Развод. Неверный муж (СИ)

Через несколько минут в палату входит молодой доктор с небольшой папкой в руках. Он говорит мне, что ничего критичного они не заметили, что мои анализы в норме и единственное отклонение — небольшое снижение давления. Я здорова. Учитывая полученный диагноз у гинеколога — почти.
— Я могу идти домой? — спрашиваю у доктора.
— Да, конечно. Заберите на ресепшн ваши документы.
Я поднимаюсь с кровати, забираю свои вещи и покидаю палату. Выйди из больницы с бумагами в руках, жду заказанное такси. К счастью, оно приезжает вовремя, и я даже не хлопаюсь в обморок повторно. Сажусь в машину и еду домой, запрещая себе думать обо всем случившемся. Новости, какими бы они ни были, лучше получать дозировано.
Рассчитавшись с таксистом и выйдя на улицу, понимаю, что дозировано со мной не работает. Около подъезда стоит Даяна — помощница моего мужа.
— Майя, мы можем поговорить?
— О чем же нам разговаривать?
Я не хочу верить, что все — правда. Что мой муж действительно спит с этой вот…
Что по ночам он пропадает в офисе, потому что трахает ее, а не потому что у него жутко много работы.
— У меня для вас есть кое-какая информация, — терпеливо говорит она. — Мы можем подняться к вам в квартиру и поговорить?
— Мы можем сделать это и здесь.
— На улице? — она ошарашено распахивает глаза, осматриваясь по сторонам.
Вчерашняя устроенная здесь молодежью сцена отчетливо врезается в память. Сюда прямо сейчас не хватает разве что Демьяна и моей истерики.
— Ладно, — киваю и следую к подъезду.
Она идет за мной. Стучит каблуками по каменной поверхности пола и заходит со мной в лифт. В нос ударяет тошнотворный запах ее духов, и я непроизвольно принюхиваюсь. Вспоминаю, сравниваю.
Они другие. Такие же приторные, но другие…
Гоню ту надежду, что неожиданно тронула сердце, запрещаю себе думать, что вещам в машине есть объяснение. Хочу ли я его слушать? А верить?
Лифт останавливается, я выхожу первой, Даяна — следом. Как для помощницы она слишком хорошо одета, но у Демьяна высокие зарплаты, он наверняка не скупится деньгами для той, которая с ним едва ли не двадцать четыре на семь. Я временами к ней ревновала, потому что они проводили вместе больше времени, чем мы с мужем, но гнала эти мысли. Она — работа, а я — семья.
Мы синхронно заходим в квартиру, разуваемся, вешаем верхнюю одежду и проходим на кухню. Кофе я нарочно не предлагаю, наливаю себе чашку воды, пью, ожидая, когда же Даяна соизволит хоть что-то сказать.
— Не думаю, что моя информация вам понравится, — она стартует издалека, а у меня уже болит в груди.
— Буду честной, мне не нравится даже ваше присутствие.
— Вы все знаете? — она широко распахивает глаза и пытается сложить надутые губы буквой “о”.
— Что “все”?
— Что я и… Демьян… что мы вместе?
Глава 9 
Я никогда прежде не слышала эха на нашей кухне, но это скорее потому что я еще не смеялась здесь так громко и искусственно, как после слов Даяны.
Вместе они…
Я снова начинаю смеяться. До слез в уголках глаз, прекрасно при этом понимая, что еще немного и у меня случится истерика со слезами. И один бог знает, на что я способна в таком состоянии.
— С вами все в порядке? — робко спрашивает Даяна, когда я с трудом беру себя в руки.
— А что? Ты ожидала какой-то другой реакции?
— Вы меня пугаете.
— Было бы странно, если бы я вызывала в тебе другие чувства, не находишь?
Она явно не понимает, а я не могу перестать на нее смотреть. На ее выпирающие ключицы, на тонкую шею, острый подбородок и пухлые губы. Что он в ней нашел? Что такого в ней есть, чего нет у меня? На первый взгляд — не вижу. Ничего, в чем бы она была лучше. Возраст? Растяжка? Сделанная грудь?
Меня начинает трясти…
С трудом сдерживаю себя, чтобы не наброситься на нее и не вырвать ей волосы. Явно сделанные, как и сиськи. Или же я просто хочу так думать? Что она — плод крутого хирурга-пластика, а на деле же ни черта из себя не представляет.
