Боярская стража (СИ)
Всю оставшуюся ночь и следующую половину дня, не выходя и не вставая, просидел в кабинете. Отвлекла меня лишь Марго четыре раза, принося убийственно крепкий кофе. По-турецки, в маленьких кружечках на один большой глоток и со стаканом ледяной воды. Мне бы, конечно, лучше «ведро бурды», как называют истинные ценители американо, или вовсе растворимого «кофе две ложки и три сахара, но сильно не размешивайте, не люблю слишком сладкий». Но признаваться в этом Марго не стал, был искренне благодарен за заботу.
Откинулся на мягкую спинку стула, переводя дух, я уже днем далеко после полудня — понимая, все, этот заход окончен. Больше не загрузить, мозг просто отказывался переваривать новую информацию, голова гудела. Зато я теперь представлял, где именно нахожусь и какой облик принял этот мир.
По иному пути история от привычной мне здесь пошла в 1855 году. Сложный был год; в ходе Крымской войны западная коалиция в составе Британской, Французской и Османской империй, а также примкнувшего к ним Сардинского королевства взяла Севастополь. Чуть погодя русская армия, действуя успешно на Кавказском фронте, захватила «неприступную» крепость Карс, расположенную на самом востоке современной Турции. В моем мире, в моей истории, в начале следующего года воюющие державы подписали мир, и Карс в Османскую империю — пусть и ненадолго, в ходе обмена территориями вернулся. Здесь подобного не случилось: в конце 1855 года именно в окрестностях этого города-крепости произошел прорыв сумрачной скверны.
Изначально образуя трехлучевую звезду идеальной формы, по планете потянулись три сумрачные Плети. Одна шла на восток, в Азию, другие на запад — вторая уходила севернее в сторону Европы, третья южнее, в Африку. Лучи плетей, разойдясь шириной в несколько километров, выдерживали идеально ровную форму до того момента, как расширяющаяся скверна не попала в моря — Каспийское, Черное и Средиземное.
В районе Карса, где произошел сам прорыв, скверна не имела большой силы — просто уничтожая все живое на земле, превращая ее в покрытые туманом выжженные пустоши. В морях расходящаяся на три стороны света сумрачная скверна никак не отметилась, видимого изменения морская жизнь не ощутила. Но именно в воде скверна напиталась новой силой — и на берега вышла в виде цунами, в которых вместо волн шла дымная стена. Теперь скверна не только уничтожала, но и искажала все живое. Потеряв идеально ровную форму, расходящиеся по трем сторонам света три Плети навсегда изменили и карту мира, и его историю.
Восточная Плеть шла от Карса строго на восток, и после преодоления Каспийского моря обрушилась на Туркестан словно метеоритный дождь, отмеченный на карте расширяющейся чередой огромных клякс Ожогов, проходящей в основном по малонаселенным пустыням и степям. Эта Плеть скверны полностью находилась на территории Российской Империи, немного не дойдя до границ привычного мне Китая, а здесь — Империи Цин. Некоторое время я не мог понять, чего не вижу на карте, после догадался — Монголии нет, а Империя Цин заметно больше привычного мне Китая.
Да и вообще в этом плане карта мира поражала гораздо меньшим количеством государств. Выделялась Африка, разделенная только лишь на колониальные владения французской, британской и австрийской империй, а также Италии. Ну и владения демонической скверны, конечно же: Африканская Плеть прошла по небольшому участку Средиземного моря, после чего вышла на берег в районе Каира и Александрии. В отличие от Восточной Плети обрушилась она на землю не широким фронтом метеоритного дождя Ожогов, а расширяющейся полосой. Пройдя по Сахаре, углубляясь на континент, Плеть добралась практически до побережья Атлантического океана.
Но самой разрушительной, и той самой кардинально изменивший привычный мир, оказалась Европейская Плеть, от Карса покатившаяся на северо-запад. Пройдя над Черным морем, она появилась в Европе в районе устья Дуная. После вал скверны дошел до Карпат и обтекая горную гряду устремился вперед, по линии Лемберг-Берлин, расширяясь в обе стороны словно туманный потоп и превращая в Дикое поле Германо-Польскую низменность.
