Профессор магии на полставки. Том 3 (СИ)

Следом подарок достался Зориной. Про свою коллегу я не забыл и подарил ей браслет, усиливающий концентрацию пользователя во время использования маны. Говоря простым языком, артефакт помогал лучше сосредотачиваться на работе, особенно когда дело касалось маны. Для алхимиков штука полезная, хотя лично мне оно было без надобности.
Немного так подумав, я отправил подарок Некрасовой. Из всех находок мне ещё попалась коллекция разных мечей с начертанными на них рунами. Можно было бы продать, но сумма и так выходила астрономической. Вот чего-чего, а картографы на три недели в Аномалии столько ресурсов собрали, сколько я в жизни за раз не уносил.
  
Причём они были из новой Аномалии, из-за чего шла дополнительная наценка на товар. Тут уж оставить Викторию Андреевну без подарка было бы проявлением жадности. Зачем так делать, когда вместе над одним делом работаем.
Один из подарков я также приберёг на потом. Колечко, которое позволяло на короткое время стать полностью невидимым и бесшумным. Да, я практически адаптировал мою «невидимость» под рунную магию. Действовало оно не так эффективно, но уверен, Софии очень понравится.
Сделать артефакты мне было не сложно, да и все равно нужны были тренировки, а изготавливать базовые болванки чисто для отработки мне было скучно. Поэтому я сразу замахнулся на что-то поинтереснее. Тем более подобные вещи создают прочные связи, а там кто знает, где это пригодится.
Так спокойно прошли два дня. Я как обычно закончил дневные тренировки и отправился в алхимический корпус, в ожидании продолжить эксперименты. Однако вместо привычной картины, в которой Анастасия вовсю работала и варила зелья, я увидел десяток других алхимиков, которые до этого не особо любили показываться на глаза.
И все они о чём-то жарко спорили с Зориной, явно пытаясь задавить числом. Причём девушка явно находилась не в лучшем положении.
— Алексей Дмитриевич, — увидев меня, Анастасия словно схватилась за спасительную соломинку. Она подбежала ко мне и встала за спину, минуя всех алхимиков.
— Что тут, чёрт возьми, происходит? — спросил я, сложив руки на груди и посмотрев на «лидера» собравшейся толпы.
  
