Профессор магии на полставки. Том 3 (СИ)

Стучать в дверь не пришлось. Почувствовав моё присутствие, Чернышев первым открыл дверь и сухо произнёс:
— Входите.
Я кивнул и вошёл внутрь, отметив про себя, что в квартире очень пусто. Ни тебе телевизора, ни нормальной мебели, вообще ничего. Разве что пройдя наверх, я увидел пару кресел и стол, на котором лежала с виду обычная шкатулка. От неё даже магии никакой не исходило. Зачем она только здесь?
  
— Скажу прямо, я удивился вашему письму. С чего вдруг вам приглашать к себе домой? Непохоже это на ловушку. Вам от меня что-то нужно? — спросил я, садясь в кресло. Ждать, пока мужчина мне это предложит, я не стал.
— От вас мне ничего не нужно. Только прояснить пару деталей. Много времени это не займёт, — протянул он ладонь вперёд. Наверное, подумал, что я после этих слов развернусь и уйду. При этом его лицо заметно напряглось. — Мне нужно знать только одно. Это вы убили Харона?
— Кого? — приподняв левую бровь, переспросил я. Вот уж не думал, что разговор сразу свернёт в такое русло. — Я много кого убил, но всех поимённо не знаю. Не горит большинство желанием представляться лично. А некоторые не успевают этого сделать. Так что уточните хотя бы, как этот ваш Харон выглядел.
— Мужчина лет сорока, маг тьмы, полностью слепой. Был убит в поместье Медведевых чуть больше недели назад, — словно читая чьё-то досье, произнёс Чернышев.
— Так вот как его звали, — задумчиво сказал я. — Он был сильным магом тьмы. Даже странно, что я его имя практически не слышал.
— Значит это правда, да? — тон Чернышева звучал странно. То ли настойчиво, то ли неверяще.
— Да. Я убил его и ещё несколько десятков магов, использовавших запрещенную в империи магию, — как ни в чём не бывало ответил я и спросил: — К чему вообще вопрос был?
— В таком случае приношу свои извинения, — проигнорировал сказанные мною слова Чернышев. Вместо этого он встал и едва заметно склонил голову. — Я поторопился с выводами о вас. Не могу сказать, что доволен методами вашего обучения и тем, в какую сторону движется учебный процесс Академии. Однако вы заслуживали большего уважения с моей стороны при нашей первой и последующих встречах.
Обиды как таковой я на него не держал. Скорее, воспринимал как ближайшего сторонника Яковлева, который будет мне мешаться. Впрочем, глядишь теперь слухи обо мне поубавятся. Уж в том, что он первым больше всех подливал масла в огонь, я не сомневался. Чего только стоило отношение его студентов, когда я зашёл к ним в аудиторию.
Само собой, всё это вслух он бы не стал говорить. Как минимум, после такого ему бы грозило увольнение. Как максимум, это ещё пятно на репутации его рода. Тех, кто клевещет на других, что в обычном, что в аристократическом обществе, недолюбливают.
— Извинения приняты, — спокойно ответил я. — Хотя я всё равно не понимаю, как убийство Харона изменило ваше мнение обо мне. Думаю, я и на турнире показал свою силу. Или у вас с ним были личные счёты?
— Были, — едва заметно кивнул Чернышев, после чего сел обратно в кресло. — Этот грязный ублюдок убил моего лучшего друга. Причём не только его. На его счету минимум пятнадцать убитых охотников. Многие из моих бывших коллег мечтали самолично вырвать глотку этой мрази. В жизни бы не подумал, что его убьёт другой маг тьмы.
— Жизнь полна сюрпризов, — тут я развёл руками и серьёзно добавил: — Не все маги тьмы одинаковые. То же самое касается магов крови и трансформации. Любая магия опасна и несёт в себе риски. А вот как ею будут пользоваться, зависит только от людей.
Чернышев секунд десять молчал. Мои слова, само собой, не открыли ему неожиданную истину. Он и сам об этом всём знал.
Он в первую очередь наконец посмотрел на меня с другой стороны. Не сомневаюсь, что до этого мужчина видел во мне малолетнего выскочку, которому плевать на всевозможные последствия.
Теперь он смотрел на меня как на равного себе.
— Спорить не буду, — коротко сказал Чернышев, после чего протянул руку и пододвинул в мою сторону шкатулку. — Это подарок. За упокой моих боевых товарищей. Не ловушка.
— Верю на слово, — спокойно ответил я, спрятав подарок во внутреннем кармане.
Долго разговаривать с Чернышевым не пришлось. Получив шкатулку, я попрощался с ним и направился домой. Послевкусие от встречи осталось такое, будто я только что с противником заключил временное перемирие. Хотя, что-то такое было недалеко от правды.
Вернувшись домой, я в первую сел, вытащил шкатулку из кармана, положил её на стол, открыл и от удивления вскинул брови.
— Вот это подарок так подарок… — прокомментировал Ворон, появившись прямо на моём плече.
— Откуда у него она только взялась? — задумчиво сказал я.
  
