Развод по-семейному. Разорванные узы (СИ)

Вечером мы сидим у камина. Полина устроилась рядом с Яковом, рассказывая ему что-то про школу.
Илья читает книгу в кресле, но я замечаю, как он иногда поглядывает на нас.
Яков ловит мой взгляд и улыбается, и я понимаю: он все видит и все понимает. Он не пытается форсировать события и не требует мгновенного принятия.
— Мам, а мы еще сюда приедем? — спрашивает Полина, зевая.
  
— Конечно, солнышко, — отвечаю я, целуя ее в щеку.
* * *
Проснувшись утром, мне кажется, что так хорошо не бывает. Это слишком идеально.
Это слишком хорошо.
Я стою на кухне, готовлю завтрак, когда слышу звук подъезжающей машины. Выглядываю в окно и замираю.
Артем.
Но что ему опять нужно от меня? Мы ведь все выяснили.
Он выходит из машины, и даже на расстоянии я вижу его напряженное лицо. Яков появляется рядом со мной и кладет руку мне на плечо.
— Хочешь, я выйду? — тихо спрашивает он.
— Нет, — качаю головой.
Я выхожу на крыльцо, скрестив руки на груди. Артем останавливается в нескольких шагах от меня.
— Злата, — начинает он, и в его голосе слышится отчаяние. — Мне нужно поговорить с тобой. Пожалуйста.
— Говори, — бросаю я холодно.
— Я был идиотом. Полным идиотом. Прости меня. За все. За Яну, за то, что разрушил нашу семью, за то, что причинил тебе боль. Я хочу все исправить, я...
— Ты хочешь исправить? — ледяным жестким тоном перебиваю его. — Артем, ты не можешь исправить то, что сделал. Ты сделал свой выбор. Вот теперь и живи с ним.
— Но дети...
— Дети здесь. Если хочешь с ними поговорить — твое право. Но ко мне больше не подходи.
Я разворачиваюсь и захожу в дом, не оглядываясь. Как ни странно, но я чувствую полное спокойствие.
А к нему больше не чувствую ничего. Ни боли, ни злости, ни ненависти.
Ничего.
Через окно я наблюдаю, как Артем подходит к детям. Полина смотрит на него настороженно, отвечает односложно на его вопросы. Она больше не бежит к нему с распростертыми объятиями, и я вижу, как это ранит его.
Илья выходит следом. Он выше отца ростом, и сейчас это особенно заметно. Они о чем-то говорят, и вдруг Илья повышает голос:
— Ты поступил подло! Ты предал нас всех, и я не могу тебя простить. Не могу!
Артем пытается что-то сказать, но Илья уже уходит обратно в дом. Полина следует за братом, даже не попрощавшись с отцом.
Артем стоит один посреди двора, потерянный и отвергнутый. Потом медленно идет к машине и уезжает.
Яков обнимает меня со спины, прижимая к себе.
— Ты молодец, — шепчет он мне на ухо.
— Мне больно за детей, — признаюсь я. — Но я не могу ничего изменить.
— Они справятся. У них сильная мама. И я буду рядом, если ты позволишь.
Я разворачиваюсь к нему, вглядываясь в его лицо. В этих глазах столько тепла и столько искренности.
— Пойдем, — говорит он, беря меня за руку.
Мы поднимаемся на второй этаж, в его спальню. Большая комната с панорамными окнами, через которые льется солнечный свет. Яков закрывает дверь и снова обнимает меня, на этот раз крепче.
— Я люблю тебя, Злата, — произносит он, глядя мне в глаза. — Не знаю, когда это случилось, но я люблю. И я хочу быть с тобой. Всегда.
Я поднимаю руки и обхватываю его лицо ладонями.
— Я тоже люблю тебя, — шепчу я, и это правда. Чистая правда. — Ты тот самый человек, который мне нужен. Я поняла это.
Он медленно и нежно целует меня. Я отвечаю на поцелуй, прижимаясь ближе, чувствуя, как тает последнее напряжение.
Его руки скользят по моей спине, расстегивают молнию платья. Ткань падает на пол, и я чувствую только желание и доверие. Яков поднимает меня на руки, несет к кровати, и я смеюсь тихо, обнимая его за шею.
Он целует мою шею, плечи, каждое прикосновение наполнено нежностью и страстью одновременно.
Я закрываю глаза, отдаваясь ощущениям, и понимаю: это не просто близость. Это слияние двух людей, которые нашли друг друга после долгих скитаний.
Яков входит в меня медленно, и я выдыхаю его имя. Мы двигаемся в одном ритме, наши тела знают друг друга, словно всегда были вместе.
Он шепчет мне на ухо слова любви, и я отвечаю ему, цепляясь за его плечи, чувствуя, как волна наслаждения накрывает меня с головой.
Когда все заканчивается, мы лежим, обнявшись, наши дыхания постепенно выравниваются. Яков гладит мои волосы и целует в висок.
— Оставайся, — просит он тихо. — Навсегда.
Я поднимаю голову, смотрю на него. И впервые за долгое время не чувствую страха перед будущим.
— Да, — отвечаю я просто. — Я останусь.
И в этот момент я точно знаю, что моя новая жизнь только начинается.
  
