Спроси у ветра (СИ)

«Пора», «Торопись», — шептали ей голоса.
Ангелия взяла наполненную кровью животного чашу и поднесла ее к алтарю, который стоял на другом конце каплицы. Алтарь был уставлен горящими свечами.
Водрузив чашу на гладкую каменную поверхность алтаря Ангелия сделала ножом надрез на своей руке и подставила руку над чашей, проговаривая заклинание. Ее собственная кровь сильнее привяжет к ней Фредрика. На лице королевы была блаженная улыбка — она была в предвкушении.
Кровь в чаше смешалась и закружила по часовой стрелке. Ангелия добавила в чашу кусок засохшей плаценты Фредрика, которую она предусмотрительно сохранила… Да, это ее заклинание превзойдет все предыдущие. Она достигла по-настоящему высокого уровня мастерства в черной магии… Оставался последний, самый важный ингредиент — имя инициации ее сына. Ангелия подняла свои руки вымазанные кровью в воздух и проговорила:
— Фредрик Левиас. Слова слетевшие с ее губ с помощью магии материализовались в воздухе над чашей. Имя ее сына светилось золотым сиянием. От букв исходила сила и энергия могущественного веракса. «Я стану непобедимой» — подумала Ангелия. «Мы станем сильней» — прошептали голоса в комнате. Затем она сделала взмах руками и прочитала заклинание. Кровь в чаше забурлила и тонкими струйками, похожими на щупальца, стала подниматься из чащи. Эти кровяные щупальца ухватились за золотые буквы имени Фредрика и начали обвивать словно ядовитый плющ. Буквы начали постепенно терять свое свечение, пока кровь вовсе не обволокла каждую букву сакрального имени состоявшего из двух: одного данного при рождении, другого — во время инициации.
Фредрик Левиас — было начертано кровавыми буквами в воздухе.
Ангелия взяла пустую золотую чашу и подняла ее вверх, кровавые буквы стали стекать в нее. Когда чаша наполнилась, а в воздухе не осталось и следа крови, Ангелия поднесла чашу к губам и начала пить. Пока она пила, кровь стекала по ее подбородку и шее. Она поставила пустую чашу на алтарь и ощутила невероятный прилив жизненных сил и магической энергии. Она ощущала силу Фредрика и теперь он полностью был в ее власти. Ангелия могла приказывать ему силой своей мысли даже на расстоянии, и он исполнит любой ее приказ.
Так, Фредрик Левиас, сын Филиппа Глорианского, стал порабощенным вераксом.
  
Глава 32
 
Портал открылся в комнате Фредрика. Олив вышла первой и остановилась тревожно оглядываясь в поисках любимого мужчины. Кассандра почти врезалась в ее спину. Портал еще не успел закрыться окончательно, когда Олив бросилась в ванную и гардеробную. Не найдя нигде Фредрика она заметалась по комнате, нервно дергая себя за волосы. Кассандра наблюдала за переживаниями подруги и не могла ничего поделать. Вот, что было самое тяжело в ее даре: знать, как будут разворачиваться события и наблюдать, как ее близкие люди пребывают в агонии и сходят с ума от неведения.
— Олив, — тихо позвала Каси.
Но Олив будто бы не слышала ее. Тогда Кассандра позвала громче.
— Олив! Олив остановилась и посмотрела на Каси, в ее глазах читался страх.
— Кас, что-то происходит. Надо найти Фредрика.
Кас, кивнула.
— Пойдем, дорогая, к Ноа и Арье. Мы должны держаться вместе сейчас. — Кассандра постаралась говорить с Олив спокойным и ровным тоном. — Да, ты права. Пойдем. И девушки стремительно вышли из комнаты. Олив даже не стала стучать в дверь, она просто ворвалась к Ноа и Арье, которые, кстати говоря, выглядели потрепанными, но очень довольными. Ноа лениво развалившийся на кровати в одних джинсах наблюдал за Арьей, которая делала себе прическу у зеркала. На лице его была порочная улыбочка, которая сразу же исчезла, когда он увидел Олив с Кассандрой.
— Что случилось, — он сразу же вскочил с кровати. За много лет, они хорошо узнали друг друга. И когда Ноа увидел тревогу на лице Олив и Каси, он сразу же пришел в боевую готовность. — Фредрик не заходил?
— Нет, — ответил он. Арья встала со стула, взяла со спинки дивана футболку и подала ее Ноа, который надел ее не спуская глаз с Олив и Кас.
 