Красивая и пустая.
 
— Я пришла не для того, чтобы ссориться. Я просто хочу с вами поговорить, потому что Демьян, он… не решается.
Мне снова хочется засмеяться, потому что мой муж и не решается — противоположные вещи. Демьян уверенный в себе, стойкий, непробиваемый. Если он принял для себя решение — он обязательно о нем скажет, даже если сделает другому человеку очень больно и плохо. Если я до сих пор не знаю о ней, значит, он не “не решается”, а она для него — никто.
— Что же он тебе пообещал? — спрашиваю с ухмылкой.
— Простите?
— На что мой муж не решается? На разговор со мной? На развод со мной? Или на брак с тобой?
— Майя вы, видимо, неправильно поняли меня…
— Я все правильно поняла. Ты раздвигаешь ноги перед моим мужем, ждешь от него развода и брака с тобой. Поправь меня, если я ошибаюсь.
— Я не хочу общаться в таком тоне, — заявляет горделиво.
— Показать, где дверь?
— Ты такая сука! — не выдерживает.
Вся ее напускная доброта и робость мигом улетучивается. Глупая улыбка слетает с лица, как по мановению волшебной палочки. Теперь передо мной та, которую действительно не стыдно назвать “сукой”. Расчетливая, высокомерная и напористая. Даже удивительно, как быстро люди сбрасывают маски.
Теперь еще больше не понимаю, что Демьян в ней нашел. На робкую и нежную мог повестись, потому что я по характеру другая. Нет, конечно, я дарила мужу нежность и любовь, но могу допустить, что недостаточно.
Прожив десять лет в браке уже не говоришь человеку, что соскучился спустя час после того, как вы расстались. Не просишь его приехать, не шлешь милые смс-ки. Наш брак был не скучным, но возможно… возможно Демьяну нужно было что-то еще, что-то большее.
Такая вот нежная феечка, готовая заглядывать ему в рот и ловить каждое слово. Сосать, а не разговаривать, если у него выдался плохой день.
— Не задерживаю! — киваю на дверь, ожидая, когда она уйдет.
Все, что я не хотела, узнала против воли. Все, что она жаждала до меня донести, долетело и острыми стрелами пронзило сердце.
— Отпусти его, — произносит помощница моего мужа. — Отпусти и не мешай.
Она явно не спешит покидать мою кухню. Цепляется за что-то, ждет. Может, присматривается? Представляет, как будет готовить здесь обеды?
— О чем ты? — произношу, сжав за спиной одну руку в кулак, чтобы не расклеиться перед ней.
— Отпусти Демьяна. Мы с ним ждем ребенка, а ты… ты даже не можешь ему родить. Я знаю твой диагноз, мы наблюдаемся у одного врача.
Пока я перевариваю информацию, Даяна на этом не останавливается. Кажется, ей мало того, что она запустила в меня стрелы, ей хочется вогнать их поглубже и прокрутить, чтобы было больнее, тяжелее, чтобы я не могла оправиться.
Она ставит на стол снимок УЗИ.
— Восемь недель… ребенок желанный. Для меня и для Демьяна. Оставь его, иначе он никогда от тебя убогой не уйдет.
Мне гадко брать в руки этот маленький клочок бумаги, потому что он — прямое доказательство измены мужа. Не полученное сообщение, не та сумка в багажнике, не слова Даяны, на которые можно было закрыть глаза, а этот снимок. Крошечный, как и изображение на нем. Пересилив себя, беру его в руки и сжимаю в маленький шарик, швыряя его в ошарашенную Даяну.
Она перехватывает его, зажимает в руке и смотрит на меня со злостью.
— Ты же не ждала, что я обрадуюсь?
— Я надеялась, что сделаю тебе больно. Так сильно, что ты не оправишься!
Сделала, дорогая, но я никогда тебе этого не покажу.
Усмехаюсь, пожимаю плечами. Равнодушие и отвага — мой сегодняшний девиз.
Даяна уходит, оглушающе хлопая дверью. Мне кажется, я слышу цокот ее каблуков на лестнице и закрываю уши, чтобы избавиться от этого звука.
Стекаю медленно по на пол, поджимаю под себя колени. Я очень сильно боюсь физической боли. В кресле стоматолога едва не падаю в обморок, хотя там часто не ощущаю даже укола. Но физическое ничто с духовным.