Свет маяка
- Еще чего не хватало! Я нашла их на диване в тот самый день, когда приехал Клайв, ответила Берил, не желая, чтобы ее сочли воровкой. - Я изучила их, позвонила к тебе в офис.., и вспомнила... Я все вспомнила!
Луис побледнел как полотно.
- К тебе вернулась память, - процедил он горько. - Ах ты, мерзавка! Ты все вспомнила два дня назад, а мне ни слова! Так кто кого водит за нос.., малышка?
- А с какой стати я обязана что-то тебе говорить? - яростно воскликнула Берил, до глубины души возмущенная издевательским обращением. - Я тебе ничегошеньки не должна. И в моем случае амнезия - это медицинский диагноз, а вовсе не подвернувшийся шанс по-садистски издеваться над человеком. И память ко мне не вернулась - разве что лишь крошечный фрагмент ее, подтверждающий, какой ты первостатейный, непревзойденный, неповторимый ублюдок!!!
Луис насторожился. Глаза его сузились, превратившись в две крохотные голубовато-серые льдинки. А Берил все бушевала:
- Я вспомнила лишь пару месяцев, не больше. И те с удовольствием бы забыла! Те самые месяцы, когда ты делал все от тебя зависящее, чтобы поломать жизнь моего брата... Фраза оборвалась горестным всхлипом.
- И это все? - воскликнул Луис, делая шаг ей навстречу. - Пара месяцев почти трехлетней давности? И ничего другого ты не помнишь?!
- А насчет тебя мне ничего другого помнить и не нужно! - возразила Верил, судорожно стискивая кулачки.
- Э, нет, так не пойдет! - перебил Луис, подходя совсем близко и не сводя глаз с ее искаженного яростью лица. - Э, нет.., не для того я тебя выследил, чтобы получить от ворот поворот!
Он ее выследил?
- Не понимаю, о чем ты.
- Я про нас с тобою, малышка, - настойчиво и проникновенно произнес он.
- Никакого "нас с тобою" нет и быть не может, - еле слышным, срывающимся голосом пролепетала Берил: в груди у нее на мгновение стеснилось, во рту пересохло.
- А тебе откуда знать? - безжалостно сказал Луис. - Ты укрылась здесь, на своем волшебном островке, спряталась от всего того, что не желаешь вспоминать, а мне как с таким бременем жить прикажешь?
- Не в том дело, что я не желаю вспоминать! - защищалась Берил. - И хотела бы, да не могу, пойми!
- Я тебя заставлю, - угрожающе пообещал Луис. - Я не уеду, пока не добьюсь того, что мне нужно.
- И что же тебе нужно? - исступленно выкрикнула Берил, глядя на мрачное лицо своего мучителя, искаженное гримасой, что с трудом сошла бы за ласковую улыбку.
- Как насчет тех двух лет, что мы провели вместе? Как насчет тех денег, что ты прихватила с собою, уйдя от меня в один прекрасный день и даже не попрощавшись?
- Какие еще деньги? Ты что, спятил? -Берил дрожала всем телом. - Два года? Хочешь сказать, что мы.., что ты и я.., что у нас был.., роман?
- Ты жила в моем доме и спала в моей постели. Речь идет о большем, нежели случайная интрижка.
- Нет, не верю...
Перед глазами Берил все поплыло. Но в ту же минуту сильные руки сомкнулись вокруг ее талии, поддерживая, не давая упасть.
- Обмороки - это пожалуйста, это сколько угодно, - смутно расслышала она, прежде чем окончательно потерять сознание. - Когда придешь в себя, я по-прежнему буду рядом, моя неверная красавица. На сей раз ты от меня не сбежишь...
Глава 7
Берил отворила дверь - и похолодела. На пороге стоял Луис Гренвилл. Его дорогой, сшитый на заказ костюм и кашемировый плащ выглядели до крайности неуместными в ее обшарпанной прихожей. Со времен постыдной сцены перед зданием суда молодые люди не виделись. Берил уже примирилась с мыслью, что, возможно, потеряла Луиса навсегда...
- Тебе не следовало приходить, - глухо проговорила она.
В льдисто-серых глазах сверкнула сталь.
- Можно, я войду?
Берил послушно отступила в сторону, пропуская гостя.
- Если ты насчет Джастина...
Один-единственный взгляд заставил ее умолкнуть на полуслове. Луис снял плащ, швырнул его на кресло. Крохотная квартирка, что после смерти бабушки казалась такой пустой и безрадостной, словно преобразилась: с приходом гостя в ней как будто запульсировала неуемная, беспокойная жизнь.
По-прежнему не сводя глаз с раскрасневшегося лица и стройной фигуры хозяйки, Луис снял пиджак и ослабил галстук. Оценивающе оглядел строгую белоснежную блузку, целомудренно застегнутую до самого ворота, узкую синюю юбку, доходящую до середины округлого бедра. Расстегнул верхнюю пуговицу рубашки, открыв ложбинку у шеи. Берил проследила движение его руки, и губы ее непроизвольно приоткрылись.
- У тебя выпить найдется?
Это бесцеремонное требование слегка разрядило обстановку. Непроизвольно-обольстительным движением Берил оправила юбку.
- Я... У меня, пожалуй, найдется немного шотландского виски.
Вплоть до самого конца скотч оставался последней отрадой бабушки, слегка облегчая боль, перед которой отступали все лекарства.
Луис последовал за хозяйкой в тесную кухоньку. Тяжелая бутылка едва не выпала из дрожащих рук Берил, но гость вовремя отобрал ее у девушки и разлил крепкий напиток по бокалам.
- Прости.., смешать, кажется, не с чем... пролепетала она, не в состоянии собраться с мыслями.
Луис стоял так близко, что тела их почти соприкасались и пряный запах его лосьона кружил голову сильнее, чем дурманящий аромат скотча.
- Ничего, пустое, - глухо проговорил он, отставляя бокалы и заключая Берил в объятия.
Луис жадно припал к ее губам, заглушая всхлип облегчения, что сорвался с ее уст в тол самый миг, когда гость притиснул ее к стене. Девушка исступленно ответила на его поцелуй, нетерпеливо теребя пуговицы светло-серой рубашки, расстегивая их одну за одной, чтобы поскорее ощутить под ладонями завички волос на широкой груди.
Он задрожал всем телом, сильные его ладони заскользили по внутренней стороне бедер девушки, задирая юбку, стягивая вниз колготки и кружевные трусики, стремясь коснуться разгоряченного лона. Ощущая пальцами влажный жар, Луис коленями раздвинул ей ноги, желая овладеть ею прямо здесь и сейчас...
- Нет!
Глаза Берил широко распахнулись, крик замер на губах. Она лежала на диване в коттеджике на острове Скалистый, а над ней, стоя на коленях и так знакомо стискивая бедрами ее ноги, возвышался Луис.