Макс Лазарь. Книга 3 (СИ)

Стоило загореться на забрале экрану статуса панциря, как я сразу заметил новую пиктограмму с куполом, выложенным шестиугольниками, под которым находилась цифра 100. С первого взгляда понятно, что это — щит и процент имеющегося заряда в ячейках.
— Ну что, Мира, я тебя поздравляю с обретением материальной оболочки, — торжественно проговорил я. — А теперь давай-ка её протестируем как следует.
  
Проекция и тело одновременно вскинули ладошки ко рту и покраснели.
— Что, вот так сразу, завалишь меня в постель⁈ — с плохо скрываемым смехом воскликнули обе.
Я выбрался из панциря, и, жестом отослав проекцию, чтобы она не мешала, посмотрел в глаза оставшейся блондинки. Под моим осуждающим взглядом она поспешила стянуть верх своего костюма, демонстрируя себя во всей красе.
— Я готова, мой господин! — патетично воскликнула напарница. — Только будь со мной нежен, это у меня впервые.
Я фыркнул и покачал головой.
— Собирай себе второй такой же панцирь, и поехали. Некогда рассиживаться, нас ждут великие дела!
И, проходя мимо, я шлёпнул её по заднице. Мира ойкнула, а я со смехом отправился обратно в казарму.
Давно хотел надавать ей по жопе за противное поведение. И теперь у меня такая возможность появилась. О чём ещё можно мечтать?
  