Глава 10
 
— Вы, я так понимаю, Алексей Дмитриевич? — из толпы вышел мужчина лет пятидесяти.
Ничего особенно в его внешности не было — брюнет невысокого роста, слегка морщинистый, в обычном «белом» халате. Теперь после того, сколько на нём было пятен, прямо назвать его белым язык не поворачивался.
— Верно. Алексей Дмитриевич Воронов, профессор и по совместительству алхимик, — спокойно ответил я и сложил руки на груди. — С кем имею честь говорить?
— Иван Викторович Строганов, мастер-алхимик, — озвучил он своё имя и ранг. Фамилия к слову была известной — этот род специализировался на алхимии, и славился тем, что она в их исполнении очень взрывоопасная. Её даже в бою стали использовать как мощную огненную смесь. А ещё у всех Строгановых тяжелый характер. — А происходит здесь ровно то, что вы вдвоём транжирите все редкие ресурсы нашей славной Академии на пустые эксперименты! Это уже невозможно терпеть.
— Транжирим? — у меня от наглости этого алхимика чуть глаза на лоб не полезли. — Сильное заявление, Иван Викторович. Должно быть, у вас есть веские причины и доказательства, — с лёгким сарказмом в голосе ответил я.
— Есть, — с этими словами один из алхимиков откуда-то достал толстую папку с бумагами. — Прошу, ознакомьтесь. Здесь все расходы за последние полгода. Видит Его Императорское Величество, мы долго терпели, но это уже ни в какие ворота не лезет. Особенно после вашего появления.
— Оставьте папку при себе, мне на неё плевать, — сказал я, после чего у Ивана Викторовича аж глаза кровью налились. — Ресурсы выдал глава корпуса? Вот к нему идите и жалуйтесь. Правил Академии мы не нарушали. Или пожалуйтесь инспектору Наумову. Уверен, он с радостью выслушает вас и согласится, что я очень плохой человек и меня срочно надо отстранить от дел.
— Шутки шутите⁈ Мы вообще-то к вам с серьёзным заявлением!.. — сказал мужчина, но я его резко перебил.
— Иван Викторович, я уже вправе вызвать вас на дуэль за клевету и ложные обвинения, — спокойно произнёс я, после чего щёлкнул пальцами и призвал теневые щупальца. — Я на пару с Анастасией Владимировной уже разработал уникальный ментальный усилитель. Сейчас мы заняты зарабатыванием рецептуры.
— Не верю! — громко заявил он. — Пока не увижу своими глазами, не поверю.
Вместо тысячи слов я направил теневое щупальце прямо к горлу Строганова. Тот даже не успел среагировать — только сглотнул, поняв через секунду, что мог умереть.
— Шли бы вы отсюда, Иван Викторович, пока я всерьёз не разозлился, — холодным тоном произнёс я.
— Идёмте, — практически прошептал мужчина, после чего спешно покинул мастерскую.
— Развели тут цирк с конями, — в воздух произнёс я, после чего повернулся к молчавшей всё это время Анастасии. — Вы как, в порядке?
— Да, — уверенно кивнула девушка. — Простите, что втянула вас во всё это. Просто оно само так получилось, я не хотела…
— Всё в порядке. Это общая проблема, значит нам её и решать, — подмигнул я Зориной, после чего направился к столу с реагентами. — Тем более я сильно сомневаюсь, что они пришли по вашу душу. Столько времени терпели, а теперь решились на конфронтацию? Сомневаюсь, что это совпадение.
— У нас с Иваном Викторовичем давняя вражда в Академии, — призналась девушка. — Ресурсы ограничены, и за них ведётся борьба. Ему очень не нравилось, что глава делится со мной редкими материалами для экспериментов, а для него нет. И у него даже в голове не возникает мысль, что это из-за его дурацких методик. Его мастерскую каждые три месяца приходится чинить и покупать новое оборудование. Ходячая финансовая дыра в Академии!
— Что ж, ваша нелюбовь к нему мне теперь понятна, — улыбнулся я, после чего стал принялся засыпать ингредиенты по колбам: — Сегодня предлагаю использовать «Слёзы нимфы» вместо «Драконьего глаза».
— Я прослежу за оборудованием, — Анастасия видимо быстро выкинула Строганова из головы. В её глазах вновь заиграл огонь исследователя. — А если добавим порошок бархатца…
Оставшийся день пролетел незаметно, и ничего интересного, помимо конфликта со Строгановым, не произошло. Разве что Некрасова позвонила на телефон и поблагодарила за подарок.
Зато на следующий день я с Дарьей отрабатывал технику ближнего боя. И тренировки выглядели совсем не так, как я это себе представлял.
— Я смотрю, вы любите быть сверху, Алексей Дмитриевич, — кокетливо сказала девушка, когда я опрокинул её на спину и прижал к земле. Причём произнесла достаточно громко, чтобы её услышала Ксения.
— Заглянете ко мне вечером в гости — и не такое узнаете, — подмигнул я девушке, не собираясь в нужном ключе реагировать на её подначки, предварительно поставив звуковой барьер. — Ещё раз. Не отлынивайте, Дарья Михайловна, — добавил я, помогая ей подняться с земли.
В таком ключе проходили наши тренировки. Дарья дразнила младшую сестру, сестра бесилась и показывала невиданное ранее упорство. Особенно когда дело доходило до спарринга. Ворон даже все предлагал поставить Завьяловых друг против друга и посмотреть, что будет, однако я посчитал это плохой идеей.
Что также не ускользнуло от моих глаз — Фролова перестала сдерживаться на спаррингах. Если раньше даже в бою против Волкова она опасалась его ранить, то теперь не церемонились в атаках. Один раз даже меч проскользнул рядом с грудью парня. Попади он в Артёма и мне бы пришлось его лечить.
  
В общем-то эта резкость стала заметна не только мне. Как только мы закончили тренировки и все разошлись, ко мне подошёл Алеев.
— Могу я попросить совета? — поинтересовался он.
— Не спрашивайте разрешения, Максим Леонидович. Что-то случилось? — спокойно уточнил я.
— Елена в последнее время как не своя ходит. Я пытался с ней поговорить и всё бестолку. Она и до этого не сказать, чтобы была очень общительной, а теперь скорее напоминает Лидию, когда её кошмары мучили. Не горит желанием идти на контакт. Что делать, я даже не представляю.