Король шрамов
– Это сочтут явным знаком предпочтения одной из кандидаток.
На лице Эри отразилось беспокойство.
– Мы не хотим ставить короля в неудобное положение.
– Разве нам обязательно об этом рассказывать? – не подумав, брякнул Исаак.
Тамара нахмурилась еще сильнее, но сказала:
– Как будет угодно вашему величеству.
Как только принцесса с охраной удалилась, лоб Тамары разгладился, она дружески пихнула Исаака в плечо.
– Отличный ход. Еще одна возможность получить информацию. – По-видимому, разочарование, написанное на физиономии Исаака, оказалось красноречивее всяких слов: Тамара отпрянула. – О, нет, Исаак! Дубина ты стоеросовая. Ты на нее запал?
– Не говори ерунды. – Щеки его вспыхнули. – Я в курсе, какую игру мы ведем. Что удалось узнать у Майю?
– Ничего. – Тамара сделалась задумчивой. – Я сказала, что знаю о ее keb, и спросила про брата-близнеца, но она лишь упомянула, что они родом из провинции Бол.
– Может, это не та стражница?
– Может. Она была чем-то напугана и в бою показалась мне слабее, чем я ожидала. Я не собиралась ранить Майю, но не рассчитала скорость ее реакции. Она еще молода и совсем недавно поступила на службу, так что отсутствие опыта вполне естественно, но если девушка попросту «не тянет», то, вероятно, сама подумывает уйти, не дожидаясь, пока ее выгонят.
– И что, пойдет в армию?
– После того, как находилась рядом с членами королевской династии в самые интимные моменты? Исключено. Ее отправят в ссылку. Брата и родителей ей уже не видать. – Тамара повесила меч обратно на стену. – Возможно, перебежчик – не она. Или его вообще не существует. Наша шпионская сеть в Шухане уже не та, что раньше. Во время твоего романтического ужина я постараюсь переговорить с каждой стражницей Тавгарада по отдельности. Ты уж постарайся потянуть время.
– Постараюсь.
– Yuyeh sesh, Исаак, – напомнила Тамара, жестом велев слугам навести в тренировочном зале порядок.
Презирай свое сердце, шуханское изречение. Делай, что должен. Исаак знал, как полагается отвечать – так ответил бы солдат или даже король: Niweh sesh. У меня нет сердца. Однако в памяти почему-то всплыла строчка из стихотворения Kebben о первом осыпавшемся лепестке. Он не солдат шуханской армии и не король Равки. Он просто деревенский парень, которому хочется поужинать с девушкой, проявившей к нему доброту.
Не говоря ни слова, Исаак вышел.
* * *Вечером, войдя в гостиную, где уже собрались Женя, Давид и близнецы, Исаак ожидал, что все будут оживленно обсуждать его предстоящий ужин с принцессой Эри, а вместо этого словно попал на поминки.
– Что случилось? – спросил он. – Что-то с королем?
Толя был мрачнее тучи, глаза Тамары метали молнии, а Женя как будто разом состарилась на двадцать лет. Даже Давид отложил чтение и выглядел если не убитым, то, по меньшей мере, слегка встревоженным.
– У нас новость, – сообщила Тамара. – Фьерда готовится пойти на Равку. Через неделю или через месяц, но войны не избежать.
Исаак рухнул в кресло. Война. Мир не продержался и трех лет.
– Хуже того, – подал голос Толя, – они выступают под флагом Ланцовых.
– Не понимаю… – посмотрел на него Исаак.
– Их предводители присягнули на верность Вадику Демидову.
– Кому?
– Он объявил себя кузеном Ланцова и законным наследником равкианской короны.
– Что за ерунда? Даже если он из рода Ланцовых…
– Его поддерживает человек по имени Магнус Опьер, – сказала Женя, – фьерданский судостроительный магнат.
– И бывший посол Фьерды в Равке, – прибавила Тамара. – Опьер утверждает, что имел любовную связь с королевой Равки, и что именно он – настоящий отец Николая.
– Этого не может быть, – запротестовал Исаак. – Это фьерданская пропаганда!
– У него сохранились письма от королевы, – тихо произнесла Женя. – Если их подлинность будет доказана…
– Даже если не будет, – перебила Тамара, – повод для войны у фьерданцев и без того серьезный.
– Нет, – решительно возразил Исаак и зачем-то встал. – Равка любит своего короля. Народ его поддержит.
