Зимнее чудо: истинная для оборотня

– Это не больница, – прошептала Лада, ее голос был охрипшим и ломким. – Это какой-то хоспис класса люкс. Но откуда у родителей столько денег?
И тут, словно вспышка фотоаппарата, в ее памяти мелькнуло воспоминание. Яркое, резкое, болезненное, разворачивающееся, как в замедленной съемке, в подробную, ужасающую сцену. Вот она подходит к пешеходному переходу. Он освещен скудно, лампочки перегорели дня два назад, а городские службы не удосужились их заменить. Темно, да еще и дождь льет, превращая асфальт в черное зеркало.
  
Лада никогда не переходила дорогу, уткнувшись в телефон, а сейчас и вовсе удвоила внимание. Но дорога была абсолютно пуста. Фары машин мелькали где-то вдали, так что она спокойно ступила на переход. Но никто не мог предугадать, что через тротуар, ломая кусты, пронесется здоровенный джип.
Огромные ярки фары ослепили Ладу, раздался визг, джип занесло, а потом стало больно. Настолько больно, что она отключилась, а в себя приходила только на короткий миг. И всегда в это время видела каких-то людей. Ее затуманенному мозгу они казались не то волшебниками, не то ангелами. Они склонялись над ней, что-то шептали, их руки светились, а ее тело будто обволакивал целебный туман.
Вполне возможно, что свечением ей казался свет ярких ламп в операционной. Известно, что от наркоза мозг выдает всякое разное.
– То есть я не заболела, – всхлипнула Лада, ее голос дрожал. – Меня сбила машина. Вот теперь все встало на свои места. А оплачивать мое пребывание здесь, получается, заставили водителя. Несчастный случай.
Мысли, наконец, выстроились в относительно логическую цепочку, но от этого легче не стало. Наоборот. Осознавать, что на всю жизнь останешься инвалидом… Больше никаких прогулок и поездок. Только на коляске, только под присмотром. Постоянно будет требоваться забота даже по самым элементарным вещам. Бедные родители! Как они переживут такое?
Ладе нестерпимо захотелось пообщаться с лечащим врачом. Ей нужна была вся правда! Не нужно ее жалеть и кормить несбыточными обещаниями! Но как вызвать кого-то из персонала?
Палата, судя по виду, очень дорогая, эксклюзивная, значит, должна быть кнопка вызова. Ага, только как ее нажать? Она едва может шевелить пальцами на руках и все.
– А разве на мне не должны быть датчики? – спросила Лада неизвестно кого. В фильмах всегда, когда пациент приходит в себя, начинают пищать приборы, показывая жизненные показатели. Но в этой странной комнате стояла удивительная тишина. Никаких писков, никаких шумов аппаратуры, ни одного привычного звука, кроме едва слышного шелеста листвы за окном.
– Ну и где я? – ответ на этот вопрос ей хотелось знать немедленно.
 
