгляд инквизитора сам мог бы воспламенить. — Одни жрут других. Правда, слабому сожрать сильного удается… в редчайших случаях. А уж такому, как ты — такого, как он… Даже кусочками… — он опять скривился. — Я не слыхал о подобном. Я сказал бы, что тебя наградил сам Грим… только это было бы богохульством. Нельзя называть удачей получение этой мерзейшей силы. Но это лучший выход сейчас… Ешь!! Потом я отмолю и тебя, и свой богохульный совет. И наложу на тебя епитимью.
Что такое епитимья, я помнил смутно, но перспектива вовсе не радовала. Однако я счел за благо воздержаться от комментариев. Присел, выдохнул, и преодолевая брезгливость, крепко ухватил многоножку поперек тулова. Это всего лишь игра.
Тварь извивалась у меня в пальцах, щекоча кожу лапками. Обычное насекомое… Хотя, кажется, многоножки — это не насекомые… Красноватый отлив черного тельца, заметный даже в тусклом свете пещеры, цеплял взгляд и вызывал инстинктивное сильное беспокойство.
“Обычное насеко…” — продолжил внушать себе я, а потом, не закончив в голове фразу, кинул существо в рот и быстро заработал челюстями. Всегда так делаю в случаях, когда нужно на что-то решиться, — сам себе заговариваю зубы, чтобы просто взять и сделать это. А иначе буду долго резину тянуть.
Перед глазами как будто опять скастовали вспышку! — настолько внезапно посыпались яркие строчки логов.
Вы получили уровень!
Ваш уровень: 5.
Очков для распределения: 5.
Вы получили уровень!
Ваш уровень: 6.
Очков для распределения: 5.
Вы переняли случайное умение: “Левый наруч крови”.
Вы получили уровень!
Ваш уровень: 7.
Очков для распределения: 5.
Я с кряхтением поднялся с земли. Магистр продолжал на меня хмуро смотреть.
— Не радуйся дармовой силе, мальчишка! — резко заявил он. — Нету в ней блага… Да и времени разбираться с ней у тебя нет.
— Ага, — согласился я, вливая в выносливость и здоровье сразу по три очка.
Как же кстати, черт побери, как же кстати… Я ведь почти загнулся с этой ржавчатой лихорадкой и Светлой магией… А вот остальные очки действительно буду распределять потом. Левый наруч крови, что еще за фигня… мне бы что-то из ветки скрытности или анимализма…
Стоп! Отвернувшись от инквизитора, я кинулся вдоль реки, внимательно в нее всматриваясь.
— Алчность — грех! — завопил тот мне в спину. — Удовольствуйся малым, студент, не ищи больше темной мощи! — Он подумал, что я, позабыв о цейтноте, решил все-таки выловить три других обрубка.
Но искал я не их.
— Хвост! Хвостик!!
…Крысеныш, первым заплывший в данж, обнаружился в трех десятках метров от нас. Из стен и из потолка тут торчали какие-то корни, спускающиеся в воду. Зверек зацепился за них и барахтался, суча лапками. Я съехал по толстому корню вниз и схватил своего питомца.