Сон разума (СИ)

— С возвращением, — голос Бейкера прозвучал чуть недовольно, давая понять, что отвлекли его от важного дела, но уточнять, кто звонит, Чарли не стал. — Ты закончил?
— Вроде того, — Ральфи остановился, совершенно случайно напротив табачного магазина, и задержал взгляд на выставленных в витрине пепельницах. — Осталась оптика. Ты меня подберешь?
— Пришли адрес.
Чарли отключился прежде, чем он успел ответить, и Ральфи сделал вывод, что может не спешить.
  
В машину к Бейкеру он сел через два с лишним часа уже в новых очках в толстой темно-серой оправе и черной футболке с предсказуемой надписью «Трахни нормальность».
— Тебя уже не исправить, да? — хмыкнул Чарли вполне одобрительно, и завел мотор.
Ральфи, тратящий деньги на шмотки и донельзя стильные дорогое аксессуары, был тем самым Ральфи, которого он знал и привык считать стабильным.
Та самая нормальность, напрашивающаяся на неподобающее обращение с ней.
Если Ральфи начал возвращаться к своему обычному образу жизни, возможно, не так все и плохо, как ему казалось вчера.
— Я подумал, вдруг это поможет мне ассимилироваться в вашем болезненно-нормальном обществе? — Ральфи взглянул на собственную майку с притворным удивлением.
— Только пряжки с мустангом не хватает, — Чарли хохотнул, качая головой.
— Я одолжу твою, — Ральфи, выглядевший вполне довольным, уже привычно съехал на сидении. — Какой у нас план?
— План… — Чарли помолчал, притормаживая и выпуская с парковки небесно-голубой «Матиз». — Наш план состоит в том, чтобы сделать фотоотчет по одному неверному супругу. Утром мне нужно будет встретиться с заказчицей, а все остальное время можем посвятить нашему старику.
— Ты всерьез собираешься этим заниматься? — Ральф мгновенно посерьезнел, поворачиваясь к нему.
— Собираюсь, — Чарли кивнул, перестраиваясь в левый ряд. — Понятия не имею, как ты это делаешь, но ты всегда знаешь. Я выпил по стаканчику кофе кое с кем из парней…
— Серьезно? Полиция Города Ангелов настолько коррумпирована, что продала какому-то хлыщу материалы дела за пончик?
— Иди в задницу, — Чарли подбородком указал на зеленый «Фольксваген», встраивающийся в поток машин. — Вот наш парень.
Ральфи молчал почти минуту, соображая, о каком именно парне идет речь.
— Неужели действительно находятся люди, готовые платить тебе за все это?
— Полно, — Бейкер включил поворотник и снова перестроился, чтобы ехать за «Фольксвагеном». — В век высоких технологий, позволяющих запаролить телефон, и брачных контрактов, слежка за неверными супругами — весьма прибыльное дело. Например, если сегодня мы добудем доказательства его измены, его миссис получит при разводе столько, что сможет не работать до конца своих дней и еще немного оставит общим детям.
Пока Чарли говорил, Ральф не сводил с него внимательного, сосредоточенного взгляда.
— И ты не дохнешь от тоски? — сформулировал он, наконец, свой вопрос.
— Бывает. Но это самое близкое к полицейской работе, что я смог придумать. Хотя, согласен, ужасно пошло.
— Не забывай про семейный бизнес.
— Серьезно? — рассмеялся Чарли коротко, но искренне. — Ты действительно можешь увязать в своей больной голове меня и брендовые сумочки?
— Тебе бы пошел стильный метросексуальный рюкзачок, — Ральфи тоже засмеялся и тряхнул головой, отбрасывая волосы.
Поговорив с Чарли по телефону, он почти пятнадцать минут мялся возле парикмахерской, но отчего-то так и не решился их остричь. Незаметно и для него самого неожиданно, эта прическа начала ему нравиться.
Тем временем «Фольксваген» припарковался возле небольшого кафе, как по заказу, с витражными стрелками, и Чарли, даже не прячась особенно, нырнул на единственное свободное место в первом ряду.
«Клиент», седой подтянутый мужчина в джинсах и демократичной рубашке, направился прямиком к столику у окна, и по всем законам жанра, поприветствовал ожидавшую его ухоженную блондинку поцелуем в щеку.
Ральфи хмыкнул и прокомментировал непечатно.
