Я еще царь. Книга XXX (СИ)

Сейчас же все собрались за обеденным столом и обсуждали какие-то пустяковые новости. Только что подали жареных рябчиков в собственном соку с молодым картофелем.
— Пап, как ты себя чувствуешь сегодня? — поинтересовался Павел.
Он чаще всего задавал этот вопрос. А отец с царским спокойствием всегда отвечал:
— Потихоньку. Силы еще не восстановились, но я уже могу отжаться больше тебя…
  
— У-у-у, — зашумела Катя. — Жестко.
— Отец, — хмыкнул Павел, — Я воспринимаю это, как вызов или соревнование?
— А как тебе больше нравится? — улыбнулся Петр.
— Соревнование.
— А можно с вами? — подняла руку Анастасия.
— Девчонок не берем, — улыбнулся Павел и кивнул отцу. — Ну так что? Я готов хоть сейчас.
Тут уже вмешалась царица.
— Паша, мы за столом. Веди себя подобающе.
— Прошу прощения, маменька, — кивнул тот и уставился в тарелку.
Дверь слегка приоткрылась и в комнату вошел Васька.
Все это время он каким-то неведомым образом умудрялся оставаться у всех на виду, но при этом за время всех происшествий кот ни капельки не пострадал, что было даже удивительно.
— Ох, а мы покормили кота? — спросил Петр, поглаживая Ваську по голове.
— Я покормила, — кивнула Катя. — Мне кажется, он даже поправился.
Кот тут же повернулся к девушке, и ей показалось, что он посмотрел на нее с легким недовольством. После чего махнул хвостом и ушел в кабинет Петра.
— А может, мы сходим на ярмарку? — предложила царица Ольга. — Я слышала, там…
Но у них зазвонил отельный телефон.
— Я отвечу, — махнула рукой Катя и быстро подбежала к трубке. — Алло?
— Добрый вечер, — голос на том конце звучал очень вежливо. — Могу я услышать Петра Романова? Скажите, пожалуйста, что это срочно.
— Эм… А кто спрашивает?
— Скажите, что звонит его отец.
Улыбка с лица Кати тут же ушла. И это не ускользнуло от остальных.
— Повторите? — совсем другим тоном произнесла она.
— Я говорю, с ним хочет поговорить отец.
Катя отстранила трубку от уха и посмотрела на Петра.
— Тебя…
Он догадался, кто это может быть, так что, не долго думая, подошел и взял трубку у дочери.
— Говори, — металлическим голосом ответил Петр.
— Здравствуй, сынок, как твои дела? Как здоровье?
— Спасибо, хорошо, и без твоей помощи.
— Вот и замечательно. Скажи, ты уже смотрел новости? Ой, хотя еще рано, но ты обязательно посмотри.
— Что тебе нужно? — перебил его Петр.
— Ну во-первых, я соскучился по своему сыну. А во-вторых… ой, да какие могут быть еще причины! — рассмеялся Петр Первый. — Что ж, раз с тобой и твоими близкими все в порядке, то до скорой встречи, — и тут же положил трубку.
Романов стоял еще несколько секунд и смотрел в стену, соображая, что только что произошло.
— Дорогой? — аккуратно позвала Ольга.
— Включите кто-нибудь телевизор.
Анастасия взяла пульт и нажала на нем кнопку.
— Доброго времени суток, мои дорогие зрители, — заговорили с экрана. — С вами, как всегда, я, Ксения Собчакова, но как вы можете видеть, я сегодня в новом амплуа.
Ох, можно ли назвать его — информационный палач? Или… Ой, простите, что-то я отвлеклась! Так вот, надеюсь, вы останетесь с нами, так как на других каналах показывают то же самое, только без меня. А я-то знаю, что вы любите смотреть на вашу любимую Ксению!
Что ж, теперь давайте перейдем к новости, ради которой мы все с вами собрались у экранов. Итак, в чем же соль. Только что было объявлено Кремлем, что закончилось следствие над некой Виолеттой Переславской и ее родственницей Люсей. Фамилия неизвестна. Возможно, она тоже Переславская. Хотя этих родственников вообще не понять. Вот у меня двоюродная сестра вообще Инжирова, и ничего…
Ох, что-то отвлеклись… Так вот, ввиду того, что им вынесли обвинительный приговор по статье госизмена, то обеих публично казнят. Да, как и сказал наш новый царь Петр Первый, любые попытки сделать страну слабой, будут караться самым жестоким образом.
