"Библиотечка военных приключений-2". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)

— Как вам спалось у нас?
— Превосходно!
— А как мой повар накормил вас?
— Великолепно!
— Вы нравитесь мне!
— Рад этому, господин полковник!
Шредер вынул из кармана фотографию Наташи, посмотрел на матроса.
— Ваша принцесса сердца? — спросил он.— Красавица!
Егоров молча, смотрел на любимую девушку...
— Вы любите ее? — с деланным сочувствием тихо спросил полковник.
— Да, люблю! — сказал Егоров и хотел крикнуть: «Вы замучили ее!» — но сдержал себя.
— О, это по-моему! Вы рыцарь! Такую красивую нельзя не любить. За нее и умереть не страшно! Хороша! — Шредер с ног до головы осмотрел Егорова.— И вы хорош! Как Илья Муромец! В сказках про таких пишут! Люблю русские сказки!
Егоров молчал.
— Итак, она красивая и вы красивый. И мы, немцы, поможем вам стать счастливыми. Вы поженитесь. У вас будут детки.— Шредер придвинул стакан к Егорову.— Вы удивляетесь, что мы гуманны к пленным? Наш народ по природе своей гуманен. Это только ваши газеты про нас всякое пишут.
Егоров сжал кулаки. Он понимал, для чего полковник придумал эту комедию, и ждал, когда Шредер-артист превратится в Шредера-полковника.
— Скажите, почему вы такой худой и бледный? У вас, очевидно, там, на вершине, кушать нечего?
Егоров ответил не сразу. Он насмешливо посмотрел в прищуренные глаза полковника. 
— Таким тощим меня мать родила! — в тон полковнику ответил он.— А продовольствия у нас сколько хотите!
— Где же вы его достаете?
— Вначале нам подбрасывал наш генерал, потом мы отказались от его помощи.
— Кто же теперь снабжает вас?
— Ваши рыцари, господин полковник! — бросил Егоров.
— Не понимаю! — Шредер с трудом сдерживал себя.
— И понимать нечего. Вы его для своих солдат присылаете, а они нам отдают... Не сами, конечно, отдают, мы у них забираем!
Шредер закурил.
— У вас большие силы?
— Да!
— Мне известно, сколько нашего продовольствия могло попасть к вам. Большие силы прокормить ими  нельзя даже один день.
— У нас еще есть запасы!
— Если бы они у вас были, вы бы не бросились в наш окоп из-за буханки хлеба!
—Я хотел выбить ваших солдат...
—Вы хотели есть! Наш повар насилу накормил вас!
— Это правда, я хотел есть. Ведь у меня не было времени закусить. 
Шредер прошелся по землянке, снова сел.
— Говорите правду! — потребовал он.— Кто командует отрядом?
— Советский офицер!
— Капитан Углов?
— Никак нет! 
— Встать! — раздраженно закричал полковник.— Вы в моих руках, я распоряжаюсь вашей жизнью. От меня зависит, жить вам или умереть. Если скажете правду, станете хорошо жить! Будете продолжать врать — умрете!
— Вы только что говорили, что немцы гуманны...— засмеялся Егоров.
— Молчать! Сколько у вас осталось в живых?
— Я военный, мне не приказано говорить об этом!
— Какое настроение у личного состава?
— Я матрос, и мне приказано не говорить!
— Кто приказал? — полковник подошел к Егорову и со всего размаха ударил его кулаком. Тот не шевельнулся.
— Мне приказала моя совесть советского человека! — гордо ответил он.
— Совесть?— зло засмеялся полковник.— Вы изменили родине... Вы перебежали к нам... Вы — предатель!
— Предатель? Ах ты, гадина! — Егоров бросился на Шредера, но два дюжих солдата схватили его за руки.
— Уведите! — приказал солдатам Шредер.— И любыми средствами заставьте его говорить.
...Когда Егорова вновь привели в землянку Шредера, полковник сидел за столом. Он посмотрел на избитого, с изуродованным лицом матроса. Полный ненависти, гордый взгляд Егорова, не предвещал ничего хорошего.
— Простите, господин матрос, мои люди как будто вас немножечко ушибли...
— Это они умеют,— сквозь зубы процедил матрос.
— Не сомневаюсь.— Шредер встал из-за стола.— Мне сказали, что вы обещали не упрямиться больше.
