Кровный долг (ЛП)
Я благодарю мертвого волка за то, что он был идиотом, потому что он, возможно, спас мне жизнь.
Выйдя из бетонного гаража и войдя в тускло освещенный лифт, чувствуеться как какое-то достижение Я вернулась с задания целой и невредимой. Ну, за исключением нескольких ран.
Динамик потрескивает, и мрачный сердитый голос говорит:
— Приведите ее ко мне.
Грейсон слегка напрягается, и его пальцы касаются моих. Я отдергиваю руку и скрещиваю руки. Эти мужчины играют в игры. Они подобны кошкам, которые бьют мышь взад вперед, пинают и швыряют низшее существо, пока им не становится скучно и они не решают его сожрать.
Кольт кивает и смотрит в сторону левого угла.
Я следую за его взглядом и замечаю крошечную линзу, направленную в середину лифта. Пространство достаточно маленькое, чтобы понадобилась только одна.
Грейсон нажимает кнопку тридцать шестого уровня. Я смотрю на светящийся номер.
Тридцать шесть этажей. Как я могла не заметить, в каком огромном здании я нахожусь? В центре Сан-Франциско есть несколько небоскребов. Есть еще несколько районов города со зданиями такой же высоты. Неизвестно, где я нахожусь, а это значит, что я не смогу сориентироваться, и сбежать будет труднее. Если я побегу, мне придется за доли секунды принять решение, в каком направлении двигаться, как только выйду из здания.
Я смотрю на брелок, прикрепленный к поясу Грейсона. Он в тактическом снаряжении, а Кольт все еще в деловом костюме.
Угон автомобиля займет время, но, возможно, это лучший вариант для быстрого побега. Бег мне не поможет, учитывая, насколько они быстры.
Я сузила глаза, глядя на сверкающий металл. Если я хочу приблизиться достаточно близко, чтобы украсть ключи, мне придется сделать несколько вещей, которые могут мне не понравиться.
Кого я обманываю?
Мне определенно понравится переспать с Грейсоном. У него были сотни лет опыта. Поговорим о секс-игре профессионального уровня. Я дрожу и краснею, когда чувствую, как твердеют соски.
Оба мужчины смотрят в мою сторону, и я проклинаю их сверхъестественные чувства.
— Пенни за твои мысли, маленький тигренок.
Я скрежещу челюстями и избегаю их взгляда. Они даже не представляют, что я собираюсь с ними сделать. Я придам совершенно новый смысл словам трахнуть и оставить. Я уверена, такие сценарии обычно не заканчиваются ножом, воткнутым в яремную вену.
На моем лице появляется убийственная улыбка, и Кольт пододвигается ко мне.
— О чем ты сейчас думаешь?
Я провожу пальцами по маленьким перилам лифта.
— Мне нужны тампоны.
Грейсон кашляет и отводит взгляд.
Взгляд Кольта скользит по нижней части моего тела.
— У тебя менструация?
Вздохнув, я прислоняюсь бедром к прохладному металлу.
— Нет, но будет. Полагаю, это станет проблемой для всех вас, лучше держать это под контролем, хм?
— Нас не возбуждает такая кровь. — Грейсон прикрывает смешок рукой. Его плечи начинают трястись, Кольт ухмыляется ему и тихо смеется.
Если бы меня не тащили перед их боссом, как ягненка на заклание, я бы почти подумала, что они милые.
Это не так.
Они придурки.
— Почему это смешно?
Грейсон делает лицо серьезным.
— Я не смеюсь над тобой, обещаю, — его глаза умоляют меня, умоляя о прощении. — Я не помню, чтобы меня когда-нибудь спрашивали, нравится ли мне менструальная кровь.
Я прищуриваюсь к нему, все еще раздраженная тем, что они смеются надо мной. Это не глупое предположение.
— Кровь женщин, сочащаяся из пещер, совершенно отличается от крови, текущей по венам. В менструальной крови меньше клеток крови, и она загрязнена другими, — он ищет слово. — Вещами .
Я закрываю глаза и качаю головой.
— В том, что ты сказал, так много неправильного. Во-первых, пещеры? Это вагина, Кольт. Киска, манда, печенька, влагалище, черт возьми, назови это пиздой, черт возьми, но пещера? Действительно?
