Спроси у ветра (СИ)

Фредрик пораженчески выдохнул и поднял руки в знак капитуляции.
— Никогда себя не прощу за это, — он протянул руки к Олив. — Иди ко мне.
Она шагнула в объятия Фредерика, уткнулась в его грудь и вдохнула его запах.
— А чем я пахну? — спросил Фредрик. Его голос был тихим и спокойным.
Олив было спокойно и уютно в его объятиях.
— Ветром.
Фредрику понравился ее ответ.
— Как все прошло с ветряной мельницей?
— Сломана и полностью выведена из строя. Я уже распорядился об установке новой.
— Кстати, если тебе когда-нибудь понадобится ветер… — Олив многозначительно пошевелила бровями, — или вода… Я могла бы помочь с поисками источников для Глориании.
— Наши источники находятся слишком глубоко в почве. Если только ты не сможешь реки и моря поднять над сушей.
— Я могу попробовать, — она подмигнула Фредрику.
— Ты поразительная. — сказал он и нежно поцеловал в губы.
— Кстати, — Фредрик отстранился от губ Олив и повел ее к диванам.
Олив сделал жест рукой в сторону камина, будто бы пальцем раскрывая бутон, и в камине загорелся огонь.
— Почему чаще всего ты используешь стихию воздуха, а не какую-то другую? — усаживаясь спросил Фредрик.
Олив улыбнулась.
— Я и правда больше всего люблю магию воздуха. Когда я была маленькой, ко мне пришел ветер и больше не уходил. Я… разговаривала с ним, и он оберегал меня, а когда я стала старше, ветер приносил мне новости и подсказывал куда двигаться дальше. Я даже думала, что когда стану вераксом, то буду управлять только воздушной стихией. — голос Олив был спокойным и мелодичным, как ручеёк, — А еще ветром можно выразить гораздо больше, чем другими стихиями. Этой стихией я могу показать близким свою любовь, нежность, страсть, грусть, злость и другие эмоции.
Словно в доказательство Фредрик почувствовал на своем лице легкий теплый ветерок, который гладил его по щекам и ласково трепетал волосы на голове.
Олив продолжила:
— Огнем, например, так нельзя проявиться. — из камина полыхнуло большое пламя.
— Ты позерка, — Фредрик рассмеялся, а Олив вместе с ним.
Было так прекрасно лежать в обнимку в тишине библиотеки, которая находилась в отдалённой части замка. Про себя Олив подумала, что это теперь их любимое место в замке.
— Мне рассказывали, что у каждого веракса, который управляет всеми стихиями есть любимая стихия. — сказала Олив. — Это на самом деле зависит от характера веракса. Мне нравится, что воздух… эм, очень гибкий и может менять свою форму от неощутимой и легкой до плотной и смертоносной. Мне даже кажется, что это очень поэтично.
Фредрик затаенно слушал рассказ Олив. Ему было очень интересно узнавать что-то новое о ее жизни. Он столько много упустил из-за своей тупости, что теперь ловил каждое слово. Узнавать из ее уст о ее магии было чем-то очень интимным, тем, что только для них двоих. Это совсем другая степень доверия. И его реально восторгало то, каким сильным вераксом она была. Фредрику не терпелось увидеть всю мощь ее магии — то как она управляет всеми стихиями.
— Моя мать, наверно, больше всего любила бы огонь, чтобы испепелять все и вся. — пошутил Фредрик.
Но Олив подумала о том, что не такая уж это и шутка.
— Кстати о моей матери. В знак перемирия она предложила устроить бал в твою честь, — сказал Фредрик осторожно.
— Еще один бал, — простонала Олив.
— Если ты не хочешь, я все отменю. — он обнял ее покрепче. Фредрику очень нравилась близость ее тела. Олив была мягкая и женственная на ощупь.
Она задумалась. Может уже пришло время заменить неприятные впечатления приятными? Она чмокнула Фредрика в колючую щеку и сказала:
— Нет. Давай устроим пир.
Фредрика очень порадовал ее ответ. Он и правда хотел официально представить свою женщину всему двору.
— Кстати, Фредрик, твоя мать…
— Да.
— Кто она? Я имею в виду веракс ли она или может быть маг? — она не продолжила предложение называя ее колдуньей, чтобы не оскорбить чувства Фредрика.
Колдуны в лириане это люди с самыми темными душами. Они заключают контракты с темными сущностями. Иногда даже подселяют к себе демонов, чтобы становиться сильнее. Колдуны черпают магию из низкочастотных источников. Самые мрачные и смертоносные войны и катаклизмы во всех мирах зачастую устраивались колдунами. Они любили сеять хаос, потому что это питало их темный эгрегор. В целом такие эмоции как страх, боль, печаль, ненависть были пищей для темных сущностей. В тоже время в высоких вибрациях им было тяжело существовать, и потому колдуны и колдуньи во всех мирах занимались постоянным саботажем реальности и склоняли живых существ к страданиям.
 
