Зерг по имени Маша. Второй уровень (СИ)

А вот для кого приключения не кончились, так это для Синтии и Машиного мимика. Прыжками мимик проскакал до нужного места, и где-то в этом месте его заметили профессиональные охотники и начали окружать.
«Банзай, я на месте. Что делать?»
«Прыгайте вниз.»
«Ты рехнулся?! Тут двадцать этажей высоты! И плевать на мимика, но Синтия должна пройти через проходную живой и здоровой».
«Доверьтесь мне, прыгайте. У меня всё просчитано.»
«Я высоты боюсь.»
«Б*ь… драть вас всех в протоссву задницу. Камрады *** … всё зло от баб!» – выругался на прощание Банзая и демонстративно прервал связь.
С обоих сторон моста на Гомера и Синтию надвигались охотники за головами. Удивительно, но среди них затесалась одна знакомая красная бандана в комплектации с солнцезащитными очками. В принципе, все видели, что жертве бежать некуда, поэтому можно немножко развлечься и поговорить.
– Рекс, а ты какими тут? И только не говори, что собираешься рвать мою жопу на доминионский флаг, я это уже сегодня слышал.
– Я здесь, чтобы отвертеть тебе голову. – ответил он. – Ты выставил меня дураком! Назвал неправильный пароль к своей карте. Ты мне за это заплатишь отдельно.
– Да что ж вы все тут такие жадные и мстительные? Про христианские ценности ничего не слышал?
– Хис… кого? Какие ценности? Если у тебя есть что-то ценное, то выкладывай, а я в благодарность прикончу тебя быстро и без мучений.
– Злые вы! Уйду я от вас.
С обоих сторон раздался громкий смех.
– Не знаю, как тебе удалось тогда сбежать мимо меня и моих парней, но второй раз тебе этот трюк не провернуть. Бежать некуда.
– Э–э–э мальчики, если что, я не с ним. – Немного застенчиво заявила Синтия. Она даже подняла руку, словно школьница за партой, чтобы привлечь больше к себе внимания. –Можно я пойду?
– Заткнись, шлюха! – Рявкнул на неё Рекс. – Я думаю, Курильщику будет очень интересно узнать, как одна из его девок оказалась в жилом секторе наёмников, в ста метрах от биржи труда.
– Мне писец. – Пискнула Синтия.
– Ты даже не представляешь какой. – Грустно подтвердил её слова мимик, подхватил её за талию здоровой рукой, поднял и с разбегу прыгнул за перила.
– А–а–а–а МАМА! … – Визжала в процессе разбега Синтия. – Отпусти, я могу спуститься на лифте!
 Глава 12 
В своей прошлой жизни Маша прыгала с парашютом только один раз. Когда еë отношения с парнем только начинались, она считала, что их увлечения должны быть общими. Какая же глупая и наивная она была. У каждого человека должно быть личное пространство, иначе, даже любимый человек опротивеет. Ваня понимал это и быстро отвадил её совать свой миленький носик куда не надо. Правда, сделал это весьма иезуитским способом: заставил прыгнуть дуэтом с самолёта. Всё получилось не так романтично, как в её фантазиях. И даже хуже: в полёте она описалась от страха. Естественно, частично влажность её эмоций досталась и возлюбленному. «Позор и полное фиаско» - она думала, что парень её бросит. Но как ни странно, после того случая, они стали ещё ближе. Инструктор тогда успокаивал, что новички писаются через одного, так что на земле у них всегда есть несколько комплектов сменной одежды и место для переодевания.
В мимике прыгать было не так страшно, как в своём теле. Да и описаться он не мог, а вот Синтия струхнула. Визжала так, что уши закладывало. Падать в замкнутом пространстве было страшнее, чем в открытом. В открытом не так сильно ощущается своё падение, а тут- от адреналина время тянулось, и можно было посчитать все мелькающие мимо этажи. Неизвестно описалась в полёте Синтия или нет, потому что скоро это полностью потеряло значение. Так как они по ноздри ушли в кучи мусора. Коммунальные службы давно смирились со свинством наёмников, решив, что горбатого только могила исправит. И сделали первый этаж техническим. Раз в неделю коммунальные роботы сгребали со всей станции мусор в кучу, прежде чем его рассортировать, потом утрамбовать и утилизировать. Банзай, владеющий МобТером техника, естественно знал о графике и маршруте коммунальных мероприятий и даже мог повлиять на них. А скорее так и сделал. Чего тут только не было. Останки еды, постельные принадлежности, использованная туалетная бумага из пластика, одежда, поломанная мебель, несколько трупов не первой свежести, и это только начало списка. Многие вещи вообще не поддавались классификации.
