Теория снежного кома (СИ)

– И вот так, я и научился кататься на сноуборде, – произнёс Эйс, видимо, продолжив их с девчонкой разговор, начатый за пределами номера.
Я теперь сидела на кровати, в своей фиолетовой пижаме с облачками, с собранными в две косички волосами, и невыносимо хотела прибить этих двоих за то, что нарушили мои планы на спокойную ночь.
– О, Эйс, ты… большой… ум, – на ломаном английском пролепетала норвежка, и меня потянуло блевануть. Видно, она имела ввиду «Ты такой умный». Странно, что она не знает английского. Приехала из какой-то деревни что ли?
  
– Знаю. Рада, что ты оценила. Кхм, некоторые, например, противятся и никак не признают эту истину.
Он нарочно выделил слово «некоторые», при этом взглянув прямо мне в глаза. Я показала ему средний палец, намекая, что, если надо будет, она вот-вот воткнётся ему в глаз.
Эта маленькая дура наконец повернулась и обратила на меня внимание. Её глаза расширились от удивления. Она поспешила понять, кто я такая, как будто это не она ворвалась в мой номер, а я в её.
– Эйс, кто это… девочка?
– Заноза у меня в заднице, – усмехнулся Мудила в ответ.
Она похлопала глазами, как будто не знала, как переводится его фраза. И судя по тому, как ужасно она говорит на английском, девчонка и в самом деле не поняла сказанного.
– Мы хорошо поболтали, Алфа, – чётко выговаривая каждое слово, произнёс Эйс, – но теперь тебе пора идти спать. Как видишь, моя кровать занята. За-ня-та. Понимаешь?
Норвежка сто процентов не поняла всего, но, наверное, исходя из контекста, допёрла примерно, что он имел ввиду.
– Всё. Давай. Добрых снов. Удачи. Спи крепко.
Мудила просто грубо выпроводил её и закрыл дверь. Я успела заметить, как она открыла рот, как будто хотела что-то сказать, но не успела. Пф-ф-ф, её проблемы. Нечего клеиться к американскому студенту, который и так пробудет тут всего недельку. Неужели она надеялась, что он будет рассматривать её для чего-то серьёзного? Любому кретину такое на ум не придёт.
Я легла обратно, пока Эйс снимал свою куртку, и отвернулась к окну, чтобы не видеть его физиономию лишний раз.
– И чего это ты лежишь на моей постели? – раздался его голос в тишине.
– Это моя кровать. На ней не написано твоё имя. Ни Mudila, ни Айсейгерт. Ни одно из двух.
– Ты нарушила мои грандиозные планы на Алфу.
Не открывая глаза, я продолжала бубнить ответы:
– Это, если что, и мой номер тоже. А я не собираюсь смотреть на то, как ты водишь сюда проституток.
– Она не проститутка, а личность со своими эмоциями и амбициями.
– Ты это по размеру её сисек определил?
– У неё они хотя бы есть.
– У других парней, в отличие от тебя, есть яйца, но я же ничего не говорю.
Он замолчал, и я почувствовала маленькую гордость за себя. Ровно до той секунды, пока кровать не начала гнуться подо мной.
Как ошпаренная, я резко встала, уставившись на Мудилу, который ложился в одну постель со мной. Глаза расширились от возмущения, сердце бешено заколотилось.
– Ты чего творишь? – выплюнула я, забыв про сонливость.
Эйс, удобно устроившись на свободной подушке, невозмутимо посмотрел на меня.
– Ложусь спать, – ответил он, растягивая слова. – А что? Тебе что-то не нравится?
– Ты собрался спать на моей кровати?! – возмущённо воскликнула я.
– На нашей, – поправил он. – Я тоже имею на неё право в той же степени, что и ты.
Я застыла. Он что, издевается?
– Ты не можешь так просто взять и лечь!
– Почему нет? – пожал он плечами. – Тут вроде как достаточно места. Но если ты так настаиваешь, можем спать в обнимку. А если заплатишь мне хотя бы доллар, я, так уж и быть, ещё и разденусь вдобавок.
Он демонстративно развёл руки в стороны, как будто приглашая меня примкнуть.
– Не смешно, – процедила я сквозь зубы.
