Спроси у ветра (СИ)

— Такая тугая и влажная для меня. — прошептал Фредрик и начал двигать пальцем туда и обратно, продолжая большим пальцем гладить ее нежный клитор.
Олив застонала еще громче и стала двигать своими бедрами в такт руке Фредрика. Она гладила его по голове, шее и плечам. Затем провела своими ногтями по спине Фредрика. Он выгнул спину. Олив ухватилась за его ягодицы и сильно сжала их. У Фредрика была отличная задница, мускулистая и упругая. Затем Олив обвила своей ладошкой его член и стала поглаживать.
— Такой большой… — проговорила она между поцелуями.
У Фредрика заплясали звезды между глаз. А Олив продолжала его гладить.
— Олив, так хорошо.
Они лежали в кровати и ласкали друг друга. Фредрик ввел в Олив еще один палец, стараясь задевать особую точку на передней стенке влагалища Олив, от этого она начинала сильнее стонать и извиваться. В то же время она сильнее сжала член Фредрика и также быстрее задвигала своей рукой, задевая его чувствительную головку. Она притянул Фредрика за волосы и страстно поцеловала его в губы, кусая его за нижнюю губу. Фредрику нравилось, что его женщина оказалась страстной и чувственной любовницей. Она сосала и облизывала его язык и губы, в то время как ногти ондой руки впивались в его ягодицы, а вторая гладила его член.
— Хочу посмотреть, как ты кончаешь для меня, — прошептал Фредрик на ушко Олив и куснул ее за мочку. Движения руки Фредрика были быстрыми и очень чувственными, он глубоко и громко дышал пока трахал ее своими палцами.
— Кончи для меня, — он глубоко поцеловал ее и этот поцелуй был испепеляющий.
Олив почувствовала как на нее накатывает волна оргазма. Она кончила так сильно, что ее тело резко содрогнулась в руках Фредрика, и она громко застонала.
Фредрик заглушил ее оргазм своим поцелуем и почувствовал, что сам кончает, держа в руках дрожащую от экстаза Олив. Его потрясла сила того удовольствия, которое высвободилась в его теле и заполнило каждую его частичку. У него еще никогда не было так много спермы. Рука Олив и ее живот были в его семени, и Фредрика раздуло от какой-то гордости, это было сродни какого-то животного инстинкта.
Он слышал, что секс близнецовых пламён это ни с чем несравнимое чувство. Говорили, что секс истинной пары крышесносный и всепоглощающий. Занятие любовью со своей парой может длится от нескольких часов до нескольких дней. Такой секс наполняет двух партнеров силами и энергией и является сакральным. Это не какая-то похоть, это соединение двух душ на физическом и духовном плане. Полное соитие. И сейчас, пытаясь отдышаться от самого сильного в его жизни оргазма, он понял каково это. И это они даже не дошли до конца.
Глаза Олив были затуманены. Ее грудь, шея и щечки были красными от прилившей во время оргазма крови. Когда она отдышалась, она потянулась к Фредрику и вновь его поцеловала. Поцелуй был глубоким, но очень нежным и чувственным.
— Хочу тебя всего, трахни меня, Фредрик. — лихорадочно заговорила она, гладя Фредрика по спине.
Фредрику очень хотелось продолжить, у него опять был сильнейший стояк, но он не хотел просто трахнуть ее. Он хотел полного и безраздельного обладания ее телом и душой также сильно, как отдать ей во владение свое тело и свое душу.
— Олив, детка, давай не будем торопиться. — Фредрик уткнулся Олив в шею, вдохнув ее запах. От этого не становилось легче, но он дал себе слово, что будет контролировать себя, чтобы в этот раз сделать все правильно. Они уже и так потеряли целую тысячу лет из-за него.
Олив захныкала и заерзала под Фредриком.
— Моя девочка такая нетерпеливая, — сказал Фредрик кусая Олив за шею.
Олив провела ногтями по спине Фредрика. Ему очень нравилось, когда она так делала, но пора брать ситуацию в свои руки пока он совсем не потерял голову.
— Я так сильно хочу оказаться внутри тебя, Олив. Это сводит меня с ума, но я хочу, чтобы мы вдвигались постепенно. Хочу, чтобы в этот раз все было правильно, и ты ни о чем не пожалела. — Он шептал и целовал ее щеки, виски, глаза… — Пожалуйста, Оливка… — Фредрик чмокнул ее в нос.
 
