Король шрамов
Исаак воззрился на нее с изумлением.
– Ты сейчас признаешься в государственной измене, – шепнул он.
– Милый, славный Исаак, – улыбнулась Женя, – Николай Ланцов давным-давно меня простил и этим навеки завоевал мою преданность. Дарклинг швырнул меня в воду и даже пальцем не шевельнул, глядя, как я тону, поскольку это отвечало его целям.
– Значит, он действительно был жестоким?
– Жестоким? О, да. Но на растерзание королевским псам он отдал меня не для того, чтобы наказать. Он просто не задумывался о том, что причиняет мне боль. Разве важны мучения одной девушки, если благодаря им он получит целую империю? Дарклинг вел долгую и сложную игру. Только когда я осмелилась подумать о себе, когда нарушила его грандиозный план, он натравил на меня своих чудовищ и…
С озера послышался громкий всплеск. Вскочив, Исаак и Женя успели заметить, как за бортом лодки, набитой представителями керчийской делегации, мелькнул клочок желтого шелка. Дочь одного из купцов свалилась в воду и камнем пошла ко дну.
– Прыгай, – резким шепотом скомандовала Женя. – Спасай ее, быстрее.
– Там же есть гриши…
– Николай не стал бы дожидаться гришей.
Женя была права, но…
– Я не умею плавать.
– Ты же сейчас пошутил, да?
– Боюсь, нет.
– Почему раньше молчал?
– Меня об этом не спрашивали.
– Просто прыгай, – прошипела Женя. – И не вздумай барахтаться. Погружайся на дно как можно скорее, а остальное сделаем мы.
Исаак не мог поверить, что Женя говорит всерьез, но свирепое выражение ее лица развеяло его сомнения. Ладно, подумал он, перемахнув через поручни и войдя в воду, как он надеялся, хотя бы с толикой изящества. По крайней мере, если я утону, мне не придется сидеть на торжественном ужине.
Вода в озере обжигала холодом. Исаак послушно тонул, но каждая клеточка его тела протестовала, требовала сопротивляться, делать что-нибудь, чтобы вернуться к теплу и воздуху. Не вздумай барахтаться. Он старался не двигать руками и ногами, а легкие тем временем наливались болью. Исаак охватила паника. Он смотрел вверх, на мутный свет у поверхности, казавшийся невозможно далеким, тогда как темное, безмолвное озеро, окружавшее его со всех сторон, выглядело словно бескрайнее и беззвездное небо. Не хочется гибнуть в таком дрянном месте. Все, конец? Мне на самом деле придется умереть, чтобы сохранить геройскую репутацию короля?
А потом Надя дернула его за руку. Она находилась внутри созданного ею воздушного пузыря, который толкали вперед двое проливных. Надя рывком затащила Исаака в воздушную сферу, и он сделал глубокий, судорожный вдох.
– Ну же, – поторопила Надя.
Поток воды вокруг Исаака ощутимо двигался, увлекал их за собой, подобно течению быстрой реки. Впереди заколыхался желтый шелк. Девушка – Биргитта Шенк – не шевелилась, глаза ее были закрыты, а волосы окружали голову широким венцом. Святые, она мертва?
– Хватай ее, – велела Надя, и как только рука Исаака сомкнулась на запястье Биргитты, поток стремительно понес их вверх.
Они вынырнули на противоположном берегу крохотного островка в центре озера, вдали от прогулочных лодок. Толя и Тамара уже их ждали. Уложив Биргитту на ступеньки одного из тренировочных павильонов, они принялись ее откачивать.
– Пожалуйста, скажите, что она жива, – взмолился Исаак.
– Пульс есть, – сообщил Толя, – но в легкие попала вода.
Мгновение спустя Биргитта начала кашлять, озерная вода полилась у нее изо рта.
– Расходимся, – скомандовал Толя.
– Будь душкой, – сказала Тамара, растворяясь вместе с остальными в тумане. – Ты – герой.
Исаак склонился над девушкой, напомнив себе, что она увидит перед собой лицо короля Равки.
– Мисс Шенк? – осторожно спросил он. – Биргитта? Как вы себя чувствуете?
Длинные ресницы затрепетали. Биргитта обратила на него мутный взор зеленых глаз и вдруг разрыдалась.
Гм. Пожалуй, смазливая внешность помогает не во всех случаях.
