Я еще царь. Книга XXX (СИ)

Я старался провести остатки энергии до Петра и Александра, при этом пытаясь подготовить защиту при взрыве. Во внутреннем хранилище тоже было не особо спокойно. Ни голод, ни пустота не хотели сдаваться и готовы были убить себя, лишь бы не дать победить другому. Они сплелись, как две змеи, одновременно пытаясь поглотить друг друга. Пространственные дыры в воздухе постепенно теряли четкий контур. Но оболочки держались.
  
Пока.
— Ждем, — процедил я, не моргая. — Если сделаем все слишком рано, то просто можем пострадать от взрыва.
— Пострадать? — ухмыльнулась Лора. — А ты оптимист! Я бы сказала, что мы будем наглядным примером выражения «Одна нога здесь, другая там».
Я только улыбнулся, стараясь сконцентрироваться на текущем моменте. Лора. поняв, что настал момент истины, тоже стала серьезной.
— Сейчас, — резко крикнула она. — Вибрации начали уходить внутрь. Значит, они больше не расползаются, а схлопываются. Это финальный цикл.
Я закрыл глаза. Сбросил все, что мешало: напряжение мышц, шум крови в ушах, рваный пульс. Остался только момент — чистый, острый, словно лезвие.
Все мои органы чувств работали на пределе, дожидаясь момента когда наступит этот «Сейчас!».
И в тот миг, когда оболочка Саши чуть дрогнула, а тело Петра дернулось в легкой конвульсии, будто его ударили изнутри.
Три купола окутали тела одновременно. Один вокруг меня. Один вокруг Саши. Один Петра.
И в ту же секунду, как будто в ответ, прогремели два сильных взрыва: с внешней стороны и над куполами.
Даже под куполом я почувствовал сильное давление. Стены здания разлетелись.
И тут я понял, как было важно, как можно дольше удержать купола.
Первоначальный взрыв мне удалось сдержать, вот только последствия…
Здание буквально начало складываться, как карточный домик. Обломки грозились похоронить нас.
— Лора, состояние…
— Да ты вообще что ли⁈ Я могу показать только твое состояние! Сейчас энергия в притык!
Понял, не дурак. Пришлось сосредоточиться на максимально долгом удержании купола.
И это оказалась очень сложная задача. Хорошо, что апартаменты Романова располагались на верхнем этаже, и на нас падала только крыша. Но внизу…
Мы просто упали в груду бетона и кирпича.
* * *
В это время на улице.
Маруся выбежала из здания с Борей под мышкой. Тут же рядом с ней приземлились и царица Ольга с князем Есениным.
— Все назад! — рявкнула она солдатам, и те начали в спешке отбегать.
Больше никого внутри здания не было.
Дети Романовых сейчас заканчивали зачистку границ города и проверяли, не осталось ли монстров. Алиса Есенина так же была в квартале отсюда, и только что закончила сражение с Исполином.
Как раз в этот момент внутри здания раздались два взрыва, после чего стены дрогнули и начали складываться. Крыша провалилась, и в небо поднялся огромный столб пыли, закрыв улицу.
Маруся с Борей отбежали подальше, чтобы им в лицо не попали осколки, и тут они увидели, как к зданию бегут Угольки. Видимо, они должны были придти чуть раньше, но задержались и теперь хотели, как можно быстрее достать своего хозяина из-под завалов. То же самое решила и Маруся.
Она наклонилась к мальчику, отряхнула его курточку от пыли и сказала:
— Боря, ты уже взрослый, так что постой тут пока один, ладно? А я помогу спасти Михаила и остальных из-под завала.
— Я тоже могу помочь! — выпятил он грудь.
— Не стоит, — улыбнулась Маруся. — Нас вполне достаточно.
В этот момент мимо них пронеслись Угольки.
Ольга с Сергеем Есениным так же не стали медлить и, наплевав на статус и манеры, принялись раскидывать обломки здания сначала магией, потом и голыми руками.
Это не заняло много времени и первым достали Михаила. Он был без сознания, но даже так Маруся увидела, что кончики его пальцев слегка светятся.
— Сережа, я нашла! — крикнула Ольга и одной рукой откинула многотонную бетонную плиту.