Когда будет объявлена дата, не сообщается, но по непроверенным данным это может случиться в ближайший месяц. А может, и не в ближайший. Кто его знает?
Но палача уже назначили. Им будет бывший глава Имперской Канцелярии — Николай Васильевич Гоголь. Вот уж кто бы мог подумать, но как оказалось, он лично высказал желание провести казнь!
В общем, держим кулачки. А теперь я сообщу вам менее интересную, но тоже довольно полезную информацию. Сегодня были обновлены своды законов и внесены в реестр…'
Петр выключил телевизор.
— Они хотят казнить Люсю и ее внучку? — произнесла Ольга.
— Погодите, Виолетта, — пощелкала пальцами Катя. — Это же девушка Антона Есенина! Она с Мишей в КИИМе училась! Они были друзьями. Эта Виолетта, Антон, Дима Бердышев и Миша.
— Мне надо подумать, — пропустив комментарий дочери, произнес Петр и пошел в свой кабинет. — Ужинайте без меня.
Никто с ним не спорил. Все понимали, что сейчас испытывал Петр и не беспокоили его. Правда, была небольшая деталь, из-за которой он и был отличным царем все это время.
Петр Романов никогда не впадал в панику, когда случалось что-то серьезное. Он опускал эмоции и сразу переходил к делу. Как и теперь.
Закрыв дверь в кабинет, он достал из ящика бутылку коньяка и налил немного.
— Что, твой отец сделал очередной ход в надежде поставить мат? — раздался голос в углу комнаты.
Петр не повернулся. Он знал, кто с ним говорит. И все чаще казалось, что это просто его воображение.
— Да, отец решил выманить или меня, или Мишу, — сделав пару глотков, Петр прошел за стол, на который и запрыгнул Васька.
— А ты как хотел? Ловушка — дело серьезное. Тем более, если это твой отец…
— Ты знаешь, какой он человек?
— Конечно, нет! — фыркнул кот и принялся вылизывать лапу. — Ты что, разве не знаешь, сколько живут коты? Когда ты его спрятал за решетку, не то что меня не было в проекте, родителей родителей не было…
— У меня не складывается пазл, — вздохнул Петр. — Может, у простого кота будет решение или подсказка?
— Серьезно? Ты хочешь скинуть проблемы на простого милого кота?
— Милого? — улыбнулся Романов.
— А что, нет? Ты посмотри на этот потрясающий хвост! А эти усы! Да ты че⁈ Любой позавидует!
— Нет, я не перекладываю на тебя проблемы. Но в тот раз ты дал отличный совет — подписать приказ об отсоединении Сахалина. Ты знал, что так будет?
Васька же спрыгнул со стола и подошел к миске, которая была, увы, пуста.
— Нет, я не знаю, — терпеливо произнес он. — Петя, я уже какой раз тебе говорю, я не какой-то там волшебный кот. Не предсказываю будущее. Не бессмертный. Ни-че-го! Я просто хочу, чтобы у меня была еда, теплая лежанка и комфорт. Вот в Кремле мне очень нравилось! Да и тут неплохо, но холоднее.
— Зубы заговариваешь?
— Ни в коем разе! — помотал тот головой. — Но если что, возможно, стоит не вмешиваться. По крайней мере, сейчас уж точно. Ты слабак. Не до конца восстановился. Может, твой отец этого и хочет? Ты сейчас к нему прискачешь, а он опять тебя побьет, и по новой. Восстановление, потом опять что-то произойдет, и опять, и так до бесконечности.
— Но я не могу просто так это оставить. Он даже позвонил.
— Как ты думаешь, кто сможет решить проблему? Ты, который сейчас не способен даже нормально выйти на улицу. Или Михаил, чья подруга в скором времени, возможно, умрет? Или, может, озлобленный молодой человек этой Виолетты, который также мог услышать эту новость и ринуться, сломя голову, спасать свою любовь?
— Возможно, отец этого и добивается… — пробормотал Петр. — Надо позвонить…
После чего взял трубку.
— Кстати, а где ты целыми днями пропадаешь? — пока ждал ответа, спросил Романов.
  
— В администрации, я подружился с одним лисом, у которого много хвостов. Занятный парень… — довольно ответил Васька, но на том конце трубки уже ответили.
* * *
Что ж, приятный семейный ужин был омрачен новостью о готовящейся казни Виолетты и Люси.