ПОП-ЗВЕЗДА (ЛП)

- Спасибо.
Я делаю вид, что что-то записываю.
- Эй, а что рифмуется с уволен? - Он бросает взгляд в мою сторону, и я улыбаюсь.
- По крайней мере, мы уже можем шутить на эту тему, - бормочет он.
- Мне нравится шутить с тобой. Как бы печально это ни звучало, ты не просто мой телохранитель. Я вроде как чувствую что… мы друзья.
- Ну, ты все же отсосал мне. Думаю, это делает нас друзьями.
  
- О, так вот что я делал не так все эти годы. Неудивительно, что у меня нет друзей. Минет приравнивается к дружбе. Понял. Тебе следовало бы стать тренером жизни, а не профессиональным крутым.
Брикс искоса смотрит на меня.
- Почему у тебя нет друзей? Я думал, у вас, голливудских типов, огромное окружение.
- О, у меня есть окружение, но я плачу им за то, чтобы они были со мной, так что странно называть их друзьями. Не то чтобы я видел их за пределами работы на меня.
- Так почему же со мной все по-другому?
- Минет. Да.
Брикс смеется.
- Нет, серьезно.
Я пожимаю плечами.
- Может, потому, что я с тобой двадцать четыре часа в сутки. Ты можешь сбежать только в свой выходной. Мы друзья по приближенности.
- Ты знаешь, как заставить парня почувствовать себя особенным.
Я вздыхаю.
- Не думаю, что у меня были настоящие друзья с тех пор, как стал знаменитым.
Тон Брикса меняется и становится более сдержанным.
- А как насчет того парня, Джея?
- Может, сначала он и считался. Какое-то время мы были друзьями. Хотя это было только потому, что я не умею флиртовать с парнями, потому что знаю, что не должен этого делать, так что это было так: «О, привет, ты любишь апельсины? Черт, я тоже!». Он не понимал, что я за ним ухаживал, около четырех месяцев.
 - А потом ты влюбился? Это он бросил тебя на гастролях?
Я не хочу обсуждать это с Бриксом или с кем-либо еще, если уж на то пошло, но это не мешает нам беседовать.
- Это довольно запутанная история. По сути, наш лейбл не хотел, чтобы мы были вместе, поэтому мы были вынуждены расстаться. У меня были проблемы с тем, чтобы отпустить его, а у него были проблемы с тем, чтобы сказать мне «нет».
- Ох.
- Да. Мы продолжали встречаться, даже когда не должны были, вот почему мой пресс-агент придумал всю эту ложь с Эвой. Это стало последней каплей. Я думал, мы могли бы продолжать делать то, что делали всегда, но его это не устраивало. Потом он ушел и нашел, по его словам, настоящую любовь.
 - Ничего себе.
- Эх. Я не говорю, что у него не было права двигаться дальше. Никому не нравится, когда его запирают в шкафу. Но я думаю… Я не знаю. Оказалось, найти кого-то другого ему было легко и просто. Я вынужден поверить, что наши отношения были не такими значимыми, как я думал.
- Неужели придется, сука, отвесить тебе подзатыльник, чтобы ты это понял? Переживания других людей не умаляют твоих собственных. Я вышью эту фразу крестиком на подушке для тебя. Возможно, он и не видел в ваших отношениях ничего большего, но ты видел. Следовательно, это важно. Для тебя это имело значение.
Черт бы его побрал.
Меня бесит, что он видит это насквозь.
- Может, я не хочу, чтобы это имело значение. Ты же не хочешь растрачивать впустую титул любовь всей жизни на парня, который сейчас женат на другом.
Брикс фыркает.
- Что заставляет тебя думать, что в твоей жизни есть только одна любовь?
- Э-э, вся эта конструкция родственных душ?
- Пфф.
- Ух ты. Достойный ответ.
- Родственные души - чушь собачья. На планете более семи миллиардов человек, а для тебя есть только один? Только один из них - твоя идеальная пара? Это один шанс из семи с половиной миллиардов найти любовь всей своей жизни.
- Ну, если так рассуждать...
