Укради его удачу
Я снова притворяюсь, что понимаю, о чем она. Обнимаю ее за талию.
И тут она целует меня. Кажется, незнакомка хотела просто чмокнуть меня в губы. Но я, конечно, упускать такой шанс не собираюсь. Крепко прижимаю ее к себе, требовательно раздвигаю губы языком и целую уже по-настоящему. Она дергается, но тут же, расслабившись, обмякает. Ноги у нее подкашиваются на пару секунд, так что мне приходится ее держать. Ха! Ни одна девушка еще не устояла перед моим поцелуем. Вижу, что ей нравится. Пацанесса супер, кем бы она ни была. Заводит меня с пол-оборота.
Она отступает первая. Я расстроен.
Берет себя в руки, одергивает платье и, обворожительно улыбаясь, произносит:
— Возвращаю тебе должок. Ну, увидимся… котик. — И легонько щелкает меня по носу. Есть в этом что-то неестественное, и я остро это чувствую. Она будто изображает кого-то, и такое поведение ей обычно несвойственно. Как-то все это она неловко проделала: и по носу щелкнула, и котиком назвала. Словно переступила через себя. А может, я просто загоняюсь.
Она исчезает в толпе. Я теряю ее из виду, думаю, что она сейчас прибьется к какой-то компании и мы вместе войдем на территорию. И у меня еще будет много времени побыть с ней наедине, чтобы отплатить ей. И даже с процентами, ха-ха!
Поэтому я как-то легко выпускаю ее из своего поля зрения. Ко мне тут же подбегает Игорь.
— А что было в субботу? — хмыкает он. Ага, подслушивал, значит.
— Не помню, — усмехаюсь я и мечтательно тяну: — Но думаю, было классно.
— А кто она вообще?
— Понятия не имею. — Я облизываю губы, вспоминая вкус поцелуя. — Но я это выясню.
— Какой же ты везучий гад, — вздыхает Игорь.
На большой ухоженной территории загородного клуба размещается несколько домиков-шале. Зона барбекю, беседки, качели и гамаки, сауна, хамам, кальяны, закрытый и открытый бассейны с подогревом, мини-гольф, зоны отдыха на любой вкус. На мангалах аппетитно шипит мясо.
Я ищу взглядом мою высокую незнакомку, но нигде ее не вижу. Это странно: она на голову выше всех девчонок в компании.
Ладно, разберусь позже.
Сначала мы выбираем домики, где будем спать. Мы с Игорем и еще двумя парнями селимся в одном.
Затем все собираются в лаунж-зоне, занимают уютные диваны и пуфики. Здесь высоченные, метров шесть, потолки и панорамные окна во всю стену. Высокие растения и деревья в кадках — кажется, что ты в оранжерее. Это зона для препати, из которой позже все переберутся в основной зал с танцполом.
Кальянщик забивает кальяны, бармен делает напитки, официанты накрывают стол и несут свежеприготовленные шашлыки и овощи-гриль.
Занимаю пуфик, любуюсь видом через панорамное окно. Да, видок что надо. Локацию выбирали девчонки, и наверняка фотки уже одного только этого помещения все определили. А вон, кстати, и сами девчонки. Уже устроили фотосессию, параллельно выкладывая сторис.
Лаунж потихоньку заполняется, и я перевожу взгляд с одного лица на другое. Вот сейчас моя Вишенка зайдет. Вот сейчас. Но ее все нет и нет.
Подхожу к барной стойке и заказываю виски с колой. Спрашиваю то одного, то другого о Вишенке, описываю ее: высокая блондинка с рожками. Но все удивляются, никто такую тут не видел.
Беру закуски с фуршетного стола, растерянно плюхаюсь обратно на пуфик.
Кто-то передает мне кальянную трубку, я на автомате вдыхаю дым, думаю о своем. Кальян, как нарочно, оказывается со вкусом вишни.
Играет музыка. Хм, странно, но ни одна песня мне не нравится.
Всем вроде бы весело: разбились по кучкам, общаются, смеются. А у меня все настроение пропало. Да и самочувствие ухудшилось — в горле запершило. Еще не хватало заболеть.
Звонит телефон: снова Полинка.
Отвечаю на звонок.
— Тиму-у-урчик, — тянет она почему-то виноватым голосом.
— Чего такое, Полин?
— Прости меня, курсовую не смогу скинуть.
Я поднимаюсь с пуфика.
— Почему?
— Удалила, наверное. Весь комп перерыла, нигде нету.
— А на почте?
— Тоже все просмотрела.
