Барон из МЧС (СИ)

— С огнём играешь, — нехорошо посмотрела она.
— Ну нет, так нет…
— Одна партия! Пусть всё решить одна партия! И я тебя, ублюдок, за руку поймаю!
Стоит ли говорить, что против нас с Чахом Галина продержалась недолго. Более того! Она собрала всю колоду без одного отбоя.
— Отвернитесь все, — грустно приказала лейтенант, признав своё поражение.
— Это почему⁈ — возмутился Алан. — Нам тоже хочется…
— Заткнись! — рявкнул прапор, всей душой болеющий за свою напарницу. — Морды в стены! Всем! Это не наша игра, и приза даже со стороны мы не заслужили.
Поцелуй был действительно жарким. Галина не филонила. Вначале, правда, отвечала немного скованно, но потом так раздухарилась, заводясь сама и одновременно заведя меня, что даже была не против возложения моей руки на её груди и нежных поглаживаний по спинке. Не будь здесь посторонних, чувствую, легко бы вышли и на продолжение. Во всяком случае, мне очень этого захотелось. Слишком давно не было женщины. Тем более такой красивой и страстной.
— Всё! — с силой оттолкнув меня, проговорила она, тяжело дыша. — Долг отдала… Сполна.
— И как ощущения? — тут же поинтересовался повернувшийся первым Станов.
— На троечку.
— Да, — подтвердил я, переводя стрелки. — Думал мастер-класс получить, а тут всего лишь троечка. Хотя и твёрдая. Наверное, лейтенантские погоны на либидо баронессы давят.
— Ты чего, падла, сказал⁈ — моментально взвилась Галина. — Да я тебя…
— Даже не мечтайте, госпожа лейтенант, — перебиваю её. — Секс между нами невозможен во время несения службы. А когда у одного из нас закончится контракт, то другая к этому времени будет уже старая и внуков нянчить, а не мечтать о красивом теле одного очень симпатичного барона.
— Ну ты и скотина! — неожиданно рассмеялась она. — По штанам же вижу, что тебе понравилось. Вон как топорщатся! Но держишься молодцом.
— Ей тоже очень понравилось, — заговорщицки сказал мне Чах. — Я во время вашего слияния тебе немножко гормоны подкрутил для выброса феромонов. Самка до сих пор сильно жаждет оплодотворения. Хватай её, тащи на самую высокую гору. Ну и там бери, пока тёпленькая.
— Подкрутил? - удивился я новому признанию. — Это как?
— Делов-то! Не благодари. На максимум ставить не стал, а то тут бы и с остальными женскими особями оргию устроили. У тебя потенциал в этом плане большой. Так, до четвертиночки довёл и всё.
— Твою-то мать! — только и смог произнести я. Кажется, вслух.
  
Глава 26
 
По приезде в Ярославль нас заперли на этот грёбаный карантин. Можно его было сравнить с заточением в тюрьме, если бы не обходительный персонал, кормёжка, как на убой и куча свободного времени, которое проводили в безделье у телевизора или слушая музыку.
Лафа омрачалась лишь медицинскими процедурами. Все врачи, пытавшие меня, оказались исключительно сирьеннами. У остальных из нашей группы половина были людьми. Не соврал Старший следователь: ко мне повышенное внимание этой исследовательской братии.
Зато выяснилась интересная подробность. Пусть Чаха так никто и не смог обнаружить, а про боевой серп кроу знали и раньше, но поставить в тупик медицинский народец я всё-таки смог. Классификация Дара — вот что их смутило.
Кто-то из эскулапов утверждал, что я сейчас чуть ли не десятка, кто-то с не меньшей убеждённостью заявлял, что пятёрку и то с трудом освоил. Но по выражению их лиц догадался, что ни те ни другие ни хрена не разобрались. Мучаются от этого бедняги, не зная, что написать в медицинском заключении. В конце концов, плюнули обе группы и заявили, что я имею минус Дар непонятной классификации.
 
Четыре дня пролетели незаметно. Ранним утром зашла наблюдавшая меня сирьенна и доброжелательно попросила на выход.
— С вещами? — привычно пошутил я.
— Нет, Данила. К вам приехал отец. Он ждёт в отдельной комнате около проходной. Вообще-то у нас не принято пускать посетителей, но все ваши тесты пройдены и есть дозволение Имперской Службы Безопасности на встречу.
Чёрт! Этого мне только и не хватало! Я ни фига не помню родственников прошлого тела, а вот они меня очень хорошо знают. Легко могу проколоться на элементарных вещах, и тогда начнут разбираться со мной очень серьёзно. Не зря СБ допустила папаню. Видимо, решили устроить ещё одну проверочку.
Собрав свою силу воли в кулак, проследовал за доктором. Комната для приёма гостей оказалась небольшой и скудно обставленной. Стол, два стула. Всё. Посреди неё стоял невысокий кряжистый мужик в форме майора танковых войск.
Помнится, мне раньше говорили, что отец — майор. Значит, он это. Хотя, если поразмыслить, то больше никого в комнате нет. Так что будь он хоть в пижаме, всё равно не обознаешься.
— Ну, здравствуй, сын, — не сделав попытки приблизится, проговорил он.
— Здравствуй. Извини, но я тебя совсем не помню. Так в автобусе шандарахнуло, что даже имя своё на веру принял. Ничего, если в объятия бросаться не буду?
— Обойдусь. Да самому больше не обниматься, а придушить тебя за все выкрутасы хочется. Хотя тут мне говорили, что героем стал. Не ожидал. А уж что в спасатели подался, того и подавно. Но у них тебе самое место. Эти и сами долго не живут, и другим спокойно не дают.
— Не всем же под бронёй трусливо потеть.
— Да что ты знаешь о танкистах⁈ — моментально растеряв невозмутимый вид, зло выпалил он. — Мы всегда на острие!
— Ага. Потом таких всех «острых» и спасай, когда вляпаетесь. Ты зачем пришёл? Взятые мной деньги тебе, кажется, перевели и ничего друг другу не должны.
— Век бы в Тюмени сидел, но вот вызвали аж в столицу. Из-за тебя. Хотят сравнить того моего сына и сегодняшнего. Судя по манерам, ты остался прежним. Но говорят, что остепенился немного. Это правда?
— Не знаю. Повторю ещё раз: память отшибло капитально. Но, судя по тому, что мне рассказали о моих прошлых приключениях, сдвиг есть.
— Сдвинутый не может сдвинуться.
— В лучшую сторону. Понимаю, что жил весело, но недостаточно, оказывается. У спасателей всё круче.
— Тут ты, Данила, не изменился. Как любил во всякие неприятности попадать, так и любишь. Я когда разрешение на отправку тебя в Имперскую Школу Спасателей подписывал, надеялся, что немного остепенишься. Выбьют всю дурь там из тебя. Ну, или попытаются.
— Какое разрешение? — не понял я.
— Ты же ещё несовершеннолетним был. Стандартная процедура. Теперь уже полностью отвечаешь за свои действия. Учти на будущее. Вляпаешься — помогать наш Род не станет. Пусть ты и считаешься номинально Горюновым, но только на бумаге.