Эпилог
 
Прошло полгода
Я все-таки приняла предложение Якова и стала руководителем новосибирского филиала. Периодически приходиться летать в командировки.
Но этот ритм и темп жизни мне нравится больше. Он добавляет какой-то организованности.
Дети стали более лояльны к Якову, особенно Илья. Теперь они вдвоем активно обсуждают хоккейные перипетии и ходят на матчи.
Я только радуюсь.
Артем больше нас не беспокоит, видимо понял, что шансов у него нет. Чем он занимается я не знаю, наверное продолжает работать в своей фирме.
Нашу квартиру мы продали и разделили деньги. Он купил себе более скромный вариант.
Яна после суда испарилась из нашей жизни. Успешно отомстила Артему и видимо где-то строит свою новую жизнь.
С матерью, которая больше мне не мать, я не общаюсь. Естественно, что с внуками она не поддерживает отношения.
Даже странно. Шестнадцать лет они были ее любимчиками, а потом раз в один момент, даже не звонит им. Хотя ведь всегда знала, что они ей не внуки.
Но разговаривать с ней на эту тему я не собираюсь. Это ее решение. А нам и без нее вполне комфортно.
Я вступила в права наследства и забрала дом, в котором жила вся наша семья. Женя, отдавая свои ключи, сказал мне только одну фразу: «Надеюсь, мы больше никогда не пересечемся».
Что ж. Я не в обиде. Навязывать свое общение чужим людям не в моих правилах. Не хочет — не надо. Пусть занимается бизнесом отца.
Дианка продолжает дружить со мной. Ей все равно на кровное родство. Мы любим друг друга, и нам всегда было весело вместе. Она продолжает баловать моих детей и искать свое счастье. Но пока удача ей так и не улыбнулась.
Встретить достойного парня ей пока не удалось, но она не отчаивается. Верит, что на ее улице тоже будет праздник.
С Лешей мы стали друзьями, он часто появляется у нас. И мои дети воспринимают его как родного дядю, на что он всегда говорит, что ближе нас у него никого нет.
И на самом деле он рад, что изменил свою позицию, и стал членом нашей семьи.
Яков взял его к себе в компанию. Теперь у нас практически семейный бизнес.
А сегодня мы с Лешей и Дианой навещаем могилу отца. Кладем свежие цветы и рассказываем новости. Потом каждый из нас общается с ним отдельно.
Ведь у всех есть то, что он хотел бы сказать наедине папе.
Я иду последней, после монолога Леши.
— Привет, папа, — еще раз здороваюсь с ним. — Хочу еще раз сказать тебе спасибо, что вырастил и воспитал меня. Я тебе бесконечно признательна. Мне очень жаль, что тебя не будет на моей свадьбе и ты не увидишь, как я по-настоящему счастлива. Хотя, может быть, ты все видишь и радуешься за нас. Видишь, у нас получилось сохранить часть семьи. Как ты и хотел Леша с нами. И на самом деле ты был прав, он совершенно нормальный и адекватный парень. Но мать и Женя не хотят его воспринимать до сих пор. И я для них тоже перестала существовать. Но меня это совершенно не беспокоит. Я счастлива, что у меня есть Яков и новая семья. Спасибо, папа, тебе за все. Я тебя очень люблю и скучаю.
  
Слезы наворачиваются на мои глаза. Леша подходит ко мне сзади и обнимает. Дианка уже сидит в машине и не слышит нашего разговора.
— Он все видит, Злат. И я уверен, что он счастлив за тебя.