Мир Расмус. Потомок воина (СИ)

— Фолианте? Хмм, интересно. А кто автор этого ужасно древнего фолианта и как он назывался?
— Я, хм, как-то не заметил этого. Очень уж был увлечен книгой.
— Ну, что ж, крайне досадно то, что вы не запомнили название или автора книги, сам бы почитал с удовольствием. Но вы сегодня смогли меня удивить, Роберт, — Анвар бар Маттах вновь улыбнулся, — вы молодец. На сегодня занятие окончено. Можете идти. И помните, что то, что вы сегодня продемонстрировали обширные познания — не повод переставать усердно трудиться!
— Да, учитель, спасибо, — ответил Роб и, открыв массивную дубовую дверь, вышел из покоев Анвара, которые были одновременно местом для проведения уроков, рабочим кабинетом и жилой комнатой его учителя.
Выйдя в коридор замка, Роб огляделся по сторонам и обнаружил неподалеку от входа в кабинет Анвара бар Маттаха своего камердинера Жерома, который сидел на лавке и, по-видимому, дремал. Впрочем, слуга тут же вскочил, увидев своего молодого господина, и поспешил к нему.
Роб мысленно вздохнул. Он не понимал, почему отец приказал старому слуге везде сопровождать его. А Жером был действительно стар — по прикидкам Роба, ему должно было быть уже больше восьмидесяти лет, в свое время он был личным слугой еще отца Роба, Альбрехта тар Валиора. И хотя дряхлым Жером не выглядел, и возраст никак не отразился на его остроте его ума, все же юноша чувствовал себя немного виноватым за то, что престарелый слуга вынужден был постоянно ходить за ним. К тому же, Робу не нужен был присмотр и «нянька», даже если в этой роли выступал уважаемый даже его отцом Жером. Но все же, против воли отца не попрешь, и юноша вынужден был смириться с текущим положением дел.
— Как прошел урок у почтенного Анвара бар Маттаха, мастер Роберт? — подойдя, обратился к нему Жером.
— Вполне неплохо. Он даже соизволил похвалить меня в конце, что происходит крайне редко. Сказал, что я молодец.
— О! Полагаю, вам удалось поразить его?
— Да, действительно, он так и сказал, — Роб нахмурился, мысленно вновь возвращаясь к произошедшему с ним на уроке истории. Юноша не понимал, как такое возможно. Конечно, он слышал о некоторых магах, которые были одарены даром предвидения. Их называли оракулами. Но оракулы видели будущее, или что-то, что было похоже на будущее, но никак не прошлое. Оставался вариант, что это просто воображение Роба сыграло с ним злую шутку. Но, тогда как объяснить то, что все увиденное им в видении было на самом деле? К тому же, видение было пугающе реальным. Как будто Роб и правда на некоторое время переместился в прошлое и увидел великую битву своими глазами. Но как такое было возможно?
Чуть поразмыслив, юноша решил все же пока что отбросить все свои мысли и опасения по этому поводу, сделав в памяти зарубку — при случае расспросить чародея Тровера, который служил отцу в качестве придворного мага баронства Валиор, о своем видении. К тому же, случай должен представится уже скоро — сегодня у них было запланировано занятие по магическому искусству. Но пройдет оно лишь после…
— Мастер Роберт, готовы идти? — вывел юношу из раздумий голос камердинера. — Лейтенант Дариор уже заждался, небось. Вы не забыли, что следующий урок — фехтование и мастерство боя?
— Нет, не забыл. Ну что ж, идем. Не будем заставлять Дариора ждать, — с этими словами Роб развернулся и пошел по направлению к выходу из внутренних покоев во двор замка, где располагалась тренировочная площадка. Жером поспешил следом.
Через несколько минут Роб и его камердинер вышли во двор замка. Замок опоясывался двумя рядами добротных каменных стен. Соответственно, и дворов у замка было два — внешний и внутренний. И если во внутреннем дворе находились конюшни, казармы для баронской гвардии, домики для слуг, амбары для зерна, несколько колодцев и прочие постройки, то почти все пространство внешнего двора, занимала так называемая тренировочная площадка.
Площадка была разбита на секции: например, территория между южной и западной стеной предназначалась для упражнений в стрельбе — там были выставлены мишени и деревянные манекены, в которые стрелки старались попасть с разных дистанций, а в секции между северной и восточной стеной проходила отработка искусства конного боя. Путь же Роба лежал в секцию между восточной и южной стеной — именно на этой части площадки находилось больше всего народу. Она предназначалась для отработки навыков пешего боя — один на один, группа на группу, строй на строй. Кроме того, на площадке были расставлены несколько деревянных манекенов, как полностью статичных, так и обладающих крутящимися «руками», корпусом, или и тем и другим. Имелось и небольшое круглое пространство, посыпанное песком. Оно предназначалось для одиночных схваток, и обычно именно на песчаной арене и тренировался Роб со своим наставником.
 
