"Фантастика 2026-79". Компиляция. Книги 1-33 (СИ)

Ох, подумаю об этом позже. Сейчас будет лучше сразу спихивать на галлюцинации всё, что со мной случилось.
Под эти мысли я лишь кивнул. План начал выстраиваться в голове.
— … и если твой брат решил сбежать, это ещё не повод обвинять в подобном всех и каждого, — сурово дополнил офицер.
— Ничего страшного, на его месте я, наверное, предположил бы то же самое, — обхватив протянутую руку мужчины, я подтянулся и вцепился в его спину, устроившись на крупе высокого коня. Отряд неспешно поскакал в сторону Мобаса.
  
Захваченный город, со стороны которой держались всадники, выглядел ужасно. Взорванный участок стены до сих пор не был отмыт от крови, которая, кажется, присохла там насмерть. Думаю, теперь могла бы помочь лишь производственная магия. Либо сносить всё к Триединому, да строить заново!
Кроме поломанных стен, с каждым метром мне открывалось всё больше подробностей: разрушенные крестьянские хибары, земля, несущая следы применения сильных чар, куски брони инсуриев, чьё-то брошенное поломанное ружьё, обломки меча, разбитая телега… И это лишь окраина Мобаса! Что творится дальше, внутри?
— Но на самом деле всё было немного сложнее, — я улыбнулся. — Потерял сознание во время налёта вражеских колдунов на лагерь. Они выпрыгнули из-под земли, словно демоны, — поморщился я. — Похоже, пропустил какой-то удар, — демонстративно коснулся я затылка. — Благо, на мне был полный артефактный комплект, так что сумел выжить. Очнулся не в чертогах Хореса, как ожидал, а в потоке огня, но каким-то чудом сохранил жизнь, отделавшись сгоревшей одеждой. Пришлось закопаться под землю, чтобы сбить пламя, — вздохнул и скривился. — Со стихией земли я не особо силён, но навыков хватило. Сидел там до тех пор, пока какой-то взрыв не оглушил меня до потери сознания. Потом то приходил в себя, то снова впадал в забытье. Думал, там и откинусь, но в один из моментов решил рискнуть и полечить себя. Целитель я аховый, однако либо так, либо смерть. Как видите — мне повезло.
— В земле, говоришь, лежал? — подозрительно покосился на меня глава отряда.
— Как вылез, смыл грязь, — хмыкнул я. — На воде специализируюсь. Только закончил, да думал попробовать артефакты поискать, которые мне жизнь спасли, как вы появились.
— А что тогда искать не стал? — обернулся один из всадников, посмотрев на место, где меня нашли, будто бы запоминая его.
— Троица с ними, — махнул я рукой, — артефактор я. Новые сделаю.
Не без огрехов, но мои слова приняли. Признаться, даже то, как именно меня везли, вызвало бурю удивления, которую я с трудом скрывал. Лояльность! Дружелюбие! Переживание! Ожидал, что мне на месте проведут строгий допрос, закуют руки, обмотают антимагическими амулетами, да потащат к дознавателям, но… получил лишь слова: «…ещё один контуженный».
Осторожные вопросы показали, что всему «виной» моя светлая кожа и форма лица. Я — эталонный имперец с Малой Гаодии. Сходу приметив сей факт, у разведки осталось лишь два варианта: дезертир и «попавший в беду». Но дезертир не стал бы голым ошиваться возле стен города, которые постоянно патрулировались бдительными конными отрядами. Даже воздух контролировался магами!
Большинство тех, кто сбежал с поля боя, имели лишь одну дорогу — в лес. Собственно, туда уже были направлены охотники, причём с артефактами поиска, которые я сам и помогал создавать.
— То, что ты из колдунов, сразу было ясно, — дружелюбно заявил Эрнах — мужчина, за чьей спиной я ехал. — А вот отсутствие одежды вызвало вопросы.
— Очевидно ведь, что беда приключилась, — разумно дополнил ещё один, Атл, отчего активная дискуссия на неспешном конном ходу продолжилась.
В ходе обсуждения я, притворно помявшись, признался, что и правда родом с Малой Гаодии, самой столицы, да ещё и прямиком из графской семьи. Моя фамилия произвела эффект, ведь оказалось, Моргримов знают. И они, к моей вещей радости, не пострадали. И отец, и Лиам с Анселмой, живы и здоровы.