Глава 22
 
Не думал, что Чернышёв подарит мне жемчужину. Нет, не обычную, как можно подумать. Так называли эссенцию, которая очень долгое время формировалась в плане тьмы.
Как они появлялись, никто не знал, но сама жемчужина ценилась очень дорого. Её без преувеличения можно назвать бесценной. Никто в здравом уме не станет её продавать. Только равноценный обмен или дар.
— Правда что мне с ней делать, непонятно, — вслух сказал я, глядя на Ворона. — Мне она бесполезна. У меня есть ты. Хоть наследникам оставляй, когда они будут.
— Морозовой можешь дать, — предложил Ворон. — Ускоришь её и без того быстрый магический рост.
— Она не выдержит подобное. Да и глупо тратить такой ценный ресурс на такое… — покачал я головой, после чего спрятал подарок. — Ладно, потом придумаю что с ней делать.
Странное, конечно, чувство. Вроде и отличный подарок, а куда его пристроить, непонятно. Не продавать же, в самом деле. Хотя за такой лот аукционные дома друг другу глотку бы перегрызли. Правда, и адекватную цену никто бы не дал.
Ладно, потом разберусь. Сейчас есть другие насущные проблемы. Например та, что у моих студентов с завтрашнего дня начинаются каникулы. Значит у меня всего неделя, чтобы заставить их пройти через ад тренировок и подготовить к лету.
Уж я-то их научу убивать монстров.
* * *
Очень неприятно просыпаться из-за того, что срабатывает защита дома. Ощущения такие, будто тебе спросонья кто-то молотом по голове врезал. Зато быстро приводит в чувства.
Не знаю, кому пришла идея вторгаться ко мне три часа ночи, но явно не Дарье. Вот на неё моя защита никак бы не отреагировала. Точнее отреагировала бы иначе.
Пусть мне и приятно проводить с ней время, но когда человек ко мне вторгается без разрешения, то у этого могут быть самые разные последствия. Лучше я буду знать о визите заранее, чем потом разгребать последствия своей излишней доверчивости.
— Это твоя студентка. Угадай с трёх раз какая, — прокаркал Ворон, начав кружить над спальней.
— Та, что решила включить слабоумие и отвагу, — недовольно фыркнул я, вставая с постели. — Вот всем им как маленьким объясняй, что даже выкрученная на минимум защита может навредить, если прорывать грубо.
— Дарье же не навредила, — весело усмехнулся Ворон.
— Она, скорее, исключение из правил. И ведь не говорит, как защиту прошла в прошлый раз, — ответил я, и чуть погодя добавил: — Причём кто-то до неё тоже кто-то пытался проникнуть, практически обойдя всю систему. Хорошо, что я доработал этот момент.
— Не удивлюсь, если это она сделала, — озвучил свои мысли фамильяр.
— Сомнительно. Но всё может быть, — сказал я, накинув на себя одежду. — Ладно, пойдём, встретим гостью.
Я быстро спустился вниз и направился туда, куда, как оказалось, студентка угодила в ловушку. На её счастье, теневые путы не выкачивали из неё ману. Только не давали выбраться из ловушки. А то ведь я мог перенастроить защиту на более серьёзное противостояние.
  
— Ксения Михайловна, три часа ночи. Вы совсем не знакомы с правилами приличия? — недовольно проворчал я, увидев сестру Дарьи. Спустя ещё секунду, я освободил девушку. — Если вы захотели повторить опыт старшей сестры, то выбрали для этого неподходящее время. Мне, знаете ли, не по душе просыпаться из-за такого.