Яд минувшего
А ведь в какой-то миг показалось, что им всем остается ровно столько, сколько простоит левый фланг. Ожери, не стесняясь ни свитских, ни охраны, визгливо требовал отходить, Люра в ответ орал, что отходящих раздавят, зажмут, вырежут, утопят… Кракл прятал глаза, командующий хрипел в руках примчавшегося лекаря, и над всеми нависал Понси, которому приспичило наступать. Одновременно наступать и отступать – невозможно, это и просипел малость очухавшийся Манрик, но… Но именно так действовать и следовало, причем срочно, пока Арно еще крутится.
Выжать из командующего нужные приказы Алонсо удалось неожиданно легко. Похоже, старик просто хотел, чтоб от него отстали, а прочих полностью устраивало, что отвечать теперь не им. В разгроме господа не сомневались, вот и молчали, только Савиньяк продержался, а Каракис проглотил наживку…
Позади громко фыркнула и звякнула удилами лошадь. То ли сама по себе, то ли кто-то из парней рискнул напомнить, что рэй Алонсо здесь, на гребне, не один, и стоять истуканами, когда друзья дерутся, тошно. Свитским просто: их держит приказ, а ты изволь удерживать себя сам, хотя сейчас это легче, чем утром, когда его погнало в ставку. Вернее, просто погнало, куда именно, он все же решил сам. Отец говорил о подобном, о невозможности покоя… Если не в силах стоять на месте и ждать, что ж, изволь решить, что нужно делать, и сделай.
Алва неторопливо поднял голову. Время близилось к полудню, и осеннее солнце не ленилось, взбираясь все выше и грея все сильнее. Пора было оценить картину происходящего «во всю ширь», и маркиз послал Лирио вдоль гряды.
Происходящее откровенно радовало. У Бласко получалось не хуже, чем у Рамона, и центр гайифской армии теперь терзали с двух сторон. Да, «павлинов» у здешних холмиков собралось многовато, больше десяти тысяч точно, но сейчас вся эта стая остановилась. Баталии защищались каждая сама по себе, о возобновлении атаки не шло и речи, зато приободрившиеся талигойцы давили все сильнее, и отнюдь не числом.
Кто-то сообразительный из полка Пуэна догадался собрать всех полковых стрелков в один кулак на склоне чуть выше линии схватки, и теперь они раз за разом палили в сгрудившихся врагов, подчиняясь указаниям какого-то плечистого капитана.
«Ну прямо регент церковный», – восхитился Алва, глядя, как офицер размахивает своей шпагой, указывая цели и дирижируя стрелками, будто оркестром. Но ведь хорошо же придумано! Паонские офицеры любят щеголять яркими красками, сейчас это как нельзя кстати.
Любопытства ради маркиз навел на плечистого трубу и понял, что эта худая скуластая физиономия ему знакома. В Багряных Землях чужаков не найти, остается север Талига. Гельбе? Хербстхен? Бересклетка? Не знать и не помнить Алонсо терпеть не мог, так почему бы не спуститься и не выяснить, заодно поближе рассмотрев, как идет схватка у подножия?
2
Мысль, как побыстрей проредить, а затем и продавить чужой строй, осенила Стивена во время очередного топтания на месте. Который раз отступив, шагов на десять, не больше, имперцы вдруг взяли и уперлись, будто сам Каракис им зуботычины раздавал. Ну а если не Каракис, то птицы поменьше, и вот на них-то поохотиться очень даже стоило. Капитан рискнул доложить свою задумку начальству, Пуэн сходу понял, поддержал, и вот, пожалуйста, Стивен Хейл командует мушкетерской… судя по всему полуротой. Эх, было бы в полку стрелков побольше! Но и так выходило очень неплохо, «павлины» сперва сбавили прыть, а потом и вовсе попятились, похоже, от растерянности. Зато шеренги родимого полка вновь обрели более-менее пристойную стройность. Сейчас соседи тоже подравняются, и можно будет самим атаковать, пока же стоило оглядеться и прикинуть следующие цели.
