Теория снежного кома (СИ)

Я никогда не верила в приметы, карму и во всякую подобную ерунду, но именно в этом случае меня пугала возможность сглазить. Так что буду молчать до последнего. Пока не будет известен исход наверняка. Что если я расскажу об этом Рио, а потом Магнус сообщит мне, что у него, к сожалению, ничего не вышло и всё отменяется? Я почувствую себя неудачницей. Для моего ментального состояния это будет явно неполезно.
  
И пока размышления всё крутились у меня в голове, нам принесли наши заказы. Передо мной появилась тарелка с шоколадным круассаном и чашка с горячим шоколадом.
Рио предпочёл двойной капучино с солёной карамелью, о чём сообщил всем за столом.
Фелисити вдруг спросила:
– А солёная карамель вкусная? Я никогда не пробовала такой кофе.
Друг тут же оживился. Мне даже со стороны казалось, как будто её голос действует на него как возбудитель. В том плане, что Рио как будто сразу же становится неудобно сидеть, и он вечно ёрзает на месте.
– Если хочешь, можешь попробовать, – ответил он.
Фелисити вынула соломинку из своего латте, придвинулась ближе к парню и сунула её ему в чашку, чтобы попробовать его напиток. Я отсюда видела, как у него спёрло дыхание, и еле подавила смешок. А когда я встретилась взглядом с Хлоей, то поняла, что и она всё видит и замечает. На её губах возникла ехидная ухмылка.
Неужели Рио так искусно притворялся? Хотя… Мы с Фелисити особо никогда не пересекались, так что наверняка просто не представлялось такой возможности, чтобы я заметила его меняющееся рядом с ней поведение. А когда дело касалось обсуждения её максимально дурацкого поведения, Рио просто делал вид, что поддерживает моё мнение. Всё ясно.
– Вкусно, – улыбнулась Фелисити.
– Рад, что тебе понравилось, – ответил Рио. – Можешь забрать себе, я закажу себе другой.
– Или можем пить его вместе.
Я чуть не поперхнулась своим горячим шоколадом. Эта девчонка говорила мне, что просто даст ему шанс, но никаких гарантий того, что взаимно влюбится в него, дать не может. И что же сейчас происходит? Она вовсю с ним флиртует!
– Сделаем селфи на память? – внезапно предложила Хлоя.
– О, я не в самом удачном своём виде, – запротестовала Аврора, поправляя свою чёрную чёлку. У неё действительно была своеобразная причёска, которая из-за шапки немного растрепалась.
– Да брось, Рори! В удачном! Двигайтесь ближе друг к другу.
Как же я ненавижу фотографироваться…
Девочки сгруппировались, стараясь уместиться в кадре. Рио придвинул меня ближе против моей воли и закинул руку мне на плечо.
– Улыбайся или я сейчас заплачу от нервозности, – шепнул он мне.
Я нахмурилась и взглянула на Фелисити рядом с ним с другой стороны. Её рука, – не знаю, по случайности или вполне осознанно, – лежала у него на ноге. И опять мне пришлось сдержаться, чтобы не захохотать.
– Все смотрим сюда! – Хлоя пощёлкала пальцами, чтобы мы уставились в камеру, а потом, когда и сама сумела влезть в кадр, сделала несколько селфи.
Я воздержалась от недовольных комментариев. Вместо этого достала свой телефон и сделала пару фото для Анжелики. Она будет ругаться, если узнает о нашей прогулке и моём последующем игнорировании её просьбы делать ей снимки. Связь, к слову, здесь ловила куда лучше, чем в шале, поэтому я, воспользовавшись этим, тут же отправила сестре получившиеся фотографии.
Затем принялась рассматривать людей.
За соседним столиком сидели две пожилые норвежские женщины, оживлённо болтающие о чём-то. У окна расположилась пара туристов с огромными рюкзаками. А возле камина грелась группа подростков.
И тут из динамиков раздалась музыка. Не какая-нибудь попсовая песня, а что-то народное, скорее всего, норвежское. Сначала я не обратила внимания, но потом заметила, что мужчина, сидящий за одним из столиков вместе с ещё несколькими мужиками, что-то громко воскликнул и встал с места. Мне показалось, они пьяны, потому что прям раскраснелись и слишком часто смеялись, хотя повода не было.
