Инсомния (СИ)

— Бом-бом? — подлетел к нему вплотную Врум.
— По-очи-иль? — робко произнес попугай.
— Лучше его не злить, — вздохнул я, успокаиваясь.
— Тихо, тихо, — примирительно произнес кусачка. — Ну да, забыл чье ты сновидение.
— Короче, либо вы тащитесь в двери, либо я вас туда силой затолкаю.
— Это вряд ли, — нахмурился Стефан, загораживая Мэйси.
Я приблизился к рыжему вплотную и заговорил так, чтобы никто больше не услышал.
— Она должна пройти свою дверь, Стефан. И ты это знаешь. И если ты ей помешаешь, то перестанешь быть тем сновидением, которым являешься. Поэтому, если я силой зашвырну ее туда, то ты мне не помешаешь. Мы оба знаем, что ты мне поможешь.
— Догадался, да? — произнесла Мэйси, выходя из-за спины Стефана.
— Кузнец из него так себе, — пожал я плечами. — Да и мечник он не такой уж превосходный.
— Ты не совсем прав, но около того.
— Я просто мало разбираюсь в сновидениях.
— И в людях тоже. Иначе бы понял, что я не смогу пройти эту дверь.
— Все ты можешь, ты умничка.
Удивительно, но это произнес Стефан, а не я. Хотя у меня в голове была точно такая же фраза, разве что без умнички. Просто с языка снял. Но Мэйси лишь обреченно вздохнула.
— Лаэр прав, — произнес Хоуп.
— И? — спросил Бион. — Как-то развернешь мысль?
— Нет, — ответил он и направился к своей двери.
За ней оказался весьма широкий проход, а вдалеке я разглядел постамент с каким-то большим кристаллом. Только вот проход был забит безглазыми тенями. Все они смотрели на Хоупа, скаля свои клыкастые пасти.
В уши тут же ударил хор шепотков, складывающихся в бессмысленную какофонию звуков. Но чем громче они становились, тем явственнее слышалось одно слово. Среди тысяч бессмысленных звуков явно выделялось «чудовище».
Хоуп, хоть и открыл свою дверь, но увидев кошмар, вновь начал скукоживаться, горбиться и становить меньше. Он замер на пороге, не решаясь войти. Блин, да он даже голову боится поднять.
Я подошел сзади и положил руку ему на плечо.
— Нет смысла отрицать правду.
— Что я чудовище?
— Нет. Что они тебя боятся. И пусть наяву ты ничего с этим не можешь поделать, но здесь… Пора доказать тварям, что они боятся тебя не напрасно.
— Тогда тебе лучше отойти подальше, — произнес он. — Я это не контролирую.
— А ты контролируй, — усмехнулся я, слегка подталкивая его к двери.
Он протянул мне ладонь, на которой мирно спала полевка-альбинос.
— Подержи мое… сновидение. Ей лучше этого не видеть.
— Пиво, — внезапно произнес я. — Ты должен назвать ее «Пиво» и просить подержать каждый раз, как соберешься сделать что-то крутое.
Он лишь усмехнулся и переступил порог. Твари тут же зашевелились, вытягиваясь и раздуваясь. Пасти стали шире, а шепот громче.
Хоуп так и не поднял головы, но на камни со звоном упал наруч. И в этот момент тени отпрянули, голося во всю глотку. Я не понял, что произошло, но вокруг Хоупа замерцало пространство, а с земли в воздух взвились мелкие камешки.
Звякнул и откатился второй наруч, а под плащом парня что-то зашевелилось и забугрилось. Тени заметались по проходу, толкая друг друга и пытаясь сбежать. Шепот перешел в визг.
Хоуп медленно повернулся ко мне и посмотрел. Из-под капюшона, которого раньше не было, на меня смотрели угольки нечеловеческих глаз.
— Спасибо, — произнесло существо. — Дальше я сам.
Когтистая лапа медленно закрыла дверь, отсекая все звуки. Последнее, что я услышал, был звон третьего наруча. Я остался стоять в тишине. Улыбнулся, довольный собой и повернулся к остальным.
Когда помогаешь кому-то достичь успеха, пусть и совсем чуть-чуть, все равно чувствуешь себя причастным и радуешься.
— А вы чего такие бледные? — спросил я.
— Врум-врум.
— Чи-или-им, — ответил попугай за Биона.
Я заметил, что даже у птицы перья стали белее, как будто его окрас выцвел.
— Нельзя так, — замотала головой Мэйси. — Нельзя. Сначала он снимает блокираторы во сне, затем привыкает, затем путает сон с явью и снимает их наяву. Если в ближайшем будущем услышишь о вырезанном за одну ночь городе, то знай, это твоя вина.
 
