Спроси у ветра (СИ)
Фредрик подошел к краю лестницы. Он чувствовал, как Ангелия мысленно погрузила в его сознание свои щупальца, вкладывая ему в рот слова. И это были те же слова, которые он слышал в своем кошмарном сне.
— Фредрик, ты же не сделаешь это со мной, — Олив прокричала со своего места Фредрику. Но он злобно усмехнулся и проговорил.
— Я должен был это сделать еще в прошлый раз. — Стоявшая рядом Ангелия беззвучно и еле заметно открывала рот, проговаривая слова Фредрика. Это была жуткая картина: Ангелия магически вкладывала свои слова в рот Фредерику, как гребенный чревовещатель.
— Но, ты же говорил, что…
— Неважно, что я говорил. Это все было для того, чтобы усыпить твою бдительность.
Олив услышала холодный голос Ангелии.
— Прикончи ее, не медли, сын, — говоря она вздернула подбородок.
Уголки губ Ангелии поползли вверх.
— Любимый, не делай этого, — умоляла Олив.
— Слишком поздно, дорогая.
Он поднял в воздух свои трясущиеся руки. И тело Олив стало постепенно исчезать.
Фредрик стоял напротив девушки и видел, как она растворяется. Он весь горел от напряжения и старался не поддаваться страху. Ведь, они так и задумали, правда? Но видя как его любимая исчезает уверенность Фредрика пошатнулась, им, вдруг, овладела паника и чистейший страх.
Также, как и в его сне ее тело стало распадаться на частицы в воздухе. И также, как в его сне она не кричала, как другие его жертвы, вместо этого девушка словно приняла печальный исход своей судьбы. Она смотрела прямо на Фредрика, но в ее взгляде не было злости или ненависти. Ее глаза были наполнены всепоглощающей любовью и божественным светом.
— Любить тебя и потерять, было в сто тысяч раз лучше, нежели не знать тебя совсем, моя любовь, — это были последние слова Олив перед тем, как она подмигнула ему и исчезла. Эээ, стойте-ка? Она ему подмигнула? Фредрика заполнило светлым чувством надежды.
Он услышал, как рядом с ним рассмеялась его мать. Это было еще одно дежавю. Она положила руки себе на горло и неистово смеялась.
Но вдруг в зале подул ветер. Светлые полупрозрачные занавески заколыхались, словно языки пламени. Ангелия прекратила смеяться уставившись в пространство не понимая что происходит. И тут она кашлянула. Глаза ее широко раскрылись. Было видно как она пытается сделать вдох, но не может. Ангелия зашлась в кашле и из ее рта выплеснулась вода. Она пыталась извергнуть ее из себя, но все больше и больше воды выливалось из Ангелии. Она вся посинела и замахала руками, словно в припадке. Она попятилась назад, пытаясь дышать, но у нее не получалось. Англия на глазах у всех захлебывалась.
Фредрик смотрел на агонию матери и ничего не понимал, когда в его голове прозвучал такой родной голос Олив.
«Сейчас, Фредрик», — звук ее голоса был словно песня на ветру. Ее голос будто бы укутал его в теплое одеяло. Пружина стянулась и почти исчезла из его груди. В этот момент Фредрик почувствовал, что может управлять своим телом. Заклятие еще действовало, но уже не властвовало над ним. Он встрепенулся и поднял свои руки по направлению к матери. Фредрик сделал всего лишь один жест и Ангелия стала дематериализоваться. Она заорала от боли, но крик получился приглушённым и с бульканьем, из-за воды.
— Дело в том, Ангелия, — голос Олив звучал везде и ни откуда, — ты недооценила связь близнецовых пламён. Олив материализовалась перед Англией рядом с Фредриком. Глаза задыхающейся и почти уничтоженной Ангелии стали вылазить из орбит от напряжения и шока. — Соединившееся со свой парой близнецовое пламя становится сильнее и не может быть до конца порабощено. Сила Фредрика теперь имеет свое продолжение во мне. Потому ты не властна над ним. Лицо Ангелии скривилось в уродливой гримасе злости и боли. В ее взгляде промелькнуло что-то зловещее, торжествующее. Захлебываясь она подняла свои роки, но они уже дематериализовались, тогда она просто посмотрела на Фредрика и улыбнулась зловещей улыбкой, а потом навсегда исчезла. Как только она исчезла, напряжение в теле Фредрика окончательно исчезло, вылетев из него словно птица. Он еще минуту стоял и смотрел на то место, где совсем недавно стояла его мать, а потом повернул голову к Олив и бросился к ней.
