Ветер стихий 3 (СИ)

– Вы думаете…, – осторожно начал мужчина, но был перебит.
– Зачем думать? Отправь в храм своего быстроногого оболтуса. Пусть представится слугой дома, в котором сейчас живёт Амир. Хозяйка кухни отправила узнать, он уже умер, или ещё нет? Ей столы накрывать? Праздник всё-таки. Если скажут да, значит, мои предположения оказались верны. Если нет, надо будет разузнать, что Амир прячет под тряпкой на руке. Заодно отправь дочек в управу, пообщаться с прислугой. Ну, как они умеют. Я называю это посекретничать между нами, девочками. Как одни кунан с другими. Их задача прояснить статус рода Амун. Ну и к ним домой кого-нибудь пошли посмотреть, чем занимаются. К чему готовятся. И да, скажи тёте Линае чтобы принесла сюда наш лучший чайный сервиз и цветочный сбор. Тот, что из жёлтого мешочка с символом солнца. Гостей буду ждать.
– Каких? – не понял Ирим.
Прикрыв глаза, Кифая что-то неразборчиво пробурчала, покачав головой.
– Иди отсюда, пока я добрая. Пришли лучше жену. Поговорю хоть с одним умным дари в вашей семье. Пока сама не знаю, каких, – всё же сжалилась, ответив на вопрос, – но скоро выясню. В одном уверена. Гости у нас сегодня точно будут. И непростые.
Кифая как в воду глядела. Через пару часов её действительно посетила таинственная гостья, закутанная в длинный серый плащ с капюшоном и лицом, скрытым под платком. Просторные рукава рубахи прикрывали родовой браслет. Впрочем, Кифае она его всё же показала, назвав своё полное имя. Когда остались наедине.
– Мать Кифая, я бы хотела до конца следующего сезона снять один из ваших домов. Второй двор Каменной сливы, – из-под платка послышался голос уверенной в себе особы.
– Если я правильно помню, там уже живут постояльцы, оплатившие на год вперёд, – осторожно заметила глава Хаян.
– Уже нет. Получив письмо от дальних родственников, собрав вещи, они час назад уехали к ним. Просили передать вам свои извинения. Очень торопились. Сожалели, что не смогли зайти лично, попрощаться. Ещё передали, что остаток денег можете не возвращать. Пусть послужат компенсацией за причинённые неудобства и в качестве их благодарности за гостеприимство кунан Хаян.
Поскольку Кифая не хотела тоже внезапно отправиться к дальним родственникам, о которых даже не знала, то благоразумно согласилась. Под конец разговора, решив всё же уточнить, чтобы случайно не помешать её планам.
– Простите, госпожа, – вежливо обратилась, тщательно подбирая слова, – вам не известно, а другие жильцы Каменной сливы никуда не собираются? Скажем, с третьего двора?
Немного помолчав, гостья ответила спокойным, ровным тоном, не позволяющим понять её отношение к сказанному.
– Надеюсь, что да. Но пока мне об этом ничего не известно. Как муж решит.
Кифая растерянно моргнула, поскольку не заметила на руке девушки обручального кольца.
– А ваш муж будет жить с вами?
– Мой муж, да осветит его свет Канаан, будущий, – как-то слишком сухо это прозвучало, – сейчас живёт на том самом третьем дворе Каменной сливы.
– Госпожа, – встревожилась Кифая, чувствуя, что ступает на зыбкую тропу, – не поймите меня неправильно. Я не хочу пересудов среди соседей. Как и невольно послужить причиной чьего-либо позора. Ваши почтенные родители об этом знают?
Вопрос очень важный и серьёзный. Промолчать было нельзя. Под удар могла попасть не только честь Хаян.
– Да. Я исполняю их волю. Хотя переговоры о браке между главами наших родов ещё не завершились, но предварительные договорённости уже достигнуты. Нет ничего предосудительного в желании быть ближе к будущему мужу, в чей род я вскоре перейду. Желая узнать его, дабы наилучшим образом выполнить свои обязанности.
Её слова прозвучали вполне обоснованно. В духе старых традиций. Препятствовать этому, значит лезть в личные дела чужой семьи, что порицалось.
– Тогда моё сердце спокойно. Спасибо за разъяснение, – поблагодарила Кифая должным образом. – Если позволите, ещё один вопрос. Могу ли наконец узнать, к какому благородному роду принадлежит господин Амир? Меня никак не отпускает эта загадка.
 
Снова возникла продолжительная пауза, заставив Кифаю забеспокоиться, не задала ли опять неудобный вопрос.