Я задумался, разглядывая ее. Посмотрел на Биона, но кусачка тактично разглядывал свои ногти. Как будто он может их различить во сне, пусть и осознанном.
— Я обычно не бью девушек, — вздохнул я, — но подзатыльник тебе бы отвесил.
— Ай, — воскликнула Мэйси скорее от неожиданности.
— Ты заслужила, — произнес Стефан. — Что? Мне можно.
— Ну па-ап, — захныкала Мэйси и тут же зажала руками рот. Глаза у нее знатно округлились
— Что произошло на испытании, растает вместе с этим сном, — произнес Бион. — Вечноспящий нам свидетель.
— Ты давай вали уже, — махнул рукой я. — Но в целом я согласен, не стоит распространятся о чужих тайнах. Кусачка, знаешь как пройти свой кошмар?
— Знаю, — вздохнул он. — Есть один способ, но я не готов.
— К чему не готов?
— К развитию дара, — скривилась Мэйси. — Он не может открыть глаза Гипноса.
— Я еще не готов, — возразил он. — Я хотел набраться опыта.
— Чтобы научиться блокировать ощущения, — произнесла она. — Если ты так боишься, то значит, получил дар незаслуженно.
— Завидуй молча, — огрызнулся он.
— Как его развить? — спросил я.
— Вырвать себе глаза во сне, — ответила за него Мэйси. — Это базовый этап, чтобы дар пробудился. Удивительно, как ты вообще мог хоть что-то видеть непробужденным даром.
— Я сильнейший Зрячий всех времен, — выпятил грудь Бион. — Так бабка говорила.
— Даром, что трус.
— Кто бы говорил.
— Хватит, — оборвал я обоих, вытягивая руку. — Ты, гони глаза на бочку, а то сам выколю.
— Нельзя, — встряла Мэйси. — Твоя энергия может повредить его связь с калейдоскопом и он проснется. Это как в бою с тем имперцем. Он сам должен.
— А, — сообразил я. — Тогда гони глаза на бочку, а то я выколю их тебе в реале.
Бион нервно сглотнул, глядя на мою протянутую ладонь. Попугай открыл было клюв, что бы что-то вякнуть, а затем закрыл и растаял в воздухе.
И это натолкнуло меня на мысль. Изначально я знал, что Бион меня побаивается, в отличие от Мэйси и Хоупа. И хотел сыграть на этом. Но теперь вспомнил Врума.
Скат каким-то образом делает меня быстрее и проворней, пусть и на короткое время. Причем, как во сне, так и наяву.
— Слушай, твое сновидение. Что оно умеет, кроме как перьями разбрасываться?
— Да ничего, — от резкой перемены темы Бион еще больше напрягся. — Нас еще не учили взаимодействию.
— Врум меня ускоряет. Твой попугай скорей всего должен иметь эффект расслабления.
— Ты умеешь накидывать сновидение? — удивилась Мэйси. — Это третий ранг ловца минимум.
— Эм-м… Чо?
— Забей, — ответил Бион. — Я не могу применять эффекты сновидения на себе.
— Да ты вообще мало чего умеешь. Попугая попроси, пусть он все сам сделает.
— В каком смысле попроси? Оно же сновидение.
— Ну, — вздохнул я. — Ее нельзя, а тебя можно.
С этими словами я подошел ближе и отвесил Биону подзатыльник. Как показывает практика, ему полезно.
— Проси попугая, — прошептал я, придав своему голосу зловещести. — А то зенки выколупаю.
— Лаэр, — пропищал Бион, бледнея.
— Знаешь, у меня есть ржавая кочерга.
Он нервно сглотнул и примирительно поднял руки, отступая подальше.
— Тихо, тихо. Нормально же общались. Попрошу я, попрошу. Дайте мне одному только, ладно? Мне надо уед… А-а-а!
Бион заорал и отскочил, словно его по живому резали. Но за спиной лишь стоял Стефан, держа в руках пустой шприц, напоминающий старые инъекторы, когда корпус делали еще железными.
— Анестезия, — улыбнулся Стефан. — Через минутку подействует.
 
— Стефан превосходный медик, — вздохнула Мэйси.
— Один из лучших, — кивнул рыжий.
— Ага, так я тебе и поверил.
— Стефан, а у тебя с собой, случайно, ржавой кочерги нет?
— Конечно есть, — кивнул он. — Я очень запасливый.