Укради его удачу

— Тебе не холодно? — спрашиваю я, разглядывая потолок. Пытаюсь удержать на нем взгляд, но сильные мужественные руки и пресс притягивают, как магнит.
Тимур довольно улыбается.
— Холодно. Но я нищий студент, и у меня нет денег на одежду по сезону.
— Когда у тебя день рождения? Я подарю тебе худи.
Тимур хмыкает.
— Еще не скоро, двадцать третьего марта. Так что пока придется мне померзнуть. Или ты можешь согреть меня другим способом.
  
Я кашляю, не находя слов для ответа.
— Ты что-то хотела?
Я описываю проблему. Тимур рвется искать мой телефон вместе со мной, но я его останавливаю и прошу просто мне позвонить.
Однако звонок проблемы не решает. Телефон найти не удается. Приходится снова тащиться к Тимуру.
— Наверное, он на беззвучном режиме.
Тимур снова предлагает помощь, и на этот раз я соглашаюсь. Мы вместе прочесываем дом, и в конце концов именно Тимур находит телефон. Он не говорит мне об этом: просто подходит вплотную, держа руку за спиной, дерзко улыбается и заявляет:
— Танцуй.
Я хмурюсь.
— Давай сюда! — Я требовательно протягиваю руку.
— Не-а, — шире улыбается он. — Танцуй.
Я тянусь за спину Тимура, но он отступает на шаг. Теперь я вижу, что у него в руке действительно мой телефон. Я пытаюсь его выхватить, но Тимур уворачивается, пятится, спотыкается о диван — и падает на него. При этом будто случайно (а я уверена — специально) ставит мне подножку. Я теряю равновесие, падаю на него сверху. На мне тонкая футболка, и через нее я чувствую горячую кожу Тимура. Сцена ужасно нелепая, поэтому я пытаюсь быстро слезть с него и подняться. Тимур хохочет — ситуация его ужасно забавляет. Меня это злит.
Наконец я встаю. Тимур поднимается следом, смотрит на меня свысока и протягивает мне телефон.
— Ладно, ладно, Вишенка, отработала.
От возмущения у меня перехватывает дыхание. Я толкаю Тимура в грудь.
— Ты! Ты! Ты просто мерзкий, отвратительный, меня от тебя тошнит! Убирайся отсюда!
Тимур снова хохочет.
— Надо же! Я вызываю у тебя столько чувств! Это моя маленькая победа!
Указательным пальцем он оттягивает мою нижнюю губу. Все происходит за мгновение: я не успеваю среагировать и остановить нахала. Дергаю головой и отбрасываю его руку слишком поздно.
Тимур подмигивает и уходит к себе.
Я смотрю на свой телефон и рычу от злости: ни одного пропущенного!
Следующие несколько дней я продолжаю получать корзинки. В каждой — записка с каким-то милым посланием и обязательно наклейка с котиком.
Где-то после четвертого котика я понимаю, что не могу жить без этого ритуала. Записки — моя новая зависимость. День кажется прожитым зря, если я не получу новую наклейку с котиком.
Я догадываюсь, что Тимур ждет, когда я приглашу его на ужин. Но фигушки: цель у него совершенно не благородная, и не в моих интересах проводить с ним вечер.
Тимур всеми силами пытается добиться новой встречи: часто перехватывает меня у дома, а один раз даже сел со мной на один автобус, когда я ехала на работу. Сказал, что ему тоже надо в Пустовино (в чем я сильно сомневаюсь). Тем не менее Тимур доехал со мной до самого конца.
Он слишком часто чистит снег. Новый еще не успевает выпасть, как Тимур уже выходит с лопатой в своей неизменной обтягивающей футболке. Я украдкой наблюдаю за ним из окна. Мне нравится на него смотреть, но он не должен об этом знать. Правда, однажды Тимур поднял взгляд на мое окно, и я быстро юркнула за занавеску, а потом, сгорая от стыда, мучались неизвестностью: заметил он меня или нет?
В середине недели, вернувшись с работы, я не могу открыть дверь. Ключ застревает в замке и не поворачивается. Приходится опять идти к соседям. Конечно, дверь открывает Тимур. Я даже думаю, что это он подстроил: например, засунул монетку в замочную скважину, чтобы я не смогла попасть домой.
Описываю Тимуру проблему. Он и правда как будто не удивлен, понимающе кивает.
