Неудачный персонаж (СИ)
И я потянул. Рычаг поддался, и послышался скрежет: плита медленно ушла в стену. А потом скрежет раздался еще и сзади — только резкий! Подскочив, я волчком развернулся: путь назад был перегорожен. Снова бросился к рычагу — тщетно! Теперь мы могли двигаться только вперед.
“Срединный” лабиринт данжа, открывшийся за плитой, имел иную структуру: меньше длинных проходов, перекрестки на каждом шагу. Он был чем-то средним между, собственно, лабиринтом и залом с колоннами. И я как-то сразу вспомнил, что еще обязательно есть в подземелье, кроме ловушек и лута. Мобы. Нет, отнюдь не только финальный босс. Даже если последний взял и ушел… его гвардия тут.
Это было ясно по звукам, что исподволь начали вытеснять глухую подземельную тишину. Шуршание и попискивание. Я мысленно застонал. Захотел халявы, упырь? Не бывает так.
Повернулся к спутнику.
— Звать-то тебя как? Можешь чего-нибудь в плане магии? Там, кажись, пачка крыс впереди. Как минимум…
— Для тебя, новобранец, я великий магистр, — усмехнулся узник лабиринта. — Но можешь называть меня просто сир. Ну или ваша светлость герцог Форкон, если по дворянскому титулу. И не вздумай больше грубить! Первый раз я тебе простил как спасителю и новичку, не знающему, кого он встретил.
Я аж подавился язвительным комментарием, и, наверное, к лучшему. Если непись сейчас включит режим оскорбленного достоинства, союзника я потеряю.
— Оке-е-ей… — выдавил я. — В смысле, я вас услышал. Но нам нужно двигаться дальше, есть чё по заклинаниям… мессир?…А вообще, ваши четки бы вам тут кстати пришлись, наверное! Только они у полудемона…
— Не знаю, о чем ты и при чем тут демоны, — нахмурился инквизитор, — но мои силы едва-едва начали восстанавливаться…Крысы! Раньше я даже не заметил бы их: сгорели бы в ауре святости. А сейчас она будет ничтожно слабой… Спасибо тебе за урок смирения, о Мирт!
— Так, ауры отметаем. А если работать по одной крысе, а не по площади?
Его светлость ажно скривился, услыхав от меня предложение “паровозить” крыс, но упирая на смирение, я все-таки выяснил, что он готов пулять по противнику “Стрелой Света”, имеющей для бывшего пленника откат в несколько минут. Той самой, что впоследствии прокачивается в “Святую молнию”. Я понятия не имел, насколько крысы тут толстые, но урон у “стрелы” в исполнении бородача был приличным. По его словам. А еще, надо полагать, от нее (если я нахожусь поблизости) я тоже должен был получить урон Светом, ну а мой напарник — опять ослепнуть.
— А есть у тебя, новобранец, оружие, чтобы я его освятил? — с надеждой спросил инквизитор. — Я могу усилить урон от касания клинком! Особенно для всяческой нежити: полагаю, крысы-то тут непростые!
Я показал ему Коготь, но освящать, услыхав про “касание”, не дал. Еще не хватало, чтобы тот у меня самого начал жизнь отнимать. Впрочем, бородач и сам не остался в восторге от Когтя.
— Оружие воина Света — меч, а еще лучше — молот! — наставительно произнес он. — А не вот это вот… Стало быть, ты, используя светлую магию, сам же от нее и страдаешь?
— Естественно, — буркнул я.
Инквизитор покачал головой и пробурчал про себя что-то вроде “понаберут по объявлению на сельской площади”. Но потом внезапно хмыкнул и с интересом посмотрел на меня.
— Хотя… Ванесса Кроткая учит нас, что причинение себе страданий во имя благой цели есть благо. Не думал об этом, упырь?
— Нет, — односложно ответил я.
Когда философскую проблематику пытались ввести в стереотипнейшую онлайн-игру, это всегда виделось мне какой-то шляпой.
— А зря, — возвестил инквизитор. — Возможно, ты мог бы принять соответствующий обет во имя кого-то из Светлых — и превратить свое проклятие в источник силы.
Вот тут я навострил уши.
— В самом деле? А как это можно сделать?
— Впрочем, я не уверен, — тут же пошел на попятную инквизитор. Интерес на его заросшей физиономии сменился уже привычным сомнением в мой адрес. — Раньше я даже сказал бы, что это ересь, — причем сказал бы немедленно! Ведь передо мною упырь… Трехсотлетнее заключение повлияло на мой разум, определенно… Нужно будет провести цикл духовных упражнений…
Я вздохнул.