– А мне вот очень смешно, – признался Эйс, ухмыляясь. – Особенно после твоего приземления там, на трассе.
Я закатила глаза, вспомнив этот кошмарный момент.
– Давай так, – сказала я, стараясь взять себя в руки. – Ты сейчас же встаёшь и уходишь.
– И что мне за это будет? – спросил он, выгнув бровь.
Я задумалась. Что я могу ему сделать? Физически – ничего серьёзного. Но ментально… вот тут вариантов было предостаточно.
– Ты пожалеешь об этом, – предупредила я. – Лучше соглашайся по-хорошему.
– О, я люблю сожалеть, – усмехнулся Эйс. – Это так драматично. Но, знаешь, я всё-таки люблю, когда у сожалений есть весомая причина. Так что, предлагай условия. Что ты можешь предложить мне, чтобы я так живописно страдал и в итоге согласился покинуть столь уютную постель?
Он явно наслаждался ситуацией, играя со мной, как кошка с мышкой. Нужно было придумать что-то быстро, пока он не начал считать, что одержал верх.
– Я… Я скажу всем, что ты гей, – выпалила я.
Эйс расхохотался.
– Серьёзно? И это твой лучший аргумент?
Я успела проклясть себя за то, что ляпнула первое, что пришло в голову. Потому что я была способна на намного большее, чем такая глупость. Нужно было что-то более существенное, что-то, что действительно могло его задеть.
– Хорошо, – сказала я, стараясь говорить спокойно и уверенно. – Тогда я скажу, что ты принимаешь какие-то таблетки. Судя по тому, как ты скрываешь, что принимаешь их, тебе не хочется об этом распространяться.
Эйс на мгновение замер. Казалось, моя угроза достигла цели.
– Это не смешно, Мила, – наконец выдавил он, и в его голосе уже не было прежней уверенности.
Ох, какой серьёзный тон.
– Да? А мне кажется, очень даже смешно.
Я видела, как он борется с желанием сохранить лицо. Похоже, мне удалось задеть его за живое.
Интересно, что это за таблетки? Я не сумела найти Рио, да и он не написал мне сообщение. Думаю, дело в тупом местном интернете. Он ловит через раз, особенно на втором этаже. Надеюсь, Рио всё-таки рылся в вещах Эйса и узнал, что он принимает. Иначе моя угроза потеряет силу.
Но судя по реакции Мудилы, эти таблетки не просто витамины, как мы изначально предположили с другом.
– Ты блефуешь, – процедил Эйс сквозь зубы. – Ты не посмеешь опуститься до такого, Мила.
Ух, меня всегда бесило, когда он называл меня Лягушкой, но, кажется, имя Мила бесит меня намного больше.
– Хочешь проверить? – Я выдержала его взгляд.
Эйс долго молчал, обдумывая ситуацию. Я чувствовала, что он колеблется. Он как будто понимал, что если я это сделаю, его репутации придёт конец.
И всё же, что за таблетки, чёрт возьми..? Почему они вызывают у него такую реакцию?
Наконец, он сдался.
– Ладно, – как-то отрешённо выдал он, поднимаясь с кровати. – Ты выиграла.
Я торжествующе улыбнулась.
– Значит, ты уходишь?
– Да, ухожу. Устраивайся как можно удобнее.
Он схватил свою подушку и направился к двери, ведущей в ванную. Ну не хочет же он в самом деле…
Мудила исчез за дверью, захлопнув её. Видимо, я настолько задела его, что ему даже не хочется теперь находиться со мной в одной комнате.
Я легла обратно в свою освобождённую кровать, чувствуя, как кровь стучит в висках.
И всё же, что это за таблетки?..
  
16. Беседа с Фел
 
Эйс
Что-то металлическое ударило меня по макушке.
Я вскочил, распахнув глаза от неожиданности. Это оказалась выскользнувшая душевая лейка.
  
Выругавшись себе под нос, я раздражённо отбросил подушку в сторону. Шея ломилась просто нещадно, как и спина, впрочем. Я взглянул на время, высвечиваемое на дисплее телефона, до которого чудом дотянулся – он лежал на полу, рядом с ванной. 8:10.
Дверь вдруг открылась, и в ванную вошла Милана. Вид у неё был сонливый, косички растрепались, став больше похожи на веники, глаза находились в полузакрытом виде. Увидев меня внутри ванны, она удивлённо раскрыла их.