Маруся так же подбежала ближе, чтобы помочь. В нише лежали два тела, и оба были окутаны едва заметной оболочкой, которая бликовала на солнце.
— Он что, даже в таком состоянии держит защиту? — удивился Есенин и спрыгнул внутрь. Как раз после этого оболочки вокруг Саши и Петра лопнули.
Сергей Александрович вытащил тела из ямы и положил на асфальт.
Ольга склонилась над мужем, Сергей Александрович над сыном.
Маруся же постаралась не вмешиваться и отошла к Борису. Даже Угольки и солдаты понимали, что сейчас настал момент истины.
Михаила оттащили подальше и загрузили в медицинский БТР.
Даже воздух застыл в ожидании того, что будет дальше.
И первой тишину нарушила царица Ольга.
— Петя! — воскликнула она. — Петя, дыши! Петенька!
В ответ послышалось тихое кашлянье, и Маруся увидела, как худая рука Петра коснулась щеки нависшей над ним женщины.
Но со стороны Александра была тишина. Князь склонился над телом сына и аккуратно гладил его по щекам.
Из-за того, что он сидел спиной к Марусе, она не видела его лица, но смогла заметить, как несколько капель упали на лицо Александра.
Сзади же раздались быстрые шаги.
— Что случилось?
Маруся обернулась и увидела, как к ним приближается княгиня Есенина. Руки у нее были по локоть в какой-то жиже, волосы растрепаны, но даже так она сохраняла свой железный взгляд.
И по мере приближения ее лицо все больше искажалось.
— Саша! Что с Сашей⁈ — выкрикнула она и сорвалась с места. — Сережа! Что с моим сыном!
Но тот не отвечал. Его плечи дергались в такт ее всхлипываниям, на лицо бездыханного сына падали одна за одной слезы.
Алиса Есенина буквально упала на колени перед Сашей, схватила его за плечи и прижала к груди. Не сдерживаясь, она заплакала навзрыд. Горько, с придыханием.
Маруся и сама не сдержалась — слезы сами собой потекли по щекам.
— Сашенька! Сашенька! — повторяла Есенина. — Дыши, дорогой!
Князь же опустил голову и просто тихо плакал, даже не пытаясь что-то сказать.
Ольга же обнимала выжившего Петра.
— Я… — начал Петр, обращаясь к чете Есениных.
— Заткнись, — произнес Сергей.
Маруся увидела металлический взгляд Алисы. Он сверкнул всего на секунду, и у нее мурашки побежали по коже.
— Ничего не говори, Романов. Просто уходите…
— Никто не виноват… — попробовала вставить Ольга.
— Уходите, пока не случилось неладное, — тихо произнес Сергей. При этом его слова были слышны всем, кто наблюдал за этим событием.
Княгиня же продолжала громко рыдать и прижимать сына к груди.
— Я очень хочу, чтобы эта рулетка показала другой вариант, — произнес Есенин, вытирая слезы и поднимаясь с колен. — И я очень зол такой несправедливости. Поэтому прошу вас, Ольга, покиньте это место сейчас же. Не делайте жертву моего сына напрасной.
Царица секунду смотрела на Есенина.
Маруся же видела перед собой полностью сломленного человека. Когда-то он считался одним из величайших магов страны. Его род был сильнейшим, и все, кто вступал с ними в альянс, благодаря его фамилии, обеспечивали себя неприкосновенностью. Но теперь Сергей Александрович смотрел на Романовых пустым взглядом. Так смотрит человек, которому нечего терять. Но все же его за руку еще держала супруга.
И Ольга это прочитала.
Она взяла на руки своего супруга, который теперь весил килограммом сорок и направилась в сторону администрации.
— Напрасно гневаешься, князь! — послышался не менее уставший голос Михаила Кузнецова.
* * *
Я очнулся с ощущением, будто меня неделю катали в бетонном миксере и только потом вытащили наружу. Голова гудела, как колокол в пасхальное утро, а внутри всё вибрировало в такт собственному сердцу. Вкус металла на языке, в ушах — то ли звон, то ли эхо, а поверх всего — звуки, которых я не хотел слышать: крики. Кто-то звал по имени. Кто-то рыдал.
  
Я приподнялся — с трудом. Грубая обивка сиденья, металлические стены. Пахло озоном, гарью и старым дизелем.