– Может, и так, – согласился Толя. – Лично я чувствовал бы себя гораздо спокойнее, если бы мы знали, где сейчас Апрат. Он исчез и увел с собой почти всю Святую стражу. Если он примет сторону самозванца…
Давид хлопнул книжкой по колену.
– Давно надо было его уничтожить.
Тамара потерла лицо.
– Нам придется пойти на сделку с Керчией.
– На море нам нужны земенцы, – сказал Толя. – Наш военный флот против фьерданского не устоит.
– С керчийскими деньгами устоит, – не соглашалась Тамара.
– У нас нет времени на постройку кораблей.
Исаак не верил своим ушам. Он открыл рот, собираясь что-то сказать, и с ужасом услышал собственный истерический смех.
– Вы с ума сошли? – Все взгляды обратились на него. – Я не Николай Ланцов. Я не могу управлять страной во время войны. Этот цирк пора прекращать.
Воцарилась долгая тишина. Наконец Женя спросила:
– Фьерданская делегация еще здесь?
– Да, – подтвердила Тамара. – У меня есть шпионы в Ледовом Дворе, но там о войне пока знают единицы. Даже для большинства правительственных чиновников это секрет.
– Хорошо. Потянем время до заключительного бала, а когда гости разъедутся, составим план действий. – Женя посмотрела на Исаака. – Такой, который устроит всех.
* * *После новостей из Фьерды радостное предвкушение ужина с принцессой, владевшее Исааком, полностью испарилось. Его и вправду попросят навсегда остаться в роли короля, если настоящий Николай не вернется? Ему бы порадоваться, ведь это означает жизнь в богатстве и роскоши. Разве не такая судьба обещана в сказках простым парням с добрым сердцем? Только Исаак отнюдь не герой сказки, а обыкновенный застенчивый малый, ничем не выдающийся солдат. Да, ему посчастливилось обратить на себя внимание правителя, но за эту удачу, возможно, придется расплатиться собственным «я».
Стол для них накрыли в роще на островке в центре озера, вдали от Большого дворца и любопытных глаз. На деревьях развесили фонарики, где-то в темноте нежно наигрывала балалайка. Весьма романтическая обстановка, и отличный шанс для Тамары пообщаться со стражницами Тавгарада, расставленными по лесу.
Лодка доставила Исаака на островок, когда уже совсем стемнело. На нем был бархатный кафтан цвета морской волны – по мнению Исаака, Николаю он исключительно шел. В кармане «король» опять нащупал горсть серебряных бусин.
Томясь ожиданием, он нервничал все сильнее. Он устал от роскоши и дорогой одежды. Исаак продолжал писать домой, притворяясь, что служба во дворце идет своим чередом, а в душе хотел лишь одного: сидеть в крохотной кухоньке дома у матери, смотреть в окошко и играть в карты с младшими сестрами. Хотел быть с теми, кто по-настоящему его знает.
А сейчас? Узнали бы они Исаака? Нет, конечно. Он каждый день проходит мимо дворцовой стражи, своих товарищей, с которыми знаком не один год, и порой его так и подмывает крикнуть: «Эй, это же я, Исаак Андреев!» Капитану стражи просто-напросто сообщили, что Исаака забрали в Ос Керво в качестве переводчика. Р-раз, и он исчез.
– Идет, – наконец промолвил Толя.
Эри неторопливо вышла на опушку. Она была одета в затейливо расшитое шелковое платье оттенка травяной зелени, а голову венчал богатый убор, усыпанный изумрудами величиной с перепелиное яйцо.
– Сколько весит эта штука? – шепотом поинтересовался Исаак, когда они уселись за стол и слуги подали первое блюдо.
– Не знаю, – сказала Эри, – но мне кажется, будто у меня на голове расположилось стадо волов, судя по весу, примерно от двух до дюжины.
– Вас заставляют тренировать шейную мускулатуру?
– Разумеется, нет. У всех женщин династии Табан от рождения сильные шеи. Можно сказать, дар свыше.
– Вот я болван, не догадался. – Напряжение отпустило. С принцессой Эри Исааку общаться легче, нежели… со всеми остальными. Проще, чем с близнецами, Женей, Давидом и, конечно, другими кандидатками в невесты. Другие девушки тщательно подбирают слова, говорят только то, что Исааку – точнее, Николаю, – приятно слышать. Но Эри, как видно, не рвется в королевы. Эта мысль одновременно его радовала и огорчала. Сознавая, что настоящий король очаровал бы принцессу в мгновение ока, Исаак невольно ревновал ее к тому, с кем она даже не была знакома.