— Нет. Моя мать не является ни вераксом, ни магом. Отец был магом, но так как он был королевских кровей и ему никогда не приходилось бороться за выживание, он не сильно развил в себе магический дар. В основном использовал его на поле боя, на людях же он не часто проявлялся.
— Почему?
— На самом деле, сейчас я думаю, что он комплексовал. Как я сказал, его дар был не сильно развит, и он не хотел, чтобы его подданые видели его слабости и магическую несостоятельность. — Фредрик грустно улыбнулся, — потому он пустил слух, что он опасный и могущественный маг на поле боя, а в жизни не использовал магию из величия и снисходительности, ведь ему типа ничего не надо доказывать. В конце концов он же король.
— А Кендрик?
— Кендрик — потомственный грифон.
У Олив открылся рот от изумления.
— Правда? Я никогда их не видела, они же таки редкие, — восторженно проговорила Олив.
— Да. Его родители погибли и мой отец взял его под свое крыло и взрастил воином.
Олив как никто знала, что такое быть диковинкой. Кроме себя она еще ни в одном из миров за тысячу лет не встречала элементий. Грифоны также были очень редки и она даже думала о том, что их существование просто миф. Они были прекрасными военными и охранниками. На поле боя им не было равных, если не считать вераксов и магов, конечно. А еще самые сильные из них могли летать.
— Фредрик, но это же просто бомба. — Олив не могла успокоиться.
— Мне кажется из-за того, что отец не был силен в магии, а мать никогда не обладала силой сама, они старались окружать себя самыми редкими и могущественными созданиями.
— Ну, да. Это же просто идеально иметь военачальника грифона. Ему просто нет равных.
— Да, это так.
Фредрик погрустнел и Олив почувствовала это.
— Ты волнуешься за него, не так ли? — она очень внимательно наблюдала за его лицом.
Фредрик кивнул.
— Мы росли вместе. Я считаю его своим братом. Он был рядом в самых худших моих проявлениях и в самых лучших. В последние века он будто бы потерял себя. Его взгляд стал какой-то… бездушный. Если бы он был вераксом, я подумал бы, что его поработили. Но грифона невозможно поработить.
Олив чувствовала грусть Фредрика. Она покрепче обняла его и погладила по мощной накаченной груди. Они еще долго пролежали так, обнявшись возле камина в тихой библиотеке.
Фредрик подумал о том, что с этих пор библиотека будет их любимым местом в замке.
  
Глава 25
 
Фредрик ждал Олив у подножия лестницы второго этажа, которая вела в просторный хол. Он услышал шум наверху и поднял свои глаза. Она стояла на вершине лестницы. У Фредрика перехватило дыхание от того, насколько она была прекрасной. На ней было надето длинное шелковое платье золотого цвета, которое подчеркивала теплый оттенок ее кожи. Ее длинные распущенные и уложенные волнами волосы медового цвета усиливали этот эффект, а тонкое бриллиантовое колье дополняло образ и придавало девушке нежности. Олив выглядела роскошно, дорого и женственно.
Фредрик положил руку на сердце и почувствовал, как оно забилось чаще. Его женщина двинулась по лестнице и Фредрик с восторгом наблюдал за каждым ее движением. Платье Олив имело очень длинный разрез от бедра вниз, который выставлял на показ прекрасную ножку девушки.