— Ладно… Ваша светлость, похоже, нам остается лишь просто идти вперед. Толкового плана мы не составим. Будем ориентироваться по обстоятельствам.
— А я говорил, что ты зря потакаешь соблазну, — встопорщил бороду инквизитор. — Но что толку теперь посыпать главу пеплом? Движемся дальше, во имя Светлых, с надеждой в сердце!
— Лучше бы за рычаг не торопил дергать, — проворчал я, подумав, что этот гроссмейстер, при всей нелепости своего поведения, неплохой мужик. Конструктивный.
Мы медленно двинулись вдоль колонн. Ага! Вскоре впереди обозначились очертания здоровенной — с дворнягу размером! — крысы, топтавшейся на очередном перекрестке. Дальше по коридору угадывались очертания еще парочки.
— Стой! — шепнул я. — Я сейчас попытаюсь ее подманить. Магию Света пока не используй, а то вся стая сбежится, — и, пройдя еще пару шагов вперед, я осторожно постучал по камню когтями. — Кыс-кыс!
Крыса негодующе пискнула и бросилась на меня — я немедленно отступил назад. Хвала Светлым! Другие крысы не “сагрились”.
…Я вот не знаю, как другие играют. Но лично для меня бить врукопашную крысу размером с собаку, находясь где-то в темной затхлой гробнице глубоко под землей, в компании мужика, который около трехсот лет не мылся, — так себе развлечение. Это на старых плоских экранах делать было прикольно, а вот с эффектом полного погружения… как по мне, есть способы намного приятней провести время.
Поэтому, стараясь не подпускать крысу, я плюнул. Лучше сам себе нанесу урон, чем она в руку вцепится.
…И промазал. Крыса ловко отпрыгнула в сторону от сгустка крови, который растекся по полу, и заверещала еще агрессивней. Но внезапно замолкла. Остановившись, она… шустро принялась слизывать кровь с каменных плит. А потом подняла хвост пистолетом и гарцующей походкой направилась прямо ко мне, но уже с совершенно иным выражением морды — радостным и приветственным.
— Тьфу! — воскликнул магистр. — Богомерзкая магия крови!
Но его плевок крысу совершенно не заинтересовал. Подбежав, она стала на задние лапы, поставив передние мне на штанину, и требовательно запищала. Я с трудом заставил себя стоять неподвижно.
— Еще хочешь?
— Пи-и-ип!
Над взъерошенной головой грызуна высветилось:
Крыса-прислужник, 4 ур.
Хотите напитать прислужника кровью?
Да/Нет
По совести говоря, я разделял мнение инквизитора. В баню такие механики да и таких персонажей… как я. Но выбирать мне не приходилось.
— У меня у самого мало! — предупредил я крысу. — Последний раз!
И аккуратно сплюнул в сторонку. Крыса, заставив меня шарахнуться, а инквизитора — воздеть угрожающе худые грязные руки, прыгнула и, клацнув пастью, на лету проглотила кровавый сгусток.
Вы применили умение “Плевок кровью”.
Вы получили урон: -2,6
“Плевок кровью”: +0,03.
Крыса-прислужник достигает 5 ур!
Хотите напитать прислужника кровью?
Да/Нет
— Пи-и-ип! — тварь снова требовательно таращилась на меня.
— Вот оно, значит, как… — пробормотал я. — Вас что тут, не кормят?
— Пи-и-ип! — завопила крыса, и усы ее затряслись. — Пи-и-ип!
Я готов был поклясться, что это значит “Кишки сводит, начальник!!” или что-то в таком духе. Затем, развернувшись, крыса скачками бросилась прочь. Мы с инквизитором смотрели друг на друга, как два дурака.
— Что это было? — вопросил я. — Ну кроме того, что богомерзкая магия крови, это я понял. Можете пояснить, ваша светлость?
— А что тут пояснять? — пробормотал бородач. — Странный ты упырь… Каждый молокосос в Ордене знает: ваше племя размножается не как люди. Семя у вас бесплодное, хотя девок портить иные горазды. Зато вливаете свою колдовскую кровь другим. Если разумному влить — человеку ли, эльфу, гному, неважно, — тоже может упырем стать. Если животному — получит толику силы и разума, станет прислужником. А уж как это будет выглядеть — зависит от самого упыря, его способностей, крови, магии… У этого, здешнего, прислужников целый полк. Не только крысы, есть твари и покрупнее. У него ж сил немерено… с тобой не сравнить, — закончил он, снова смерив меня скептическим взглядом.