Олив долго смотрела на него, потом ее глаза прояснились, и она улыбнулась.
— Ладно, Фре Фре, так тому и быть.
Фредрик облегченно вздохнул.
— Давай тогда примем душ и спустимся позавтракать. Ты иди первая в ванную, а я пока распоряжусь насчет завтрака.
Фредрик перекатился с Олив, и она почувствовала как с нее ушла тяжесть его тела. Олив это не понравилось она уже тосковал по нему. Но все таки Фредрик прав. Не стоит торопиться. В конце концов, нет ничего лучше хорошей долгой прелюдии. Вставая она заметила, что они находятся в другой комнате.
— Что за комната? — спросила она.
— Это наша комната, та была гостевой и временной, — сказал Фредрик жадно рассматривая тело Олив.
Она не стеснялась своей наготы, она любила свое тело и заботилась о нем на протяжении столького времени, так что ей было чем гордиться.
— Это твоя комната, да?
Фредрик покачал головой.
— Нет, от туда я давно съехал, эта комната наша, только для тебя и меня. Ты единственная женщина, которая когда-либо находилась тут.
Это было правдой. Фредрик никогда бы не привел Олив в комнату, в которой он трахался с другими женщинами. От туда он давно съехал. Очень давно…
Олив понравилась мысль о том, что эта комната была только для нее и Фредрика.
По дороге в ванную комнату она остановилась и провела рукой по животу, на котором была еще его сперма. Фредрик внимательно наблюдал за ней. Олив поднесла пальцы к рукам и облизала их с мягким стоном. Фредрик еле сдержался, чтобы не накинутся на нее и не взять прямо на полу. Он низко зарычал.
— Олив, не играй со мной сейчас, — проговорил он жестким голосом.
— Ты такой зануда, Фре Фре, — улыбнулась Олив и зашла в ванную, захлопнув за собой дверь.
Фредрик вымученно застонал. Это будет долгий, долгий день.
  
Глава 15
 
Олив стояла под теплыми струями воды в шикарной душевой ванной комнаты. Вода лилась на все еще разгоряченную кожу Олив. Ее чувствительный соски были твердые и ныли. Олив понимала, то, что сейчас произошло в кровати это всего лишь крохотный тизер того, что их ждет в постели. Их связь была неоспорима и огромное желание, которое она испытывала ни с чем не сравниться. Она давно лишилась девственности. Но ее секс до сих пор был не таким ярким и красочным, как ей бы того хотелось. Каждый раз после того, как она вставала из постели очередного мужчины, она чувствовала пустоту и апатию. Никто никогда не подходил ей, никто и никогда не чувствовался так, как Фредрик. И, святая Вселенная, они даже еще не занимались-то сексом по сути. Как только она вспомнила, как тело Фредрика нависало над ней, как он целовал ее и ласкал, в ней разгорелся огонь страсти, который, вообще-то, и не потухал, а тлел. Такое ощущение, что этот огонь тлел все эти годы и теперь взорвался, чтобы поглотить все живое. Она не могла выносить эту истому.
— Фредрик! — позвала Олив.
— Что, — слишком быстро услышала ответ Олив. Она вскрикнула от неожиданности.
— Ты что, стоял тут?
Фредрик улыбнулся плотоядной улыбочкой.
— Я должен был позаботиться о чистых полотенцах. — он ей подмигнул.
— Не хочешь потереть мне спинку? — Олив мило улыбнулась.
Фредрик облизнул губы. И Олив уже видела, как он двинулся к ней, но потом спохватился. Он вдохнул и громко вдохнул.
— Хорошая попытка, Оливка. Но в другой раз. Давай вылезай быстрее, мы пойдем завтракать. — и остался стоять.
Олив выгнула свою хорошо очерченную бровь.
— Ты так и будешь тут стоять пока я моюсь?
— Смотреть никто не запрещал. — ухмыльнулся он.
Фредрик отошел к противоположной стене и облокотился на нее.
Олив закатила глаза.
— Ладно, мистер благочестивость, твоя взяла.
Олив решила, раз Фредрик хочет смотреть, то она устроит ему настоящее шоу. Она взяла гель для душа, нанесла его на свое тело и стала размазывать его по своему телу двумя руками, как порнозвезда. Олив гладила свои груди, хорошенько вымыла живот, попку, стройные и гладкие ноги. Затем она опустила руку себе между ног и услышал стон Фредрика. Это было так горячо, так опьяняюще, что Олив чуть не кончила просто поглаживая себя. Затем Олив вымыла свои волосы шампунем, нанесла на кончики бальзам и стала их вымывать откинув голову, таким образом обнажая свою нежную шею и выставляя ее на обозрение Фредрику. Закончив она выключила душ, открыла дверцу и вышла из душевой. Она предстала перед Фредериком абсолютно голая и мокрая.