Теория снежного кома (СИ)

– Учитывая, как она обожала Эйса… Вот чёрт, а вдруг она всё ещё его любит?
Я даже не подумала о том, что такое может быть. Поэтому сперва замялась, не зная, что ответить. Это едва не привело моего лучшего друга в ужас. У него округлились глаза. Он провёл рукой по своим розовым волосам и нервно закашлял.
– О нет, ты же не хочешь сказать…
– Ничего я не хочу сказать, durashka. Я… надеюсь, что это не так.
  
– Узнай у неё.
Я вытаращила глаза.
– Прям так и спросить? Напрямую? «Не любишь ли ты всё ещё Эйса? Рио просто спрашивает»?
– Ну, почти. Только последнее не говори.
– Как будто она скажет правду, – скептически пробормотала я.
И тут мне вспомнилась её татуировка на груди, о которой она говорила однажды. С именем Эйса. Господи, я и забыла, насколько дела были плохи…
Фелисити, наверное, из тех, кто бросается из крайности в крайность. Если любит кого-то, готова сделать татуировку с именем этого человека прямо на груди. Спасибо хоть, что не на жопе.
Хотя, кто знает…
– Ладно, – сдалась я. – Узнаю как-нибудь. Поинтересуюсь как можно мягче.
Рио бросился вперёд и сгрёб меня в охапку.
– Спасибо, ты самая лучшая подруга на свете, – почти пропищал он, душа меня в объятьях.
– Ага, – прохрипела я.
А когда он меня выпустил, сделала вид, что задыхаюсь, и мне теперь не хватает воздуха.
Внезапно в поле зрения появился профессор Бьёрн. Его нос был красным, и сам он был в одет в свою куртку, с намотанным вокруг шеи шарфом. Видимо, только вернулся с улицы.
– Мисс Льдова, чего вы ждёте? Скорее, одевайтесь – и во двор!
Я переглянулась с Рио. Он пожал плечами, понятия не имея, что происходит.
Тогда Бьёрн прокашлялся и начал разъяснять:
– Неужели вы не знаете? Про курс выживания.
О нет…
Я вспомнила о том, что Свен Йоханссон как-то вёл лекцию на тему выживания в лесу. Но совсем забыла об этом. Наверное, даже надеялась, что это ни к чему в будущем не приведёт. Ошиблась.
– А нет ли возможности в этом не участвовать? – спросила я с надеждой, хотя выражение лица профессора говорило само за себя.
– Боюсь, что нет, мисс Льдова, это обязательный курс, и баллы за него будут учитываться в итоговой оценке. – Профессор Бьёрн похлопал себя по карманам, извлекая толстые варежки. – Чем быстрее начнём, тем быстрее закончим. Одевайтесь теплее, сегодня тридцать градусов мороза.
Сколько?!
У меня открылся рот, но не успела я сказать ничего в ответ, как профессор весело поплёлся дальше. Наверное, чтобы собрать всех остальных.
Да вы издеваетесь?!
Рио тихонько присвистнул. Я обречённо вздохнула и поплелась к лестнице, чтобы подняться в свой номер за курткой.
– Что ж, значит, увидимся после вашего приключения? – своеобразно попрощался со мной друг, а потом, изображая злодейский смех, пошёл в столовую.
У меня вот-вот пошёл бы пар из ушей.
– Ах ты, задница… – прошипела я, принявшись подниматься по ступенькам. – Нет бы поддержать подругу… Конечно нет, лучше издеваться над ней… Я тебе это ещё припомню, маленький педик. Буду называть тебя педиком всю жизнь, и ты даже не узнаешь, что именно я говорю…
– Всё в порядке?
Я вздрогнула, резко подняв голову.
Эйс стоял у нашей двери, держась за её ручку одной рукой, а во второй сжимая ключ. Он всегда был у него, а я не возражала: тупо потому, что им было ужасно неудобно пользоваться, и я никак не могла запомнить, с какой стороны это железное говно нужно совать в замочную скважину.
– Отстань, – выругалась я под нос. – Тебя мне только не хватало.
Он цокнул, а потом отворил дверь.
– Только после вас, – галантно протянул Эйс.
Я вошла в номер, сразу ища взглядом свою куртку. Наверное, мне ещё лучше надеть тёплые носки и достать варежки из чемодана.
Но шапка…
– Ты должен мне новую шапку, – сказала я, и Эйс удивлённо обернулся.
– С чего бы?
– В смысле? А кто мне её испортил, напомнить?
– Я её не испортил, а благословил. Могла бы и поблагодарить.