— Ваши палачи не так меня поняли! Я обещал им... плюнуть вам в лицо!
 
Веки полковника слегка дрогнули. Он неторопливо вытер со щеки плевок. Щелочки бесцветных глаз уставились на моряка.
Шредер приказал поставить матроса к стене, достал из кобуры пистолет и принялся заряжать его. Матрос с презрением смотрел в холодные глаза полковника.
Вот Шредер встал к противоположной стене и поднял пистолет. На побледневшем лице Егорова не дрогнул ни один мускул. 
Полковник нажал на спусковой крючок. Пуля со свистом ударилась с правой стороны у шеи Егорова, не задев его. Вторая пуля попала в то же место с левой стороны.
Шредер хладнокровно вычерчивал контур головы Егорова.
Егоров не двигался, только крупные капли пота, выступившие на лбу, выдавали волнение матроса.
— Шаг вперед!—скомандовал Шредер.— Кругом! Полюбуйтесь, как я могу рисовать ваш портрет!
Егоров резко повернулся к нему.
— Вас, господин палач, плохо научили стрелять! Вы «мазила», по-нашему! — Егоров бросился на полковника, но тот успел разрядить в него свой пистолет.
Десантный отряд, успешно выполнив задание, благополучно возвратился на Угрюмый. Сведения, добытые разведчиками, облетели весь гарнизон.
В этот же день наблюдатели боевого охранения, едва улучшилась видимость, увидели советский флаг на вершине Гранитного линкора, а ночью записали светограмму: «Держимся на вершине Гранитного линкора. Окружены. Срочно нужна рация. Держаться будем до последнего. Углов».
— До последнего,— прочитав светограмму, задумчиво повторил майор Карпов.— Трудно им там! — он решительно вошел к генералу.
Семин с полковником Федоровым ломали головы над тем, как доставить рацию в отряд капитана Углова. Но найти подходящее решение никак не могли.
— А если, товарищ генерал, самолетом попробовать? — предлагал полковник.
— Думал. Не выйдет. Летчика и машину зря погубим!
— Попробовать не мешает...
— Самолетом бесполезно,— поддержал генерала Карпов.— Видимость плохая — скалы кругом!
— Рацию должны доставить разведчики! — решил генерал.— И доставить немедленно!
— Разведчики могут погибнуть, они не смогут проникнуть в отряд Углова!— говорил Федоров.— Шредер в железный кулак зажал угловцев.
— Между пальцев просочимся, не просочимся — разожмем кулак! — горячо бросил Карпов.
Постучавшись, в землянку вошел, вернее влетел, чем-то радостно взволнованный Арбузов.
— Товарищ генерал, по разрешению командира...
— Разрешаю,— перебил его Семин.— Докладывайте!
— Я придумал! — круглое лицо матроса сияло.— Дырку нашел!
— Какую дырку? — улыбнулся генерал.
— Настоящую большую дырку! — Арбузов восторженно сделал рукой неопределенный жест. — Там наверняка выйдет!
— Не понимаю!
Полковник Федоров и майор Карпов, сдерживая улыбки, переглянулись. Генерал озабоченно подошел к матросу и положил ему на лоб руку.
— Будто и температура нормальная... Ну, говорите!
— Простите, товарищ генерал,— смутился Арбузов.— Привык среди товарищей о «дырке» говорить, вот и вам про нее выпалил... Я нашел, как и где пробраться с радиостанцией к капитану Углову.
Майор Карпов нетерпеливо подошел к Арбузову.
— Где же это место? — спросил он.
— Со стороны обрыва. Там никакого окружения не может быть.
— Вот это дырка! — засмеялся генерал.— Пропасть целая.— Семин стряхнул снег с воротника полушубка Арбузова.— Продолжайте, товарищ Арбузов.
— Разрешите мне, товарищ генерал, выполнить это задание! — решительно продолжал Арбузов.— Я два раза взбирался на Эльбрус. Я не один раз был у неприступной скалы, знаю там все ходы и выходы!
Генерал внимательно рассматривал матроса, словно видел его впервые, хотя знал его с довоенного времени. «Плохо я людей изучил,— укорял себя Семин, — а ведь матрос-то нашел правильное решение. Только таким способом можно быстро доставить рацию на высоту».
— Вам, товарищ Арбузов, поручаю выполнить эту трудную, но почетную задачу! — сказал генерал.— Приступайте к исполнению немедленно!