— Блин, жаль, — растерянно говорю я. На самом деле я еще не понимаю, как реагировать, потому что со мной такое впервые. Все всегда приходят ко мне только с хорошими новостями.
— Ну ты же выкрутишься как-то, да? Возьмешь у кого-то еще?
— Да, Полин, не переживай, выкручусь, — бодро говорю я. В принципе, даже не волнуюсь: до понедельника еще полтора дня. Часто бывает так, что моя проблема волшебным образом решается сама по себе в последний момент. Так что у меня еще уйма времени.
Я отключаюсь. Но сама ситуация странная, она немного меня тревожит.
Во рту и носоглотке неприятные ощущения: горло словно распухло, глотать и дышать тяжело. Язык чешется — скребу по нему зубами, но лучше не становится.
— Чего кальян зажал? Давай сюда. — Игорь присаживается на соседний пуф и выдирает у меня из рук трубку. Шланг задевает мой бокал на столике, и он разбивается. Виски выплескивается. Официант подбегает, чтобы убрать осколки.
— Что за ерунда? — восклицаю я и недоуменно смотрю на лужу виски и осколки. Из горла выходят свист и хрипы. Дышать все труднее, я оттягиваю воротник футболки и откидываюсь на пуф.
Игорь обеспокоенно заглядывает мне в лицо.
— Бро, у тебя все нормально? Выглядишь паршиво.
— Не знаю, со мной какая-то чертовщина творится. — Говорю я с трудом, будто во рту мне что-то мешает.
— Ну-ка, высунь язык.
Я слушаюсь.
Игорь присвистывает.
— Ничего себе! Бро, он у тебя размером с мяч!
С левой половиной лица что-то происходит. Кожа болезненно натягивается. Раз — и я уже ничего не вижу левым глазом.
— Бро! Тебя всего раздувает! — испуганно произносит Игорь и громко обращается ко всем: — Ребят! Ребят! Тут с Тимуром что-то!
Надо мной нависают лица. Мне так плохо, что я не могу сказать ни слова. Все держусь за воротник футболки, будто это поможет мне вздохнуть.
— У него отек Квинке! — говорит женский голос, и я не сразу узнаю одногруппницу Еву. — Это из-за аллергии. У меня есть лекарство, в каплях и уколах. Тимур, дышать можешь?
Я слабо мотаю головой и хриплю. Дышать почти не получается, от этого меня накрывает волной паники.
— Тогда нужен укол.
— Может, лучше скорую? — с сомнением спрашивает Игорь.
— И сколько она будет ехать сюда? Час? Два? Тем более они там колют то же самое. Я аллергик со стажем, у меня несколько раз в год такие отеки. Если вовремя не вколоть, гортань так распухнет, что он вообще задохнется. Ну-ка, расступитесь.
Ева склоняется надо мной. У нее маленькое лицо сердечком, русые волосы до плеч. Губы сжаты в тонкую линию, взгляд решительный и твердый. В руке она держит шприц и ампулу.
— Тимур, тебе надо перевернуться на живот.
Я подчиняюсь. Теперь смотрю в пол — передо мной множество пар ног в самой разной обуви. Мне приспускают джинсы и трусы, мажут ягодицу чем-то холодным. Наверное, спиртом. Ну до чего ты докатился, Тимур? Двадцать человек сейчас разглядывают твой зад.
Ева ставит мне укол — резко и профессионально, даже не больно.
Вскоре мне становится легче, я уже могу дышать. Отек на лице не спал, но левый глаз разлепить получается. Смотрюсь в камеру телефона. С экрана на меня глядит какой-то мутант. Ох, лучше бы я сейчас себя не видел.
В помещении душно, запах кальяна действует на нервы. Выхожу на свежий воздух, прогуливаюсь по территории. На улице прихожу в себя.
На что, интересно, у меня такая аллергия? Я ел какие-то закуски. Раньше ничего подобного со мной не случалось, и пищевой аллергии я за собой не замечал. На всякий случай больше не буду ничего есть с фуршетного стола.
Устав от прогулки, устраиваю себе экскурсию по всем домикам, смотрю, где что есть.
В конце концов попадаю в основное здание, где мы планировали собраться после препати. Тут все украшено к Хеллоуину. Выглядит здорово!
Подхожу к большому аквариуму с рыбками. Стучу по стеклу, снимаю рыбок на телефон. Аквариум открытый, и я решаю сделать видео сверху, встаю на стул. Вдруг стул делает «хрясь!» и дергается подо мной. Я теряю равновесие, роняю телефон и падаю. Неудачно приземляюсь на пол и, кажется, подворачиваю лодыжку. Встать сам не могу.