Глава 7
 
Край подконтрольных модулю территорий приближался. За время, пока мы сюда ехали, я мог практически вживую наблюдать, как два конвоя грузовиков пересекали ничейные территории, охваченные дальним узлом связи.
— Пятьсот метров до границы, — предупредила Мира, вращая руль, чтобы объехать очередную неровность на лугах, по которым мы двигались.
— Ага, спасибо, — отозвался я, не переставая прихлёбывать кофе из очередного рациона.
Мы оба были уже в панцирях — территория, которую враг считает своей, началась достаточно давно, чтобы не пренебрегать безопасностью. Да, у нас есть мощный арсенал, но броневик, даже собранный из материалов Предтеч, будет так же легко уничтожен из оружия «синих», как я про себя решил именовать эту группировку.
Чёрт возьми, Предтечи пространство сворачивали в узел, что им какой-то крепкий материал, который они сами же и изобрели?
Заехать на территорию врага в этот раз мы решили с не самого очевидного места. Маршруты замеченных караванов проходили с востока на запад и обратно. А я решил, что нам лучше залезть поглубже на земли «синих», а уже там пощупаем округу. Заодно проверим узел связи, который находился строго на юг от предыдущего. Правда, для этого придётся в полной слепоте проехать почти сотню километров.
— Всё, я больше не богиня, — с усмешкой заметила Мира, чуть сбавляя ход.
Мы пересекли границу сети Предтеч, и, конечно, радиус контроля моей напарницы сильно упал. Но один только броневик держит радиус в сотню метров, ещё сотню даёт тело Миры, ну и непосредственно модуль на моей руке способен генерировать связь Предтеч на полкилометра. Так что совсем уж незрячими мы не остались.
— Ничего, если не помнишь, в самом начале мы и без этого прекрасно справлялись, — ответил я, после чего выбросил стаканчик из-под напитка в утилизатор. — Ладно, глядим в оба. Ещё не хватало пропустить появление врага под самым носом.
Мира кивнула, не отрывая взгляда от дороги, но я прекрасно знал, что она контролирует пространство вокруг нас на те самые пятьсот метров. Для моего удобства она перестала пользоваться проекцией, так что спутать, где настоящая, а где — воображаемся блондинка, больше мне не грозило.
Я надел очки и повертел турелью по сторонам, проверяя, как она работает. Но никаких отклонений не нашёл. На самом деле мои действия были необязательными, но требовалось хоть чем-то занять руки. Постоянное напряжение от ожидания боя сведёт с ума любого подготовленного человека. Это Мире, даже получившей тело, не требовалось ни отдыха, ни сна.
Положив оружие рядом с собой, я раскрыл на планшете учебник письменности Предтеч. Его ещё в лаборатории собрала моя ассистентка, закачав нужную информацию. И теперь, когда было совершенно нечем заняться, я пытался самостоятельно осваивать эту тарабарщину. Нет, вслух такое по-прежнему не произнести, но понимать, какая загогулина что означает — вполне. Главное запомнить, чем одна от другой отличается.
И даже здесь по-прежнему ощущалось, что мозги Предтеч, если у них таковые и имелись, работали иначе, чем у людей. Слишком нелогичным, с точки зрения человека, выглядело построение записей. Чем-то это напоминало азиатские записи, где значение иероглифа зачастую зависит от того, какие закорючки расположены рядом. Мозги, даже дважды прокачанные, вставали набекрень, когда я пытался анализировать письменность создателей моего модуля.
Так что оставалось только зубрить, не пытаясь обдумывать изучаемый материал.
И, как показала практика, не зря я отвлёкся на посторонние дела. До самых сумерек мы добирались до невысокого перелеска. И только здесь Мира сбросила скорость практически до нуля, броневик чуть покачнулся, замедляя свой ход.
— На границе восприятия — люди, — сообщила напарница, обернувшись ко мне. — Посылаю дронов.
Отложив планшет, я закрепил его на месте и пробрался к ней в кабину. На тактической карте, которую блондинка создала на панели броневика, отображался лагерь, в котором сидело несколько десятков людей.
Что бросалось в глаза — на этот раз бетонные укрепления были прикрыты маскировочными сетями. Всё сделано настолько качественно, что запросто можно было пройти через весь лагерь и не понять, что там затаился враг. Семь приземистых строений, несколько вкопанных в землю и тоже припрятанных от постороннего взгляда огневых точек — не автоматизированных, но внезапно огрызнувшийся пулемётным огнём холмик, даже если за стволом сидит живой человек, посреди таких же неровных зарослей может серьёзно удивить.
Дроны добрались до нужной точки, откуда было видно, что на этот раз вольные вооружены всё теми же ружьями и облачены в такие же доспехи, как и прошлый отряд. Подлетать поближе, чтобы заглянуть внутрь строений, я запретил.
— Я проведу наши машинки так, что их никто не заметит, — возразила напарница.
Я ткнул в изображение лагеря, мои пальцы, естественно, прошли иллюзию насквозь. Так что стук раздался от столкновения с панелью.
— Ты видишь, как всё здесь обустроено? — спросил я. — Это не какие-то левые бандиты. Посмотри на маскировку, на планировку самого лагеря. Здесь поработал кто-то с мозгами и опытом. Мы можем ломиться на штурм, но окажемся под перекрёстным огнём, с какого бы конца ни вошли. Вольные так не действуют.
— Это было понятно ещё в тот момент, когда мы обнаружили у них оружие Ордена, — пожала плечами Мира. — И без этого ясно, что простые бандиты, которых сбросили в Долину в наказание за преступления на вашей планете, не способны освоить технологии даже земные, что уж про создателей говорить!
Я снова покачал головой.
— Наблюдаем до утра, что будет здесь происходить, — озвучил своё решение я. — Так что я иду спать, а ты гляди в оба. Поднимешь меня в четыре часа утра, посмотрим, что там делают эти ублюдки, и примем решение. А пока собирай статистику.
Хлопнув напарницу по плечу, я перебрался в кузов и, не став снимать панциря, улёгся на койку.
Очень мне не понравилось то, что я увидел посреди леса, где просто некому искать врагов. Такое делают только в том случае, если ждут появление противника. Либо чтобы занять подчинённых. Но вольные — не тот народ, которому требуется поддерживать дисциплину, они и слова-то такого не знают. Здесь же окапывались настоящие профессионалы. А это значит, что лёгкой прогулки не будет, и прежде чем совать голову тигру в пасть, нужно наблюдать.
  
К назначенному времени Мира осторожно толкнула меня в плечо, и я открыл глаза. Мои пальцы уже сжались на рукояти пистолета, который лежал рядом. Но я выпустил оружие и кивнул своей напарнице.
— Ничего в этом лагере не поменялось, — сообщила блондинка. — За порядком никто не следит. Развели костёр, зажарили какое-то мелкое животное, пили и ели, горланя песни. Так что, может быть, ты и был прав, предлагая выждать — там половина состава сейчас пьяна.