Дай себе шанс (СИ)

— Ну, ты же знаешь, что я не это имел в виду.
— Знаю-то, знаю. Но всё равно, я думаю, твой папа уже давно не такой, каким ты его помнишь. Вам просто нужно начать общаться не только по работе, а хоть иногда о чём-то нейтральном.
С отцом Максима мы виделись за всё время раза три. И да, он очень строгий, жёсткий и на первый взгляд может показаться, что ему плевать на всё и всех вокруг. Но лично я ни разу не увидела в родительском взгляде какого-то недовольства или упрёка. Думаю, после перенесённой болезни, Александр многое переосмыслил и очень жалеет об упущенном времени и что когда-то не пытался выслушать сына и его желания. Впрочем, как и мать Максима. Она давно не пьёт, живёт в своём родном городе, и Макс даже возил меня к ней один раз, но только потому, что я очень просила. Ведь женщина звонит ему очень часто, и, честно говоря, моё материнское сердце просто разрывается от того, как холодно он ей отвечает.
Нет, я понимаю, сколько мальчик Максим пережил в детстве, и как виновата его мать перед ним, но всё же прошу его дать ей хоть маленький шанс. Мне кажется, если раз в месяц говорить женщине, что у него всё хорошо, от него не убудет, а ей будет спокойнее.
На следующий день, после того как Максим улетел, чувствовала я себя снова плохо. На этот раз тошнота и слабость были такие сильные, что казалось, мир вращается. Тяжело было даже дойти до кухни за стаканом воды.
А вот когда открыла шкафчик в ванной, мне буквально упала в руки коробка с тампонами. Я, к слову сказать, купила их еще при переезде в квартиру к Максиму и так ими и не воспользовалась… Месяц уже точно как она лежит нетронутая. А я с новой работой, лагерем у детей и вообще с привыканием к постоянному нахождению мужчины в своей жизни, совсем об этом забыла.
Кажется, в одночасье прошла и ломота в теле, и тошнота, и вообще всё прошло.
Что уж говорить, что со мной творилось, когда я сделала тесты, которые я покупала ещё после нашей первой совместной поездки к моим родителям, и вот сейчас пригодившись наконец они все оказались положительными. Шесть штук и все горели красным цветом. Только на некоторых были просто двойные полоски, а на некоторых плюс семь-восемь недель беременности.
Не знаю сколько я так просидела в ванной. Были то слёзы, то смех, я просто не могла поверить в это.
А ещё на следующее утро, отдав дань белому фаянсовому другу, я из последних сил поехала в клинику. Потому что сидеть и гадать врут ли тесты или нет, у меня просто не было сил. Да и говорить с кем-то об этом я пока, естественно, не собиралась. Особенно с Максимом.
Сначала нужно во всём убедиться, а потом шокировать папочку…
После того как в первой клинике беременность подтвердилась, я как ненормальная поехала во вторую, а потом в третью… И на этом всё, решила, что больше не хочу себя мучить.
В самом-то деле, неужели мы с Максимом не заслужили быть счастливыми родителями вместе?
А ещё выбрала день, когда чувствовала себя немного лучше и поехала к своим родителям в гости. Там решила поговорить с детьми. Про саму беременность не говорила, но очень аккуратно выпытывала у них: «а представляете, если бы ваша мама тоже забеременела, как и Вероника?». Дети, особо не отрываясь от своих занятий, кивали и говорили, что это было бы круто. Ну и, естественно, кого бы они хотели больше. Олег, например, просил брата, так как у Вадима будет дочка, и в противовес двум сёстрам у него должен быть братишка.
**
— Привет, маленькая, — Максим в этот раз решил все дела за полторы недели, и я рада, что успела всё подготовить к его приезду, — Ну как ты тут без меня?
— Скучааала, — как обычно подпрыгиваю на носочках и, повиснув на крепкой шее, захватываю любимые губы в плен.
Эти полторы недели и морально и физически меня так вымотали, что сейчас, когда вернулся мой личный антидепрессант, я, наконец, могу полноценно выдохнуть.
Потому что я знаю — если Максим рядом, то всё обязательно будет хорошо.
— Мм, вот это встреча. И пахнет очень вкусно, покормишь будущего мужа? Голодный жуть просто.
 
— Конечно, будущий муж. Жду тебя на кухне… — ухожу от мужчины на слабеющих ногах.
Потому что уверена, что сейчас он увидит мой небольшой сюрприз. Не думаю, конечно, что сразу поймёт, но то, что спросит — обязательно.
Раз..
Два..
Три..
— Василиса! — слышу голос мужчины и стараюсь придать своему лицу как можно более невозмутимое выражение.
— Что такое? — поворачиваюсь к вошедшему мужчине, в руках у которого небольшая тройная рамка с нашими фото.
Я знала, где нужно её поставить, чтобы Максим сразу заметил.
В прихожей на маленькой полочке. Потому что когда он приходит, всегда кладёт туда ключи. В этот раз, я сначала увлекла его поцелуем, а вот когда пошла на кухню, он продолжил делать все свои дела в прежнем режиме. И… вот.
На одном фото — улыбающиеся мы с Максимом, на втором — Леся и Олег около байка, на котором весной их обещали прокатить (и прокатили). А на третьем, которое посередине, — чёрно-белый снимок УЗИ.
Да, там ещё не особо можно что-то разобрать, но если подключить фантазию, то уже можно рассмотреть общие очертания.
— Фотки распечатала? — хрипит и сканирует меня тяжёлым взглядом.
— Угу. Решила… почему бы и нет…. - заламываю руки и несмело улыбаюсь.
Вся моя невозмутимость сдулась, как воздушный шар, стоило только поднять на него глаза.
— Малявка, ты чего? Это?..
Начинаю тихонько смеяться, но, кажется, смех выходит немного истеричным.
— Это, Максим, это, — киваю и, подойдя вплотную к мужчине, задираю голову вверх, — Возьмёшь меня замуж с тремя детьми или это уже перебор? — щурюсь и жду, пока он хоть немного осознает свалившуюся на него новость.
Ведь для него прошло всего-то два с половиной месяца, как мы начали жить в открытую и просто надеяться, что рано или поздно у нас получится. Я же, будучи в браке с Вадимом, несколько лет жила с ожиданием двух полосок, поэтому для меня это сейчас как что-то невероятное, потрясающее и даже чуть-чуть пугающее…
— А я же говорил! Получилось! — сдавливает меня в своих крепких объятиях, — Получилось же, маленькая!
— Получилось, получилось, — хриплю, — Максим, ты нас раздавишь, аккуратнее, пожалуйста.
Ослабляет слегка хватку и берёт в ладони моё лицо.
— Ты же знаешь, как сильно я тебя люблю, маленькая? — упирается своим лбом в мой.
— Конечно, знаю. Я тебя люблю не меньше.