— Ага, иногда заедает. Пойдем покажу, как надо.
Мы вместе подходим к входной двери.
— Вставь ключ, — говорит Тимур.
Я делаю, как он сказал, и в этот момент он тесно прижимается ко мне сзади, накрывая ладонью мою руку с ключом. Я напрягаюсь и перестаю дышать. Близость Тимура дезориентирует меня. Я чувствую запах жвачки, свежепостиранной футболки, а еще — какой-то неповторимый аромат, напоминающий одновременно влажное сено и лес после дождя.
— Расслабься, — шепчет он на ухо, а затем ведет мою руку вверх. — Нужно немного приподнять и только затем повернуть.
Раздается щелчок. Тимур отстраняется, поворачивает дверную ручку и приглашающе кивает.
Несмотря на зиму и то, что я в одной кофте, я вся мокрая от пота, а дышу так тяжело, будто пробежала стометровку. Тимур видит, какое впечатление произвел на меня, и довольно, хитро улыбается.
Я всеми силами пытаюсь собраться, гордо задираю голову и откидываю волосы.
— Спасибо!
С этими словами быстро захожу в дом и захлопываю дверь прямо перед носом Тимура.
Прижимаюсь спиной к косяку, выдыхаю. Ругаю себя за то, что не смогла сохранить самообладание. Что такое произошло с моим телом в тот момент, когда Тимур прижался ко мне? Оно просто подвело меня!
И тут… Дверь резко открывается, и я падаю на спину. Прямо в объятия Тимура.
Я будто попала в дешевую мелодраму, где парень красиво подхватывает неуклюжую девушку.
— Поймал! — улыбается он, держа меня на весу.
В этой позе мы и застываем. Тимур смотрит смело, почти вызывающе, и это притягивает.
— Поставь меня, пожалуйста, — с трудом выдавливаю я.
— Да-да, извини, — спохватывается он и ставит меня на ноги. — Я просто подумал, что не показал тебе, как менять температуру на котле. А то на улице потеплело, и дома может быть… Жарковато, — говорит он с издевкой, понижая голос.
Я принимаю его вызов.
— Правда? — невинно удивляюсь я. — Не заметила.
Тимур убирает с моего лба прилипшую прядь и дует на влажную кожу.
— Ну, когда станет совсем жарко и ты не сможешь заснуть ночью, позвони.
Он подмигивает и уходит.
А я стою с пылающими щеками, сгорая от стыда. Ну что за гад!
В выходной соседи собираются на барбекю. Я болтаю с Мироном по телефону на балконе и вижу всю компанию в крытой беседке.
— Вика, иди к нам! — весело машет мне Ульяна.
Тимур тоже там, наблюдает за мной, как хищник в засаде. Он, конечно, будет рад, если я присоединюсь. Откажусь — решит, что я боюсь находиться рядом, потому что могу потерять голову и поддаться его чарам. Нет уж. Я выйду к ним, пусть думает, что наше соседство не выбивает меня из колеи.
А как же на самом деле? Ох, это от случая к случаю. Я рядом с Тимуром то непробиваемая скала, то… плавленая моцарелла! Мне же нужно, чтобы он думал, будто рядом с ним я всегда — скала.
Так что я присоединяюсь к барбекю.
Увидев меня, Тимур воодушевляется: подносит тарелку, спрашивает, что налить, положить. Нашелся ухажер!
Я выбираю вино. Надо помнить, что мне можно только один бокальчик. А то унесет… Но вино такое вкусное, в беседке так тепло и уютно, а Тимур так ловко и незаметно мне подливает, что я быстро сбиваюсь со счета.
Девушки начинают обсуждать мужчин их мечты.
— Я люблю высоких и широкоплечих, — рассуждает Мира. — С мужественным подбородком. Обязательно руки красивые, ногти овальной формы. Волосы густые и средней длины, чтобы вцепляться в них, когда… — Она умолкает и хихикает. — Ну, вы поняли. Это такой кайф!
— А что по начинке? — спрашиваю я.
Мира непонимающе смотрит на меня.
— По начинке?
— Ага. Какой он должен быть по характеру, этот твой идеал? Какими качествами обладать?
  
Мира задумывается. Вид у нее растерянный, словно вопрос оказывается слишком сложным.
— Не знаю. Чтобы богатый был.
— Богатый — это не качество, — спорю я.
— Ну, тогда щедрый.
Я киваю, одобряя.
— А еще?
Мира хмурится.
— Чтобы был современный, без всякого патриархального мусора в голове. Уважал мои границы и свободу.