Ветер сносил дым в сторону, а для пыли в низине, где сейчас столкнулись баталии, было слишком сыро, так что сверху обещал открыться вполне приличный вид. Стивен поправил шляпу и повернулся. Он всего лишь думал чуть подняться по склону, но судьба горазда на выдумки: взгляд капитан уперся в роскошного всадника, в свою очередь разглядывавшего сквозь трубу как бы не его самого. Ну надо же! Теперь понятно, кто привел сюда эквестров…
Маркиза Алвасете Хейл узнал сразу, хотя у Бересклетки под кэналлийцем была другая лошадь, пегая, да и одет он был проще – ни вороненых доспехов, ни генеральской перевязи, ни парадного плаща. Заново родившемуся в том уже дальнем бою Стивену запомнились шалая улыбка и падавшие с широкого длинного клинка темные капли. Выскочивший прямиком на Хейла головорез стряхнул их резким движением, что-то крикнул своим спутникам на звонком чужом языке и назвался.
Позже Стивену сказали, что в Кэналлоа хозяева первыми не представляются. Вожак прорвавшейся к окруженному корпусу конницы счел себя гостем. То ли дело теперь: наряден, спокоен и явно еще не побывал в бою, шлем с перьями, и тот подвешен к седлу. Такому бы красавцу выситься на гребне, благо драка с холмов переползла к ручью и поднятая пыль осела, но, видать, по старой привычке захотелось глянуть на битву вблизи.
Взбираться к генералу, пусть и знакомому, Хейл, само собой, не стал, еще чего не хватало, но затеряться среди своих не удалось. Кэналлиец повелительно махнул рукой, явно приказывая задержаться, ловко спешился и с одной трубой в руке побежал по склону вниз. Привычный к подобным выходкам конь остался на месте, как и пятерка свитских, и видневшийся позади эскадрон.
– Мы, помнится, встречались, – Алва начал говорить еще на бегу. – Где? Гельбе? Бересклетка?
– Да… Да, сударь, Бересклетка. Вы выводили нас… корпус генерала Фарнэби из окружения.
– Удачно, что успели, – генерал знакомо сверкнул синими глазами. – Успеть вовремя, это всегда самое главное… Мне нравится мысль со стрелками. Это чужой приказ или твоя догадка?
– Мой генерал…
– Рэй Алонсо, – поправил кэналлиец. – Мы в бою, и мы прежде встречались.
– Рэй Алонсо, все вышло само собой. Павли… гайифские пикинеры тогда пошли вперед, и они были внизу. Я собрал стрелков своей роты здесь, на склоне. Мне понравился результат. Пуэн… Полковник Пуэн согласился. И вот теперь палим уже все вместе.
– Следующий раз палить будут по всей линии, – пообещал рэй и поднял трубу, дав Стивену основание к лютой зависти. О том, что окуляры морисской работы превосходны, успели узнать даже в Придде. Эх, вот бы такую…
На всякий случай Хейл глянул в том же направлении, что и Алва, но куда там… что-то двигается, поднятая кем-то пыль мешается с дымом, вот и все. Рэю, правда, происходящее нравилось, от дурных зрелищ улыбаться во весь рот не станешь.
– Хочешь порадоваться? – весело предложил он, не переставая чем-то любоваться. – Алаты в драку ожидаемо не лезут. Считай, конного резерва у Каракиса против вас нет, так что…
Такой быстрой и жуткой смены выражения лица, взгляда, состояния человека Стивену видеть еще не доводилось.
Веселый и, несмотря на окружающее смертоубийство и разницу в чинах, дружелюбный собеседник исчез, на его месте щерился охваченный боевым кровавым бешенством варвар. Улыбка сменилась оскалом, черты лица заострились, словно у какого-то древнего идола, а уж глаза… Зарычи генерал, как дикий зверь, Стивен бы не удивился, но нет, из плотно сжатых губ не вырвалось ни звука, что было еще хуже.
Окинув горизонт каким-то «слепым» взглядом, но вроде что-то разглядев, Алва отшвырнул драгоценное багряноземельское изделие, резко в четыре пальца свистнул и сорвался с места наперерез торопливо спускавшемуся к хозяину коню.
Всё, в седле. Отброшенный плащ падает в травы куском неба, всадник, ни на миг не прекращая спуска, водружает на голову шлем и разбирает поводья. На свитских не оборачивается, будто их нет, но первая пятерка следует за вожаком, а сверху уже текут десятки эквестров. Не то охрана, не то резерв, до того бездельничавший возле самого гребня.
Добравшись, наконец, до конца склона, генерал, выкрикнув что-то непонятное: то ли клич какой кэналлийский, то ли проклятие, бросает коня в галоп. Сверкает выхваченный клинок, и серебристая молния исчезает в промежутке между крайними баталиями «пуэновцев» и «линарцев». Ну точно, в драку понесло! Создатель, зачем?!