Фредрик крепко сжал ее в своих объятиях и расцеловал ее щеки, глаза, лоб, нос, подбородок.
Олив рассмеялась и этот звук отдавал в его сердце радостью и ликованием.
— Полегче, здоровяк. Не задуши меня. Но на само деле она наслаждалась близостью Фредрика. Олив перестала смеяться, она уткнулась Фредрику в шею, вдохнула его запах и крепко обняла его за торс.
— Оливка, как так получилось, что ты смогла раствориться в воздухе, а потом снова материализоваться? — спросил удивленно Фредрик. Олив пожала плечами. — Такое я проделывала только пару раз, когда мне угрожала реальная опасность в прошлом. В первый раз это получилось случайно, когда мы с Кас убегали от солдат инквизиции в XIII веке. А второй раз, когда пару веков назад на меня напала группа колдунов. Так как наши тела это часть природы, а все, что касается природы подвластно мне, я могу распадаться на молекулы и атомы, а потом собираться. Как тот снежок. — Олив улыбнулась Фредрику, от чего ее лицо осветилось, — Я его материализовала из молекул воды и воздуха. Также с моим телом. Только задействованы все пять стихий, где огонь как катализатор. — когда Олив закончила говорить она снова уткнулась в шею Фредрика.
Он был поражен ее способностями, в очередной раз. Он держал ее крепко, но в то же время бережно и нежно. Он пытался согреть ее своим телом, своей любовью. Фредрик почувствовал, как девушка затихла в его объятиях, и стал покачивать ее, словно баюкая. Сейчас, когда Ангелии уже нет, Олив смогла отпустить свои эмоции наружу. Из нее хлынули накопившиеся за это короткое время печаль и страх.
— Эй, детка. Все в порядке. — Фредрик все еще покачивал ее в своих руках. — Все уже прошло. Олив подняла на него свои глаза, и Фредрик увидел в них непролитые слезы.
— Я так испугалась за тебя, любовь моя. Фредрик опустил свои губы на губы Олив. Поцелуй был нежным, сладким, умиротворяющим. Олив испустила коротки тихий стон, от которого у Фредрика в штанах все затвердело. После всех волнений, единственное, что ему хотелось, так это закрыться со своей женщиной в комнате и заниматься любовью не вылезая из кровати несколько дней подряд.
— Ладно, любовнички. Еще успеете потрахаться, — голос Ноа разрушил сладкую дымку, окутавшую Фредрика и Олив.
— Ноа, как грубо, — одернула его Арья.
— Детка, ты была прекрасна, когда уложила тех охранников на коридоре, — сказал Ноа и звучно шлепнул Арью по попке. Арья ощетинилась, но в ее глазах горел озорной огонек. Олив с Фредриком обвели зал взглядом. Кассандра стояла около входа и выглядела ужасно. Она была сама не своя. Слезы все еще стекали по ее лицу. Она яростно пыталась их стереть, но не могла успокоиться и перестать плакать.
— Кас, — Олив позвала подругу. Кассандра подняла свой взгляд на подругу и сказала только одно слово:
— Кендрик.
Все замолчали. Фредрик почувствовал жгучую боль в сердце. Он отпустил свои чувства на волю, и его Душа наполнилась горем. Он поднял руку и стал растирать себе грудину. Олив чувствовала боль Фредрика. Он боялся, что навсегда потерял друга и брата.
— Возможно моя магия сдержала его и он не смог себя убить. — попыталась успокоить его Олив. Все замолчали. На коридоре послышался какой-то шум и крики, которые приближались к бальному залу.
— Ангелия, Ваше Высочество, я уже здесь. Вы звали меня… — в зал запыхавшись забежала Ванесса и остановилась, как вкопанная. — Аа… где…
Она не успела договорить предложение, потому что Кассандра ударила ее кулаком прямо в лицо. Ванесса завизжала и стала прикрывать свой нос. — Вот, для чего я должна была быть здесь. — холодно сказала Кассандра. Ноа и Арья прыснули со смеху. Это был скорее истерический смех. Но Кассандра по-прежнему стояла грустная и подавленная.
*****
К вечеру жизнь в замке почти наладилась. Охранникам были даны разъяснения. Они, конечно, все были сбиты с толку. Так как Ангелия все же успела дать им свои злобные и темные указания, которые Фредрик все отменил.