— Что случилось? — властно спросил он.
— Если коротко, то стало известно, что Ангелия оказалась колдуньей, которая много веков скрывала это. — Олив говорила очень быстро, — в общем, она сущее зло, ведьма, которая планировала заговор против меня и Фредрика. Ах, да, она отравила его отца, а также поработила Кендрика, который фактически является грифоном и вераксом…
— Тпру, стой! Что? — Ноа в шоке уставился на Олив.
— Веракс-грифон? Такое возможно, вообще? — удивилась Арья.
Но Олив не обращая внимания на вопросы продолжила:
— И я думаю, что она планирует поработить и Фредрика. Она была на его инициации. Ноа и Арья замолчали. Атмосфера в комнате стала гробовой.
— Она ни за что не откажется от такой возможности, — прошептала Олив.
— Но он же ее сын, — попыталась была возразить Арья, но потом тон ее голоса стал печальным, — а хотя кого я обманываю, не все родители желают своим детям добра.
Ноа дотронулся своей рукой до щеки Арьи. Девушка повернулась и поцеловала его ладонь. Такой небольшой, даже неосознанный, жест между двумя влюбленными, которых связывают глубокие чувства. Глядя на них Олив вспомнила ту нежность, с которой на нее смотрел Фредрик. В груди защемило.
— Нам надо его найти, — сказала Олив.
— Может быть разделимся? — предложила Арья. Ноа покачал головой отвергая эту идею.
— Нам надо держаться вместе, — подала голос Кассандра, и все обернулись на нее.
— Кас, ты хочешь что-то сказать нам? — многозначительно спросила Олив. Ее друзья никогда не давили на нее. Они знали правила работы с видениями и то, как тяжело давалось Каси нести свой дар. И даже сейчас, они были острожны и подбирали свои слова, чтобы не "душить" ее.
Кас пристально посмотрела на всех и ответила:
— Только то, что мы должны держаться вместе. — И замолчала. Ноа кивнул.
— Так и поступим. Прочешем замок, найдем его, а потом будем действовать по ситуации. С чего начнем? — Ноа уже начал доставать из сумки арбалет и передал его Арье. Святые угодники, она обожала своих друзей. Всегда рядом, всегда готовы прийти на помощь и сражаться вместе.
— Я думаю со штаба его охранников. Там же и оружейная. Я попробую найти его по нашей с ним связи…
— Связь близнецовых пламён? — Спросила Арья с любопытством.
Ноа напрягся.
— Да, мы можем читать мысли и эмоции, а также чувствовать друга друга на расстоянии. Я попробую его найти. Арья удивленно ахнула. Ноа кинул на нее недовольный взгляд, но промолчал.
Олив попыталась сосредоточиться и настроится на мужчину, которого любит всем сердцем, как вдруг в комнату через открытые окна ворвался поток ветра. Он взъерошил волосы Олив, и она застыла на месте.
— Что ты говоришь? — спросила она в никуда. — Где? Но как?
Ее друзья переглянулись, но промолчали. Они знали все о даре Олив, но все же такое происходило редко, потому им было немного не по себе каждый раз, когда Олив начинала разговаривать с ветром. Они знали ее привязанность к стихии воздуха и считали, что именно воздух подходит ей больше всего, но блин, вступать в разговор со стихиями это совершенно исключительный уровень владения даром элементий.
Олив что-то тихо шептала в пространство. А ветер отвечал ей на понятном только ей языке. Никто в комнате не понимал, как это происходило. Олив стояла посреди комнаты и разговаривала с невидимой силой. Ветер принес ей историю из леса: там, в тени густых деревьев, стоит черная каплица, о которой никто не знает, но ветер знал. В этой каплице происходили жуткие вещи. И прямо сейчас там совершается страшный, ужасный по своей мощи обряд. Ветер рассказала Олив о принесенном в жертву красивом олене, о крови и об Ангелии, которая пьет из чаши… Все тело Олив пронзила резкая боль. Словно что-то сжало в тиски ее душу. Она громко закричала и упала на колени. Кассандра, Ноа и Арья бросился к ней, пока она кричала в муках. Нутро Олив крутило и пронзало словно тысячью маленьких иголок. Слезы сами собой потекли из ее глаз.