– Вы чуть не утонули, – сказал Исаак. – Есть от чего разволноваться. Идемте, нужно вас согреть.
Он тоже замерз и устал, но заставил себя в первую очередь, как и положено, позаботиться о даме – подхватил Биргитту на руки. Святые, ну и тяжелая! И зачем накручивать на себя столько шелка?
Она прильнула к его груди, и Исаак, стуча зубами, в хлюпающих сапогах, двинулся на другой конец острова. Вскоре он со своей ношей появился из-за деревьев. Заметив их, кто-то воскликнул:
– Вон они!
– С ней все в порядке! – крикнул Исаак. – Только промокла насквозь. Нужны полотенца и горячий чай.
Толпа разразилась аплодисментами. Уже не чувствуя рук, он опустил Биргитту на песок, словно ворох мокрого белья, затем с поклоном поцеловал ей руку, постаравшись в этот момент не клацать зубами.
Какой прогресс: если сначала он просто нарушал этикет, то сегодня вполне мог утонуть, да еще и не один. Завтра, пожалуй, он спалит весь дворец.
* * *Биргитту Шенк и Исаака, завернутых в одеяла, поспешно усадили в королевскую ладью, растерли им ладони и напоили бренди. Тем не менее, только вернувшись в покои Николая и погрузившись в просторную ванну, наполненную горячей водой, Исаак почувствовал, что холод отступил.
Женя и остальные члены свиты оживленно беседовали в гостиной, а Исаак тем временем мирно грелся. Ему будет не хватать этой ванны, когда вернется настоящий король. Без всего прочего он легко обойдется.
Он лежал в ванне, пока вода не остыла, а кожа на пальцах не сморщилась. Желания выходить к людям, ожидавшим его за дверями, Исаак не испытывал, но все же вылез из воды и вытерся широкой купальной простыней изо льна.
На его счастье, Николай не пользовался услугами камердинера и с самого детства одевался самостоятельно. Исаак облачился в мягкие штаны с подтяжками, надел рубашку, приталенный китель с вышитым двуглавым орлом Ланцовых, сапоги. Одежда, честно говоря, ему тоже нравилась. Все идеально подогнано по фигуре, удобно сидит и элегантно смотрится. Исаак одернул китель, и его пальцы наткнулись на выпуклость в правом кармане. Николай вечно что-то таскал в карманах – то записочку-напоминание для себя, то эскиз нового изобретения, то маленький серебряный шарик. На этот раз Исаак извлек на свет небольшой кусок проволоки, согнутой в форме парусника. Находку он оставил на туалетном столике.
– Все обернулось очень даже неплохо, – сказала Тамара, когда Исаак вошел в гостиную и сел рядом с ними у камина, наслаждаясь теплом.
– То есть надо тонуть чаще?
– Конечно, все прошло не идеально, – Женя налила ему чашку чая. – Ты упустил шанс поболтать с принцессой Эри, но мы удачно использовали подвернувшийся случай. Король показал себя героем.
– Ты выглядел очень трогательно, когда держал принцессу на руках, – заметила Тамара.
– И мужественно, – добавил Толя, – как принц из поэмы. «И вот Иван Златокудрый перенес ее через…»
– Будешь читать стихи, и я сама утоплю тебя в озере, – пригрозила Тамара.
– Между прочим, это классическое произведение, – сердито пробурчал Толя, уткнувшись носом в чашку.
Исаак имел на этот счет иное мнение, но решил, что сейчас не время говорить о поэзии.
Женя пихнула локтем Давида, увлеченно читавшего научный трактат. Тот поднял глаза.
– Мы обнаружили устройство, активирующее выброс ядовитого газа в спальне короля. С большой вероятностью можно утверждать, что его изготовили фьерданцы.
– Их арестуют?
Тамару, казалось, вопрос удивил.
– Разумеется, нет. Во-первых, мы вряд ли сможем что-нибудь доказать, а во-вторых, это даже хорошо.
– Разумеется. – Исаак почесал за ухом. – А почему, собственно, хорошо?
– Мы и раньше знали, что от фьерданцев стоит ждать пакостей. Если бы за диверсией стояла Керчия или Шухан, повод для беспокойства был бы куда серьезнее. Пока же можно считать, что шуханцы не против заключить с нами союз. Интересно было посмотреть, кто рискнет покуситься на жизнь короля.