Этот разговор уже звучал так, будто ни к чему в итоге не приведёт. Вспомнив о нашем уговоре не враждовать, я постаралась взять себя в руки. На самом деле, мне даже нравилось не воевать с ним, а договариваться на словах.
И тогда быстро ушли принципы, и голос в миг смягчился, когда я осторожно произнесла:
– Мне нужна другая шапка. Пожалуйста.
Эйс замер на мгновение. Это было неудивительно, ведь я никогда после начала нашей вражды не говорила с ним так… вежливо. Тем более, ни о чём никогда не просила в таком мягком тоне.
Полностью понимаю его шок. Я бы удивилась не меньше.
– Повтори, – улыбнулся Эйс, выпрямившись: до этого он, наклонившись к розетке, подключал к ней зарядное устройство своего телефона.
– Это вовсе необязательно, – выдавила я из себя, когда он сделал шаг вперёд.
– Значит, не так уж и сильно тебе нужна шапка.
– Это не смешно… На улице тридцать градусов, а мы собираемся проходить какой-то курс выживания.
– У тебя есть своя шапка. Почему ты так брезгуешь её надеть, как будто я «заканчивал» в неё или…
– Фу, хватит! – Я заткнула на пару секунд уши, как будто это помогло бы мне стереть из памяти то, что он только что ляпнул и что воссоздало моё воображение. А потом я всё-таки взорвалась. – Ну и не надо! Сама разберусь! Govnoed!
Не дав ему и слова вставить, я схватила свою куртку и вылетела из номера, громко хлопнув за собой дверью. Неужели у него совсем не осталось совести? Всё настолько плохо?
Натягивая на себя верхнюю одежду, я чувствовала, как во мне угасает последний огонёк энтузиазма, который и без того был очень слабеньким. В голове начали проноситься картинки из документальных фильмов про выживание в дикой природе: строительство хижин, добыча огня трением, поедание личинок… Брр.
Интересно, а в этих местах водятся медведи?
– Ты как? – Хлоя, уже полностью экипированная, с улыбкой смотрела на мои мучения с заевшей молнией, едва я вышла на холодную улицу.
– Прекрасно, – пробурчала я, наконец справившись с застрявшей «собачкой». – Просто мечта всей моей жизни – отморозить себе задницу где-нибудь в норвежских снегах ради пары баллов.
– Ну, не драматизируй, – подмигнула Хлоя. – Вдруг нас научат строить иглу? Представь, какой классный пост в Инстаграм получится!
– Мы вроде как не в Арктике…
– И что? А вдруг?
Я скептически фыркнула. Вряд ли нас вообще будут учить что-то строить. В этом ведь и смысл этого «мероприятия» – чтобы мы вышли из ситуации самостоятельно, своим умом и догадливостью.
– Мисс Льдова? – позвал меня Бьёрн, рядом с которым стоял незнакомый нам мужчина, Джордан и Шейн. – Мистер Муди уже спускается?
Еле подавив желание начать ругаться матом, я спокойно ответила:
– Да. Я видела его в номере. Он сейчас тоже выйдет.
Профессор кивнул и продолжил болтать с мужчиной рядом. Тот был одет так, будто наведался к нам прямиком с Северного полюса в карете, запряженной оленями. А белая борода придавала ему схожести с Санта-Клаусом.
Ледяной воздух обжигал лёгкие, превращая каждое выдыхание в облачко пара. Я поёжилась, плотнее запахивая куртку. Бесконечная белизна сугробов искрилась под солнцем. Снег похрустывал под ногами Саманты, Авроры и Фелисити, только вышедших из шале и собравшихся у входа. Все нервно переминались, предвкушая поход. У детской площадки профессор Бьёрн всё так же оживлённо беседовал с Сантой в камуфляже – нашим инструктором, судя по всему.
– Ты взяла телефон? – спросила Хлоя.
– Да. Но вряд ли он понадобится.
– Думаешь, не получится прогуглить, что нужно делать для выживания в лесу?
  
– Этот тупой интернет даже в шале ловит с трудом. В лесу он вообще сдохнет с концами.
Хлоя разочарованно вздохнула и натянула на голову капюшон с мехом, чтобы обеспечить себе больше тепла. А я снова поёжилась, чувствуя, как мороз пробирается под одежду. Раздражённо потёрла ладонями замёрзшие уши. Что ж, если я вдруг заболею…