Он морщится и начинает что-то говорить. Я обрываю его.
— Во-вторых, загрязненная? Ты хочешь сказать, что мой ящик славы полон опасных отходов, Кольт?
Грейсон начинает безудержно смеяться, а Кольт пристально смотрит на него.
— Нет, не опасные отходы, а маточны…
— Эй, Салли. Не смей говорить мне о менструациях, как мужчина-вампир.
— Я ничего не говорю о мужчино-вампирах. Ты спросила о месячных, и я просто хотел…
— Объяснить, как работают месячные?
Он рычит, и Грейсон наклоняется и кладет руки на колени, когда слышит звук.
— Прекрати это. — Кольт хмурится.
— Ты закончил объяснять месячные?
Он сердито смотрит на меня.
— Ты не понимала, почему нас не возбуждает менструальная кровь… Что еще я должен был сказать?
Я ухмыляюсь ему.
— Ну я даже не знаю. Как насчет чего-нибудь вроде: менструальная кровь уже не та, Деми. Тебе не о чем беспокоиться. Конечно, я куплю тебе тампоны и две пинты мороженого „brownie-delight”8, что-нибудь еще для моей королевы ?
Грейсон говорит:
— Королевы?
Я указываю на него.
— Развлеки меня, я скоро умру.
Они оба становятся серьезными после моих слов.
— У нас был момент, и я испортила его своей смертью.
Грейсон и Кольт смотрят друг на друга.
— Прекратите таинственно переглядываться, как будто вы что-то замышляете против меня. Я уже у вас есть, вы ведете меня к своему боссу. Нет необходимости в заговоре.
— Деми, я…
Двери со свистом открываются и прерывают слова Кольта. Кожа вокруг его глаз напрягается, и на лице появляется что-то похожее на жалость.
— Прибереги свою жалость для какого-нибудь немертвого придурка.
Я выхожу из лифта, гордясь собой за то, что не рухнула на пол в приступе слез и не стала умолять сохранить мне жизнь.
Они могут убить меня, но они не сломают.
Кольт
Блин.
Я не должен бороться с Маттео, чтобы сохранить ей жизнь. Она человек. Причудливый, вздорный и слегка колючий человек.
Неважно, что ее кровь поет корицей и кардамоном, пряная и такая неповторимая. Легкая сладость и щепотка горечи. Странное сочетание вкусов, которое я не могу не попробовать снова.
Ее кровь — не единственное, что привлекает меня. То, как она угрожает мне, не дрогнув, заставляет мой член напрягаться из-за нее. Даже женщины-вампиры боятся меня, потому что знают, что я безжалостен. Деми напугана, но она испугалась меня только однажды. Когда я попробовал ее кровь.
Она ударила меня, угрожала мне и хочет вонзить в меня складной нож, который дал ей Грейсон. Я не знаю, почему она для меня такая загадка. Все должно быть просто.
Люди умирают.
Вампиры выживают.
Деми меняет все. Я хочу, чтобы она выжила. Я не хочу, чтобы Маттео убил ее, и я не хотел привязывать к ней бомбу. Я все равно буду выполнять приказы, какими бы они ни были, даже если они заставят меня ненавидеть Маттео до конца наших бессмертных жизней, потому что я знаю, что происходит, когда мы не подчиняемся.
Нас наказывают.
Глава 12
Деми
Грейсон догоняет меня и осторожно кладет руку на мой локоть, направляя в конец коридора и в другую комнату для допросов. Только эта комната более зловещая. Она полностью сделана из бетона, даже стулья и столы.
Я начинаю отстраняться от Грейсона, когда он подводит меня к стулу с прикрученными к нему цепями. Это железные кандалы, и я никак не смогу от них освободиться, как только он зафиксирует их.
— Нет.
Он прижимает меня к себе с такой силой, что я не могу вырваться, шепчет мне в волосы "все будет хорошо" и усаживает меня. Двигаясь в своей быстрой манере, он застегивает железные кандалы на моих лодыжках. Его пальцы задерживаются на моих икрах.
Я бью ногой. Оковы достаточно подвижны, чтобы я ударила его по яйцам.