Вот почему в этом мире в 1918 году нет ни Германии, ни эха памяти Германской империи — немалая часть тех земель, опираясь на которые Отто фон Бисмарк объединял вокруг Пруссии Германию, были либо поражены скверной, либо оказались в зонах искажения, откуда поначалу люди бежали. И вот почему Аминов говорил, что русское боярство контролирует половину границ скверны. Рубежная служба «боярского приговора» ограждала всю Восточную Плеть, а также держала восточную границу Европейской. С запада от которой располагалась сейчас набравшая огромную силу Австрийская империя. Она здесь не была Австро-Венгерской, потому что кроме Венгрии, Габсбурги присоединили к себе еще и Пруссию, а также многие отдельные княжества, которые здесь не стали ни Румынией, ни Болгарией. Не было и Бельгии с Голландией — также оказавшихся в составе Австрийской империи «на сдачу».
Но на континентальной Европе шествие третьей Плети не закончилось. Добравшись до северного побережья Европы, вновь оказавшиеся в большой воде потоки скверны разделились. Одна часть ее через Балтийское море краем прошлась по побережью Скандинавского полуострова, а вторая, добрав сил в Северном море, еще одним цунами обрушилась на Великобританию, разделяя остров надвое почти по границе Англии и Шотландии.
Именно это и стало главным фактором кардинального изменения картины мира. Причем буквального изменения: карта мира, на которую я смотрел, была совершенно иной от привычного. В самом центре здесь находился тихоокеанский регион, а разделенным был теперь Атлантический океан, со старушкой Европой на левом краю карты.
Британская монархия, почувствовав себя не очень уютно на зараженной скверной острове, переехала — имея примерно четверти суши всего земного шара в наличии, выбирать им было куда. Так что теперь мировой деловой центр располагался в Гонконге, кипели жизнью Британское Борнео и многонаселенное северное побережье Австралии, бурлил французский Индокитай, а столица Российской Империи переехала во Владивосток; уже напрямую участвовали в главных мировых процессах Империя Цин и Империя Коре. Но при этом обращала на себя внимания раздробленная на сёгунаты Япония, а также, что более интересно, Российская Аляска и Британская Колумбия до самой Калифорнии в составе Мексиканской империи.
Исход британской монархии со своего острова кардинально изменил политическую карту Северной Америки — где нашлось место и Конфедерации южных, и Союзу северных штатов. В моем мире Конфедерация — несмотря на поддержку всех европейских держав кроме России, просто не могла выиграть Гражданскую войну. В этом мире, похоже, покидающие остров британцы решили бросить все силы, чтобы не допустить возвышения своей бывшей колонии, и здесь у них это получилось.
Но мироустройство здесь изменилось не только тем, что поменялось территориальная привязка «центра мира». Изменения были и в обществе, не менее глобальные. Из-за того, что магия действовала только относительно недалеко вокруг сумеречных зон по границам Плетей, мировая элита разделилась на старую аристократию, сохранившую власть на незатронутой скверной части планеты, и на владеющих силой. Владыки — как их называли в России, хайлорды в Британии, нобили во Франции и Австрии.
В мире — в большинстве стран, все еще правила старая аристократия; в больших державах владеющие силой были выделены в воинские сословия, объединенных под эгидой Организации Тринити. В России бояре — боярская стража, а в западной Европе образовалось новое рыцарство, были реинкарнированы ордена владеющих силой паладинов.
Первой мировой войны здесь не было. Пока не было: мне — имеющему в багаже знаний информацию о двадцатом веке, или веке ненависти, как его зовут некоторые историографы, все было предельно понятно.
У надвигающейся глобальной разборки было много признаков. И это совсем не радовало. Я ведь, волею судьбы и без права выбора стал — условно говоря, джедаем и чует мое сердце (в оригинале грубее), что свой «Приказ 66»* здесь уже не за горами.