Глава 3. Лада
 
Через несколько минут Лада поняла, что плакать было плохой идеей. Нос заложило, и дышать стало невозможно. Она хватала ртом воздух, злясь, что не может воспользоваться салфеткой. Беспомощность просто угнетала.
Лада от души хлюпнула носом.
Медленно повернула голову налево и как смогла потерлась о наволочку, потом повернула голову направо и повторила маневр. Получилось немного стереть слезы. Проморгавшись, Лада смотрела в окно.
Там шумели кронами деревья, а по высокому голубому небу плыли невероятно белые и пушистые облака. Напрашивался вывод, что это заведение, чем бы оно ни было, находится за городом.
– То есть я буду разглядывать эти облака до конца моих дней, – печально произнесла Лада.
Погруженная в невеселые мысли о своих перспективах на жизнь, она не заметила, что в комнату вошел мужчина.
– О, ты очнулась! – так радостно воскликнул он, будто выиграл квартиру в лотерею.
– Ааааа! – испуганно закричала Лада от неожиданности.
Быстро повернула в голову. Ожидаемо, голова закружилась и в глазах потемнело. Лада зажмурилась, пережидая приступ тошноты.
– Милая моя, тише! – озабоченно произнес мужчина. – Не нужно так пугаться. Все хорошо.
– Все плохо, – уверенно заявила Лада, распахивая глаза.
Возле кровати стоял пожилой мужчина. Он смотрел на нее с теплотой в темных глазах. Мягкая улыбка пряталась в седой окладистой бороде. Чем-то он напоминал сухопарого деда Мороза, одетого по моде фэнтезийных фильмов: на темно-синий, почти черный костюм была накинута черная мантия.
– Все еще хуже, чем я думала, – с мрачным спокойствием произнесла Лада. – Вместо врача всякие маги мерещатся.
На мужчине должен был быть белый халат, а не мантия.
– Милая, ну что за мрачное настроение? – разулыбался добродушный старичок. – Все настолько прекрасно, как я сам не ожидал, но очень надеялся. Милая, ты меня узнаешь?
Почему-то Ладу этот вопрос разозлил. Жизнерадостный старичок просто бесил этой жизнерадостностью. Что еще за спектакль? Какой-то инновационный метод лечения, чтобы больным было веселее лежать?
– Первый раз вижу, – совсем невежливо отчеканила Лада.
– Прекрасно! – хлопнул в ладоши радостный старичок. – Просто прекрасно. Даже превосходно, я бы сказал!
«Похоже, у него проблемы с головой», – мрачно подумала Лада. И может, в этом… кхм, заведении содержатся не только лежачие, но и с проблемами с психикой. Она с подозрением смотрела на старичка, ожидая чего угодно. Хорошо, если у него нет намерений навредить ей. А то защитить себя она не в состоянии. Это пугало и очень злило.
Как там правильно разговаривать с психами? Во всем с ними соглашаться?
– Имя Айрис тебе что-то говорит? – все с той же придурочной улыбкой спросил старичок.
– Нет, – ответила Лада. – Первый раз слышу. А вы кто?
– Ректор, – ответил старичок, укрепив Ладу в уверенности, что он псих. Хорошо, если безобидный. – Но сейчас не обо мне. А Земля и машины какие-то ассоциации вызывают? Ты знаешь, что такое смартфон?
– Ну да, – Лада очень удивилась. – Конечно, знаю. Извините, а вы можете позвать главврача? Или хотя бы медсестру. Пожалуйста. Понимаете, мне очень надо, – проговорила с напускным стеснением. Ей очень хотелось отправить этого ректора-ролевика за кем-нибудь адекватным.
– Главврача у нас нет, – радостно ответил старичок. – А самый главный здесь я. Впрочем, профессора Хьюлингс позвать нужно. Она будет в восторге! До последнего не верила, что у нас все получится.
– Получится что? – с каждой секундой Лада настораживалась все больше. Где там носит персонал больницы? У них пациенты разбежались!
– О, моя милая, – покачал головой самозванный ректор, – сейчас я приглашу Хьюлингс и мы тебе все расскажем. Так, минутку.
Лада подумала, что старичок побежит куда-то звать даму с трудной фамилией, но он сделал какой-то пасс руками и с его пальцев сорвалась золотистая искорка, шустро шмыгнувшая к двери. Искорка просочилась в замочную скважину и была такова.
– Милая, ты помнишь, как тебя зовут? – спросил старичок.
– Лада, – ответила Лада. – Лада Игоревна Синицина, двадцать пять лет.
– Чудесно! – восхитился старичок. – Лада чудесное имя. Такое милое и нежное. Тебе очень подходит. Но придется его забыть, – ошарашил ее с самым добродушным видом.
«Точно – псих, – Лада была уже в этом уверена. – Похоже, бывший фокусник»
Она очень надеялась, что этого пациента уже хватились и ищут. От страха и злости откуда-то взялись силы, и у нее получилось чуть передвинуть левую руку. И это тут же заметил старичок. Впился в ее руку взглядом.
– Тебя уже и тело слушается? – его глаза заблестели просто фанатично. – Да где там Аманда?! – рявкнул он. – Чем таким важным может быть занята? Важнее этого не может быть ничего!
Сейчас голос старичка не был радостным, там звенел металл. Да и сам старичок выглядел грозно, как человек, привыкший командовать.
  
Лада затаилась. И правда, где там эта Аманда? Может, это врач, а у старичка в кармане спрятана какая-то кнопка беспроводная. Кто его знает.
– Доуглас, у нас новости?! – взволнованно спросила высокая крупная женщина, резко распахнув дверь. Брючный костюм из темно-зеленой ткани плотно обтягивал ее фигуру, пуговицы на груди едва держались в петлях. – Ох, она очнулась! – женщина побледнела и схватилась за сердце.