— Камеру с заднего сиденья достань, — от сосредоточения губы Чарли сжались в плотную линию, а взгляд стал таким, что все остальные свои комментарии Ральфи предпочел оставить при себе.
Развернувшись, он уперся в сиденье коленом и потянулся с профессиональным фотоаппаратом, лежащим сзади.
Чарли поблагодарил его коротким кивком, и, выдвинув объектив, сделал несколько снимков: нога блондинки касается колена её спутника под короткой кремовой скатертью; мужчина накрывает ладонью её руку в ожидании заказа; женщина улыбается ему красноречиво и нежно.
Ральфи высидел молча не меньше пятнадцати минут, пока он наконец не опустил камеру.
— Мы отсвечиваем здесь, как парочка вуайеристов, — он взял фотоаппарат с коленей Чарли, и, выдвинув объектив, посмотрел вокруг.
— Еще одно слово, и ты добавишь этой легенде достоверности делом.
— Нет, Чарли, я серьезно, — Ральф повернулся, устраиваясь на сиденье боком, чтобы смотреть на него. — Почему ты до сих пор не женился?
— Зачем? — Бейкер посмотрел в ответ с таким неподдельным удивлением, что Ральфи чуть не рассмеялся. — Для меня не проблема найти девушку для секса, даже постоянного, а все остальное… Зачем?
— Просто я смотрю на них, — Ральф поднес руку к подбородку, указывая на кафе коротким кивком. — И тоже думаю: зачем? Любовь слишком абстрактное понятие, чтобы потом…
— Хочешь сказать, что никогда не был влюблен? — Чарли подчеркнуто недоверчиво хмыкнул, бросив на него быстрый взгляд, и продолжил наблюдать за «клиентом».
— Знаешь, пожалуй нет, — Ральфи же остался несвойственно ему серьезен.
— Брось, все мы там были, — Чарли все еще недоверчиво качнул головой, но что-то в его тоне неуловимо изменилось.
— Может быть, — чтобы сгладить неловкость, Ральфи коротко ему улыбнулся. — Просто я не слишком хорошо понимаю, что именно большинство людей вкладывает в понятие «любовь». Не это же…
Он качнул головой, показывая, что имеет в виду людей, за которыми они следили.
Глаза Ральфи, еще утром отчетливо серо-голубые и очень выразительные, за стеклами очков снова стали будто смазанными, утратили яркость и цвет.
Иногда Бейкер думал, что он надевает эти очки как защиту, закрывается от окружающей действительности, и когда за стеклами ничего не прочитать, у него все в порядке. Слишком патетично, конечно, на грани пафоса, за который сам Чарли считал уместным убивать, но, должно быть, все же правду говорят о том, что тот, кто не помешан на понтах, понтуется отсутствием оных. В случае Ральфи очки были наименьшим из возможных зол.
— Не знаю, — он почесал бровь, осторожно возвращаясь к теме разговора. — Говорят, это бывает очень редко, но случается, что один, произвольно выбранный Вселенной человек становится тебе дороже всего и вся.
— И по большой любви ты бы женился? — Ральфи рассмеялся, вполне закономерно расценив его слова как шутку.
— О да, — его короткий, хрипловатый смех всегда был заразителен, так что, Чарли тоже весело фыркнул. — Если только на докторе Миллер.
— Ты знаешь номер телефона, на который можешь ей позвонить.
— Иди в задницу, — теперь уже Чарли захохотал от души.
— Ну или, — Ральфи склонил голову набок, продолжая лениво разглагольствовать. — Проявить напор и умеренную наглость. Подойти к ее столику, когда она решит выпить вечером чашечку кофе в небольшом кафе. Очаровать ее в непринужденной обстановке и проверить уже на практике, какое отношение она имеет к любви всей твоей жизни.
Все сказанное Чарли выслушал очень внимательно, потом кивнул:
— И почему у меня складывается впечатление, что ты пытаешься меня достать?
  
— Лучше бы у тебя сложилось впечатление, что я знаю, о каком именно столике идет речь, — прекратив, наконец, дурачиться, Ральфи сел прямо и, вручив ему камеру, указал, в какую сторону смотреть.
Доктор Миллер сидела спиной к ним в дальнем углу зала, но в том, что это она, Чарли не усомнился так же, как и его напарник несколькими минутами ранее.