– Мне это неведомо, – с оттенком недовольства всё же ответила гостья. – Временно. Надеюсь, он не окажется слишком, – помедлила, подбирая подходящее определение, – беспечен и несерьёзен в этом вопросе.
Раскрывать смысл своих слов не стала. Поблагодарив за чай, сразу ушла. Предупредив, что явится завтра. Чтобы к этому времени дом был тщательно убран и вымыт, а весь старый хлам заменён на что-нибудь приличное.
Чуть позже, когда после её ухода к Кифае начали поступать сведенья от детишек Ирима, головоломка из разрозненных кусочков окончательно собралась в цельную картину. Поставив главу рода перед очень сложным выбором, который она отказалась принимать в одиночку. Собрала семейный совет решать судьбоносный вопрос. Воспользуются ли Хаян счастливой возможностью заскочить на уходящую повозку, либо же предпочтут сохранить дистанцию. Оставшись на прежнем месте.
– Это наш шанс либо залезть на мировое древо повыше, к свету, либо кормить червей во тьме у его корней, – взяла слово мрачная Кифая, вглядываясь в глаза каждому собравшемуся. – Либо, оставить всё как есть.
– А так ли нам необходимо набиваться в услужение знати? Мы вроде и так неплохо живём, – засомневался вредный старичок, второй младший брат Кифаи, у которого была куча детей и внуков, так что голодать ему не приходилось.
– Живём, это ты верно заметил. А зачем? – задала Кифая коварный вопрос. – Что молчишь? У тебя цель какая-нибудь есть? Уже нет? А достижения? Может у твоих детей? Ты что им собираешься оставить в наследство? Старый дом, собаку, гору одеял да подушек? О Хаян хоть кто-нибудь за границей Чистых камней знает? И не узнает. Мы закрылись в своей раковине, достигнув предела, – постепенно распалялась всё сильнее. – Ниже спускаться не хотим, а выше самостоятельно подняться не можем. Неужели край твоих мечтаний чтобы дети тачки на рынке толкали? Так не проблема, я договорюсь. Специально для твоих. А ты Линае почему молчишь? – переключилась на новую жертву. – Когда твоего сыночка какой-то недоразвитый корнеплод с серебряным браслетом плёткой огрел за нерасторопность, что он сделал? Правильно, то же, что и ты. Ничего! – разгневалась.
– Да на какую бездну мы им сдались, древним-то? – не успокоился уязвлённый старик. – Думаешь, нас ждут с распростёртыми объятьями? Будут рады взять на службу?
– Тоже мне удивил, – всплеснула руками. – Хаян никто и нигде не рад. И что? Ответить тем же? С чего нас любить? Хочешь чего-то получить, добивайся этого. То, что имеем сейчас, взято своим трудом, а не подарками свыше.
– Но всё-таки он прав, – вмешался другой Хаян. – Ханай мы точно не нужны. Амиру тоже. У него уже есть парочка кунан которым нечем заняться. Зачем ему больше. Может продолжить поиски дома попроще? Которому мы будем нужны.
– Только когда это будет и где, а тут прямо под носом и сейчас. – указала Кифая на немаловажный факт. – Да, в данный момент мы действительно им как пятая нога. Признаю. Однако, если оторвать взгляд от наших ног и посмотреть чуть дальше, что увидим? Амир нацелился на создание собственного дома, в котором всё равно кто-то должен убираться, готовить, стирать, вести хозяйство. Он один. За ним нет большой семьи. Троицу слуг в расчёт не берём. Их слишком мало. Даже если Амир собирается всю жизнь сидеть на жопе и ничего не делать, что сильно вряд ли судя по его активности, у молодого парня скоро появится столь же молодая, энергичная жена. Она будет стремиться обустроить ту жизнь, к которой привыкла. С присущей чистокровным Ханай размахом и упорством. Строя планы на века вперёд. Древние на вещи смотрят совсем иначе, чем мы. По мелочам они не размениваются. Соответственно хочет Амир, не хочет, но дворец строить будет. Полностью уверенный в том, что сам так решил и только для себя. Набивать его сплошь выходцами из подчинённых Ханай родов жена не станет. Если не полная дура. Так что шанс жить во дворце у нас есть. Небольшой, честно скажем. Если и у них, и у нас всё сложится удачно. Не прихлопнут раньше времени, не дав окрепнуть. Да, всё это будет потом, но решаться на что-то нужно уже сейчас. Как та девочка Нурадин, что вовремя подсуетилась, поставив на тёмную лошадку. Теперь спокойно сидит под деревом, куда она её отвезла и ждёт, пока созреют плоды.