Осознав, что речи о подозрениях не идёт — хоть меня всё едино везли в ставку Тайной полиции, но скорее потому, что так положено, — начал более активно расспрашивать о ситуации в городе и армии. Не хотелось создавать ощущение вконец оторванного от общества!
Оказалось, взрыв стен Мобаса создал очень много проблем. Мало того, что единомоментно убил несколько тысяч человек, так ещё и организовал целителям столько работы, что до сих пор толком не спят. Живут, хех, на одних алхимических зельях.
Слишком много раненых, контуженных, обезумевших… Архонт Мобаса, Ралтор Броннусворд, организовал Дэсарандесу приём, который был достоин занесения в анналы. Впрочем… император ответил. И ответил в таком же стиле.
Вся городская знать оказалась зачищена. Людей вытаскивали из своих домов: кого в ночных рубашках, кого в артефактной броне и под защитой верной стражи. Но это никого не остановило. Никто не сумел отсидеться, ведь Дэсарандес, казалось, ещё не войдя в город, уже знал всю его подноготную. Теперь неугодных, тех, на кого можно было указать пальцев, обвинив в собственной некомпетентности — от чего не был застрахован никто, даже император, — массово казнили на площадях. Придворных архонта, его приближённых, всех аристократов, всех генералов и высших офицеров… Они сами выбрали свою судьбу. Исключений было мало. Например — некоторые сионы. Группу Высших, которые самолично — опустив головы и расписанные рунами мечи, — пришли сдаваться, принял сам Дэсарандес. Его решение оказалось простым: все они на время переквалифицировались в палачей, которым нужно было лишать жизни своих же сородичей и, быть может, друзей и родственников.
— Причём император, — с улыбкой рассказывал командир всадников, Айвис, — говорил так: «Ваше прощение зависит от того, сколь долго и мучительно приговорённые к смерти будут умирать». И все эти надменные засранцы…
— Кто? — прервал его Атл. — Сионы или мобасские аристократы?
— Все! — грубо рявкнул лидер. — Сионы, — через несколько секунд поправился он, — вынуждены были применять собственные навыки, чтобы максимально растянуть мучения своих жертв. Целый день пытали! Вот так зрелище было! Я после смены ходил на площадь, потолкался среди ребят…
Типичная «забава». Казнь. Что может быть интереснее?
— Так сумели ли они искупить вину? — поинтересовался я, рассматривая дороги и городские предместья. Местных почти не было видно, хотя обычно, что в самом городе, что сразу за его пределами, постоянно ошивались самые разные люди: крестьяне, решившие продать урожай или скотину, более серьёзные торговцы, бегающие с поручениями слуги, гонцы, мастеровые, чем-то занимающиеся маги (под контролем гильдий), праздно шатающиеся горожане и прочее. Ныне же разве что редкие, трусливые тени, мелькали в отдалении. Зато поблизости разместился новый имперский лагерь. Логично, что Дэсарандес не стал наполнять Мобас всеми своими солдатами. Слишком уж их было много, чтобы разместить в казармах, а если начать использовать иные помещения, то подобное создаст сложности уже для командующего состава. Проще собрать армию в одном месте.
К тому же, — подумал я, — учитывая, что город всё ещё находится на военном положении, велик риск диверсии, когда противник, идеально знающий свою территорию, по полной воспользуется этим фактором.
— Искупить? Для кого-то — да, — протянул Айвис, но тон использовал такой, что становилось понятно: мужчина не верит им и на ломанный медяк.
Ещё я узнал, что Дэсарандес изменил политику общения с местными. Как пояснили всадники, император разочаровался в их благодарности за его милость, а также в том принципе, что его войска не трогают крестьян, позволяя им жить прежней жизнью. Теперь всё закончилось.
  
— Так значит, у них отбирают еду, а не платят за неё? — поинтересовался я.
— Нет, — хохотнул Эрнах. — Мы забираем вообще всех!
— Всех? — не понял я. — Крестьян?
— Верно, — кивнул он. — Всё население деревень и поселений: мужчин, женщин, детей, скот, припасы. И если запасы идут нам, в качестве компенсации за то, что мобасские псы уничтожили, когда напали на лагерь, то людей собирают в толпы, которые потом планируется бросить в бой, в качестве пушечного мяса.