Сейчас на тренировочной площадке находилось около двух десятков человек — рыцари и гвардейцы его отца, свободные от караульной службы и не выезжающие сегодня в дозор по землям баронства, пришли отточить свои навыки владения оружием. Некоторые из них, взяв деревянное тренировочное оружие, которое, тем не менее, весило даже больше настоящего, и надев на тело, руки и ноги специальную защиту, также сделанную из дерева, работали в парах или группах, спаррингуя друг с другом. Другие отрабатывали удары на тренировочных манекенах. Между бойцами ходили несколько лейтенантов-наставников, которые следили за правильностью хода тренировки, подсказывали и помогали солдатам, указывая им на их ошибки или показывая новый прием.
Заметив появление Роба, от группы бойцов отделился высокий, подтянутый человек среднего возраста. Он был одет в стеганую куртку из черной кожи, поверх которой находился облегченный стальной нагрудник, черные штаны и черные же сапоги. На руках мужчины были надеты латные перчатки, а голени, предплечья и плечи защищали металлические щитки. На поясе висела перевязь с мечом и кинжалом. Лицо мужчины было будто высечено из камня, а на голове не было волос. Зато у него были шикарные густые усы с бакенбардами. Роб сразу узнал его — это был лейтенант Дариор, один из наиболее умелых воинов в гвардии барона, и именно он обучал Роба искусству боя и обращению с оружием. Дариор тоже узнал Роба и приветственно кивнул ему, после чего махнул рукой, предлагая следовать за ним.
Юноша прошел к стойкам с тренировочным оружием и экипировкой и принялся надевать на себя куски деревянной защиты. Как и тренировочное оружие, деревянные щитки были специально сделаны более тяжелыми по сравнению с настоящими доспехами, чтобы воины, двигаясь и сражаясь в них, тренировали свою силу и выносливость. Дариор, тем временем, взяв пару деревянных мечей, ждал Роба на песчаной арене.
Наконец, облачившись в тренировочную экипировку, Роб шагнул на песок к наставнику. Лейтенант тут же бросил ему один из мечей, который юноша поймал на лету, а затем прошел к центру арены.
— Сегодня, Роб, я научу тебя приему, который называется «удар в кисть». Суть приема проста: ты должен заставить противника атаковать тебя, или, если он ушел в глухую оборону — выманить его удар, используя финт и ложный замах, а затем ударить его острием клинка в незащищенную кисть снизу. Например, вот так, — с этими словами наставник сделал движение своим деревянном клинком, будто хотел ударить Роба справа.
Юноша инстинктивно сместил руку, держащую меч, влево, повторяя движения наставника, а тот вдруг опустил меч почти к самой земле, открывая всю свою правую сторону для удара. И хотя Роб понимал, что это ловушка, все же он попытался уколом достать Дариора. Но когда деревянный клинок юноши почти достиг тела его наставника, меч Дариора молнией метнулся вверх и кольнул кисть Роба. И хотя сила укола была невелика, а лезвие деревянного меча было тупым, пальцы юноши, держащие меч, мгновенно разжались, и клинок упал на землю.
 
Пока Роб поднимал свой меч, потирая кисть, Дариор, положив свое оружие на плечо, невозмутимо продолжал объяснять прием.
— У основания кисти, куда я только что кольнул, находится точка, отвечающая за функционирование всей кисти руки. И если даже легкий укол деревянного клинка произвел такой эффект, представь, каково будет твоему противнику, когда ты кольнешь его боевым мечом, — лейтенант усмехнулся. — Правда, обычно при этом кисть твоего противника отсекается. Но в любом случае, ты его обезоружишь. А потеря оружие в бою — это смерть.