Внезапно один из них встал и начал танцевать. Сначала он просто переминался с ноги на ногу, а потом начал выписывать какие-то замысловатые движения. Другой мужчина подхватил его, и они начали плясать вдвоём. Остальные посетители кофейни сначала удивлённо смотрели на них, а потом начали улыбаться, смеяться и аплодировать. В общем, с чувством юмора у всех было хорошо.
– Что они делают? – хихикнула Хлоя.
– Кажется, это такой народный норвежский танец, – объяснил Рио. – Называется халлинг.
Я с удивлением наблюдала за танцующими мужчинами. Они двигались так энергично и увлечённо, что невозможно было не улыбнуться. Даже такому сухарю как я. Это было что-то настоящее, живое, не наигранное.
И тут к ним начали присоединяться другие. Встала пожилая пара, осторожно вышедшие к свободному пространству. Бариста попутно протирал стол и смотрел на представление. Кажется, подобное здесь было в норме вещей.
– Я как будто попала в диснеевский мультик, – произнесла Фелисити, обращаясь к Рио.
Он засмеялся в ответ.
– Что ж, – сказала Саманта, вставая, – это самый странный и самый крутой вечер в моей жизни. Я, пожалуй, окунусь в культуру этой страны с головой. Кто со мной?
Хлоя вскочила с места, хватая Саманту за руку. Аврора немного замялась, но позже тоже решила составить им компанию, и вместе они вышли к танцующим норвежцам, которые, судя по их лицам, по достоинству оценили желание туристов поддержать их народные танцы.
Я даже согласилась с Самантой. Этот вечер действительно был особенным.
Рио смотрел на шоу с восторгом, и я точно знала, что он не против потанцевать со всей этой весёлой компанией, но, кажется, его удерживала Фелисити, продолжающая сидеть. А приглашать её он просто стеснялся. Хотя и хотел. Я уверена в этом.
Кофейня как будто превратилась в уютную таверну из какой-нибудь скандинавской сказки. Музыка придавала совсем другую атмосферу, и современный мир остался позади, уступив место прошлому, богатому культурой. Бородатые мужчины, совершенно не смущаясь, отплясывали вместе с женщинами, к ним присоединялись даже бабушки и дедушки, которые двигались чуть менее энергичнее, но были очень веселы.
В какой-то момент я повернулась к Рио и заметила, что он потянулся к руке Фелисити и осторожно коснулся её. Он лишь взглядом пригласил её, и она, не думая, согласилась. Вместе они вышли на танцпол, принявшись со смехом кружиться в танце.
А я сидела и смотрела на всё это, восхищаясь тем, как некоторые люди могут радоваться мелочам и, совсем забывая обо всём мире, просто веселиться. Может быть, будь я такой же, моя жизнь была бы куда проще.
Может быть.
* * *
Едва мы добрались обратно до шале после веселья в кофейне и долгой прогулки по улицам Лиллехаммера до тёмной ночи, как, почти не разговаривая друг с другом, просто пожелав спокойной ночи, разошлись по своим номерам.
Когда я вошла в свой, то удивилась тому, что Эйса на месте не было. А потом закатила глаза от последовавших мыслей: наверное, опять развлекается с одной из тех тупоголовых близняшек.
Переодевшись в пижаму, я прыгнула на кровать и долго ещё смотрела в потолок, надеясь заснуть. Но в голове беспрерывно играла норвежская музыка из кофейни и смех девчонок чуть позже, когда Рио поскользнулся и шлёпнулся на зад, когда мы выходили из неё и собирались заглянуть в ближайший музей.
Этот вечер был превосходным и расслабляющим. Забылось всё плохое, что в последнее время со мной произошло. Мне ни секунды не пришлось жалеть о своём согласии поехать в город.
  
Смирившись с тем, что мне пока не заснуть, я достала телефон, открыла квест-игрушку и принялась рубиться в неё. Может, желание спать придёт после того, как я пройду хотя бы пять уровней?
Я лежала на спине, подложив под шею подушку, и проходила только второй уровень, когда дверь отворилась. Мне совсем не спалось, поэтому я тут же бросила взгляд на возникшее движение.