- Отношения распадаются. Люди меняются. Те, кто по-настоящему влюблен, могут работать над этим годами и все равно, в конечном итоге, расстаться. Это не значит, что они не были влюблены или что они должны были любить кого-то другого сильнее. Просто... это то, что есть. Разбитое сердце - отстой, но это часть жизни. Списывать это на предначертание, рок или любое другое высшее божество - значит лениться и пренебрегать усилиями, необходимыми для того, чтобы отношения действительно наладились.
- Это...
- Проницательно? Философски?
- Депрессивно.
Брикс разражается смехом.
- Думаю, есть немного.
- Беру свои слова назад. Не думаю, что из тебя получился бы тренер жизни.
И все же, когда снова берусь за ручку, я не могу не думать о его словах и о том, что они значат.
Если судьба не управляет нашей личной жизнью, значит ли, что мы должны винить только себя?
***
Целую неделю я писал как одержимый. Единственные перерывы, которые я делаю, - на личные тренировки и прием пищи. Иногда сплю. Брикс находится на заднем плане, легко перейдя в давай притворимся, что ничего не произошло режим.
Хотя он не ведет себя по-другому, клянусь, иногда я замечаю, как он смотрит на меня. Или, может, я принимаю желаемое за действительное. Потому что, пока я был занят работой, все мои слова были о нем. Не напрямую, но чем больше я думаю о нем и его друзьях, тем больше они меня вдохновляют.
Служить в армии, скрывая тайну. Защищая страну, которая их не принимает.
Хотя, уже есть песня под названием «Анти-любовь», в которой, по сути, говорится, что родственных душ не существует. Эта песня как раз о нем.
Я теряюсь в словах, в создании мелодий и в работе со своим тренером по вокалу, чтобы аранжировки звучали как можно лучше.
Я так потерялся, что, когда спустился вниз начать день и выпить утренний кофе, резко останавливаюсь, обнаружив на своей кухне Гидеона с Айрисом и Бриксом. Все одеты в костюмы.
Сердце заколотилось, замерло на мгновение, а потом, уверен, перевернулось.
Первая мысль - Гидеон и Айрис знают, что мы облажались, и они здесь, чтобы забрать у меня Брикса, но зачем им так наряжаться? Это был бы совершенно новый уровень садизма.
 Однако, по их лицам не скажешь, что я спешу с выводами.
Они все стоики и выглядят обеспокоенными.
- В чем дело? - Ненавижу свой надтреснутый голос.
- Ты забыл, да? - Спрашивает Гидеон.
- Что забыл? - Держать свой член в штанах? Ммм, да.
- Сегодня суд над твоим вторженцем. Я писал тебе об этом два дня назад.
- Это было уже два дня назад? - Я прочитал и сразу же вернулся к записи. Даже воспоминания о той ночи не смогли вывести меня из состояния писательского исступления.
Я воспринял это как хороший знак, но Гидеон смотрит на меня так, словно я выбросил это из головы, чтобы не переживать заново травму или что-то в этом роде.
- Ладно, мне обязательно там присутствовать? Я вроде как в ударе, и не хочу, чтобы что-то мешало этому.
- Ты должен быть там, - говорит Гидеон, - но если это будет слишком...
- Это не слишком. Скорее всего, ему назначат штраф, или условный срок, или еще какую-нибудь глупость. Не думаю, что мне нужно присутствовать при этом.
Гидеон подходит ближе.
- Я думаю, тебе будет полезно увидеть его снова. Месяц назад ты наставил пистолет на Айриса, потому что подумал, что это еще один злоумышленник.
- Незаряженный пистолет. И он был незнакомцем в моем доме. Не то чтобы я пытался застрелить своего шеф-повара, думая, что она незваный гость.
Настала очередь Брикса пытаться.
- Мы с Айрисом будем с тобой, пока ты там. Я вызвал его специально для этого.
Я развожу руками.
- Отлично, я пойду. Я не боюсь. - В основном. - Я просто хочу писать.
Входная дверь открывается, и я вздрагиваю. Беспокойство Брикса и Гидеона усиливается. Полагаю, я не должен был вздрагивать от обычного, повседневного звука.
  
Ладно, может, я и не в восторге от того, что иду сегодня, но не думаю, что если не пойду, это значит, что я избегаю этого или что-то подобное. Не то чтобы я боялся, что он вернется. Только не с Бриксом. Я просто не хочу его видеть или встречаться с ним лицом к лицу.