Барон из МЧС (СИ)

— Ого! Да ты, «танцор», ещё и самонадеянный до самой сраки? Давай! Но тогда, если проиграешь в течение первой минуты, то отправишься с остальными в карцер. Не хрен из себя крутого строить.
— Согласен.
— Тогда от меня тебе подарочек за смелость. Ничья приравнивается к твоему выигрышу. Цени доброту прапорщика Станова!
— Мне подачки не нужны. Ничья — отпускаешь половину проигравших. Но семь на два не делится, так что получат вольную четверо.
— Ты, сучонок, решил мне условия ставить? Зря. Это болезненное и очень опасное для жизни занятие. Не пожалей потом.
— А чего это я тебя жалеть должен?
Ничего не говоря, прапор Станов скинул с себя бушлат и верх камуфляжа. Впечатляет. С виду не похож на качка, но мышцы под кожей перекатываются, словно ртуть. Опасный противник, совмещающий в себе силу и скорость.
Я тоже снял верх. Инструктор одобрительно хмыкнул, разглядев меня по пояс голым. Видимо, прошлый хозяин моего тела был не просто, а хорошо тренированным придурком.
Команды на начало поединка не прозвучало. Прапорщик молча кинулся на меня, сразу атакуя в корпус и голову. Скорость у него впечатляющая. Чисто на рефлексах успел уйти в сторону и нанёс ботинком удар под коленную чашечку. Промахнулся и тут же почувствовал сильную боль в области печени. Но плакать времени нет, сокращаю дистанцию, чтобы взять инструктора в захват. Ударник он отличный, поэтому попытаюсь понять, насколько хороший борец. Заодно и отдышусь немного в клинче.
Ни хрена не отдышался, получив в подбородок лбом, но зато успел после этого высвободить одну руку и зажать ею шею противника, одновременно впечатывая колено в пах. Сейчас не до сантиментов — это реальная битва, в которой все способы для победы хороши.
Ойкнув, прапор резко отстранился от меня, надеясь, что я последую за ним на добивание. Тут он меня и подловит. Хрен тебе! Оставшись на месте, вдогонку умудрился кулаком разбить ему губы и после этого сам сделал несколько шагов назад.
Оценив возможности друг друга, мы стали акулами осторожно кружить по плацу, выискивая подходящий момент для атаки. Не знаю, что решил Станов, а я вот уверен, что он в своей подготовке ничем меня не хуже. Может даже и лучше, так как быстрее. Значит, буду действовать исключительно на опыте, хитростью.
Делаю вид, что нога поехала на скользком асфальте. Буквально маленький моментик неустойчивости, но инструктор не преминул воспользоваться им и в прыжке пробил ногой мне в голову между расставленных в стороны рук.
Ждать встречи с подошвой инструкторского ботинка не стал. Тупо завалился на спину, пропуская летящее тело над собой. Не вставая, развернулся на жопе и подсёк опорную ногу Станова в момент приземления. Он упал головой в мою сторону, и я тут же пнул её в макушку.
Несмотря на то, что мой противник вскочил и принял боевую стойку, вижу, что поплыл. В его глазах презрение к самонадеянному «мясу» сменилось лёгкой растерянностью и уважением. Но мне на них наплевать. Нужно добивать, пока прапор окончательно не пришёл в себя.
Делаю стандартную связку руки-ноги, допустив серьёзную ошибку, рассчитывая лишь на собственную скорость и не особо заботясь об обороне. Я сам не понял, как оказался в стальном захвате, лёжа на плацу. Лишь чудом, чуть не сломав себе уши, смог вырваться и уже сам лбом ударил в лицо соперника. В ответ получил не менее твёрдый лоб и нокдаун. Радует, что и инструктор не в лучшем положении.
В таком состоянии уже не до техники боя. Два зверя катаются по земле, пытаясь дотянуться до горла друг друга. Уже ничего не вижу из-за залитых кровью глаз. Вернее правого глаза. Левый заплыл чуть раньше. Нащупав горло врага, сжимаю на нём пальцы в надежде вырвать кадык.
 
— Отставить! — слышу над головой знакомый голос полковника Якутова. — Смирно!
Мы с прапорщиком замираем. Потом, осознав, что прозвучала команда старшего по званию, выходим из боевого сумасшествия и поднимаемся на ноги. Сил нет. Всё тело — одна сплошная гематома. Если бы не поддерживали друг друга, то оба рухнули.
Кулаком освобождаю от крови целый глаз. И действительно, вижу перед нами начальника Школы.
— Это что за показательные выступления, прапорщик Станов⁈ — рычит он.
— Провожу обкатку претендентов, — еле ворочая языком, отвечает он.
— Не вижу никакой обкатки! Ты должен с этими щенками проводить время, а не устраивать дуэли со своими дружками у них на глазах!
— Никакой дуэли, господин полковник. Вы как раз явились под конец упражнения «скотобойня». Финальный раунд с победителем.
— Так что? Тебя так… — замер Якутов и обратился ко мне: — Постой-ка! Ты же Данила Горюнов?
— Так точно — прошепелявил я.
— Ёпс! И не признал с такой разбитой рожей. Лихо начал первый день! Что дальше? Подожжёшь казармы? Склад боеприпасов на воздух поднимешь?
— Если будет приказ.
— Не будет. Во всяком случае, не на территории ИШС. Встать в строй!
Как я не упал, пройдя жалкие двадцать шагов, сам не понимаю. Вот же сука начальник! Остальным оказали помощь санитары, каким-то чудодейственным способом поставив их на ноги во время нашего с инструктором поединка, а на меня — ноль внимания. Видимо, мстит за разбитую башку в своём кабинете.
— Итак, претенденты! — начал полковник свою речь. — Теперь все в сборе и можно сказать вам пару напутственных слов… Бегите отсюда на хер! Если хоть немного с головой дружите, то бегите!
То, что происходило с вами в стенах нашей благословенной Школы Спасателей раньше — это цветочки! Просто не обращали на вас особого внимания. Некоторые сойдут с ума во время обучения, все получат неоднократно серьёзные травмы. Кому не повезёт пройти экзамен, тот уже на первом курсе начнёт считать ад раем. И это только на первом курсе!
Я не сомневаюсь в вашем характере и подготовке. Поверьте, они пригодятся в иных подразделениях армии. Вы станете достойными офицерами и сохраните в неприкосновенности собственную психику. Прошу чисто по-человечески: откажитесь от службы спасателем. Это не малодушие, а разумный выбор разумного существа.
Тем, кто пришёл сюда из тюремной клетки, тоже рекомендую вернуться в неё. Да, там ограничивают свободу, но кормят, поят, одевают. Права имеете, в конце концов. Побить, конечно, могут, но как у нас избивать каждый день не станут. Посмотрите на претендента Горюнова! Такими, как он, вы будете все и не раз!
Стоит ли обучение в Императорской Школе Спасателей того, чтобы потом, получив погоны, дико рисковать жизнью пять лет по контракту? И не факт, что он не закончится раньше, благодаря тварям, приготовившим из вас рагу или высосавшим кровь до последней капли.
На этом умолкаю. Даю десять минут, чтобы вы обдумали мои слова и отказались от дальнейших мучений. Не стесняйтесь. Выходите из строя и спокойно возвращайтесь в свои кубрики за вещами. Там вас ждут мои подчинённые для сопровождения из Школы. Уже к вечеру вы отдохнёте нормально, навсегда забыв про наш ужас и снова превратившись в людей. Кто же останется… Ну, сами напросились! Пощады не будет! До самого экзамена не сможете сбежать и превратитесь в мою собственность, которую я совсем не жалею! Время пошло!