 
Одной рукой мимику выкапываться было сложно, и рыжая ему не помогала, а занималась какими-то своими делами. Синтия кстати была очень недовольна, и незамедлительно высказала все свои чувства.
– Ты-псих, больной наркоман! Ненавижу тебя! Чтоб ты сдох от ломки… – Синтия ещё пару минут костерила Гомера на чем свет стоит. А потом успокоилась и, утопая в мусоре по колено, стала что–то искать.
– Синтия, отсюда надо уходить-скоро здесь будет Рекс со своим сбродом.
– Я никуда не уйду без своей шкатулки.
– Забудь о ней, она того не стоит. – Сказала Маша и попыталась потащить Синтию за руку отсюда подальше. Но в ответ мимик получил кулачком в бок.
– Я должна её найти.
Маша задумалась. В принципе, рыжую можно сейчас вырубить ударом в челюсть. Адекватное состояние младшего офицера патрульного транспорта для прохода через проходную и получения разрешения на выезд-не требуется. Но таскай её потом по всей станции, привлекая внимание. Поэтому она решила помочь рыжей своими способностями, а то она будет искать свою шкатулку до прибытия охотников за головами. Маша подключила свою способность мироощущения. Шкатулки она не ощущала, но это как раз и требовалось, чтобы найти её в толще мусора. Нечто, ощущалось, как пустое пространство в куче песка. Маша видела это пустое пространство, словно тёмное пятно на мониторе экрана. Шкатулка обнаружилась на глубине 20 см под поверхностью мусора. Немного разгребая хлам, она достала эту белую шкатулку и ощутила исходящую от неё опасность.
– Это что, бомба? – с подозрением спросила Маша.
В ответ Синтия раскрыла шкатулку. Та внутри оказалась пуста.
– Нет, не бомба, просто моя личная вещь. Мне друзья подарили на память.
– Ну ладно. – со скрипом, и, давя интуицию, отмахнулась от этого вопроса Маша.
Что–то Синтия не договаривает, но сейчас не время и не место. Надо было делать ноги. Двинулись в сторону чёрного рынка. Помогало то, что тут почти не было камер и людей. Первый уровень жилого сектора наёмников был самым малонаселённым на станции. А всё из–за запаха и антисанитарии. Никому не понравится жить среди куч мусора и невыносимой вони. Наёмники хоть и были теми ещё свиньями, но личную гигиену соблюдали. Брали свои воспитанные с детства привычки и нормы санитарии. Так что, наёмники были готовы засрать весь Чар, но сами предпочитали оставаться чистенькими.
Что касается камер, то их раздолбали торгаши с чёрного рынка. Они отключали их ещё эффективнее, чем крысы, так как за малую денежку узнавали у диспетчеров и техников, какие камеры рабочие. Недолгое время существовал даже бизнес: техники чинили камеры и получали очки от правления, потом сливали инфу о рабочих камерах торгашам и получали очки уже с них. Правление сначала пыталось карать вандалов, но вычислить их было сложно-те носили маски и очки. В итоге кончилось дело тем, что первый этаж объявили техническим и камеры чинить запретили. В основном тут обитали уклонисты с нулевым счётом, контрабандисты, ресоциализованные зомби, чудом выжившие после падения и существующие теперь без хозяев, ибо жизнью этот процесс язык не поворачивался называть. Ну и, естественно, вездесущие крысы. Тут они были особенно жирные, никого не боялись, питались мусором и размножились в большом числе. Ещё ходила байка о небольшой стаи зергов, сбежавших из лабораторий. Правда это или нет-ни подтвердить, ни опровергнуть никто не мог. Сами учёные ни за что не признались бы в том, что пустили на станцию зергов, иначе мигом вылетели бы с работы. А мифические зерги оказались достаточно умными, чтобы питаться отбросами и людям с роботам на глаза и визорам не попадаться.