То, чего мы никогда не забывали (ЛП)

— Повышай, — посоветовал он.
Она робко взяла синюю фишку и глянула на него. Он покачал головой. Она добавила ещё две фишки и после его кивка бросила их в кучу в центре стола.
— Повышаю, — объявила она, ёрзая попкой на сиденье.
Я обошёл стол и наклонился.
— Ты что, бл*дь, творишь, Наоми?
Она наконец-то подняла на меня озадаченный взгляд.
— Учусь играть в покер.
— Пас, — вздохнула Вайнона. — Никогда не доверяй удаче новичка.
  
— Я поддержу и повышу, — решил Люсьен, бросив горсть фишек на стол.
— Оставь её в покое, Морган, — сказал мне Йен. — Наши бокалы полны, и она никогда не играла.
Я оскалился.
— Расслабься, Морган, — сказала Вайнона. — Мы все одолжили ей немножко фишек. Это просто дружеская партия.
Люсьен и Наоми сверлили друг друга взглядами.
Я снова наклонился и прошептал ей на ухо:
— Ты знаешь ценность этих фишек?
Она покачала головой, наблюдая, как ход перешёл к Йену, и тот спасовал.
— Они сказали мне не переживать по этому поводу.
— Тут двадцать косарей в стопочке, Наоми.
Я нажал на верный рычаг. Она перестала таращиться на Люсьена и уставилась на меня, привстав со стула.
Грим положил ладонь на её плечо, удерживая на месте, и я пригвоздил его холодным взглядом.
— Бл*дь, да расслабься, Нокс, — сказал он. — Вайнона права. Это дружеская партия. Без займов. Без процентов. Она быстро учится.
— Двадцать тысяч долларов? — пропищала Наоми.
— Давайте, — решил Таннер, бросая свои фишки.
— Покажи им, — рыкнул Грим, бросая такую же стопку фишек в центр стола.
Таннер выложил дерьмовую пару. Люсьен неспешно упорядочил карты и выложил аккуратный стрейт.
— Ой-ёй, — пропела Вайнона себе под нос.
— Твоя очередь, милая, — сказал Грим с непроницаемым лицом.
Наоми выложила карты на стол.
— Кажется, этот стрейт получше твоего, Люсьен, — сказала она.
Все за столом взорвались ликованием.
— Ты только что выиграла $22,000, — сказала Вайнона.
— Ахренеть! Ахренеть! — Наоми глянула на меня, и радость на её лице ощущалась как удар кулаком под дых.
— Поздравляю. А теперь поднимай задницу, — сказал я, всё равно в силах быть мудаком.
Люсьен застонал.
— Эти невинные глазки меня одурачили. Каждый раз, чёрт возьми.
Я не хотел, чтобы он смотрел на её глаза или другую часть тела. Я выдвинул стул Наоми для неё.
— Подождите! А мне полагается победный танец? Как мне всем отплатить?
— Тебе определённо полагается победный танец, — сказал Таннер, пошло похлопывая себя по коленям. Йен избавил меня от необходимости утруждаться и отвесил ему подзатыльник.
— Наоми. Сейчас же, — я показал большим пальцем на дверь.
— Придержи лошадей, Викинг, — она разделила фишки на ровные стопки и начала возвращать их изначальным владельцам.
Грим покачал головой и накрыл её ладонь своей татуированной рукой.
— Ты честно выиграла. Оставь себе выигрыш и мой вклад.
— О, но я не могу, — начала она.
— Я настаиваю. А когда я настаиваю, люди делают, как им сказано.
Наоми видела не страшного байкера, заявившего подобное. Она видела ласкового татуированного крёстного фея. Когда она обвила руками его шею и звучно поцеловала в щеку, я стал свидетелем реальной улыбки этого мужчины. Раньше такое считалось невероятным.
— За такую реакцию можешь оставить и мой вклад, — сказал Люсьен. Наоми взвизгнула, обошла стол и шумно поцеловала его в щёку.
Йен и Вайнона сделали то же самое, смеясь в крепких объятиях Наоми, слегка напоминавших захват с удушением.
— Купи своей племяшке что-нибудь красивое, — сказала Вайнона.
Господи Иисусе, она им тут всю свою автобиографию пересказала?
— Я, эм, всё же заберу свою долю, — сказал Таннер, собирая те фишки, что он ей одолжил.
Остальные игроки за столиком гневно уставились на него.
— Скряга, — сказала Вайнона.
— Да брось. Неделя была паршивой, — проскулил он.
— В таком случае, вот чаевые от меня, — сказала Наоми, передавая фишку ценностью $100.
Эта женщина неисправима. А Таннер, похоже, официально влюбился.
— Леди и джентльмены, давайте завершим вечер? Я слышал, сегодня там играет живая музыка. Мы можем стащить парочку личных бутылок Нокса и поностальгировать по былым временам, — предложил Йен.
— Только если Люси пообещает мне танец, — сказала Вайнона.
Я подождал, когда они обналичат фишки и выйдут из комнаты, оставив нас с Наоми одних.
Она подняла взгляд от кучи налички, которую они оставили перед ней. Знатные чаевые.
— Мы можем отложить нотации на завтра, чтобы я могла просто порадоваться?
— Ладно, — сказал я сквозь стиснутые зубы. — Но сегодня я подвезу тебя до дома.
— Ладно. Но тебе не разрешается орать на меня в машине.
— Ничего не могу обещать.
  
Глава 21. Семейные проблемы
 
Наоми
Мои ноги умоляли о перерыве, но $20,000 в кармане фартука давали предостаточно энергии, чтобы справиться с последним часом моей смены.
— Наоми!
Я заметила Слоан за угловым столиком с байкерскими жёнами средних лет и членами библиотекарского совета, Блейз и Агатой. Слоан собрала свои волосы в высокий хвост и была одета в джинсовые шорты и шлёпки. Блейз и Агата носили свою обычную униформу из денима и искусственной кожи.
— Привет! — поприветствовала я их с бодростью. — Выбрались прогуляться?
— Мы празднуем, — объяснила Слоан. — Библиотека только что получила большой жирный грант, а я даже не помню, что подавала на него заявку! Это означает, что мы сможем предлагать бесплатные завтраки и обновить компьютеры на втором этаже, а ещё я официально могу предложить тебе ту должность с частичной занятостью.
— Ты серьёзно? — переспросила я, чувствуя, как меня охватывает ликование.
— Серьёзно как монашка под арестом, — сказала Блейз, хлопнув по столу.
Слоан широко улыбнулась.
— Работа твоя, если хочешь.
— Хочу!
Библиотекарь протянула руку.
— Добро пожаловать в общественную библиотеку Нокемаута, мисс Координатор по Работе с Населением. Ты официально начинаешь со следующей недели. Приходи на этих выходных, и мы обсудим твои новые обязанности.
Я схватила её руку и пожала. А потом обняла её. А потом обняла Блейз и Агату.
— Могу я купить выпивку этим прекрасным изумительным леди? — поинтересовалась я, отпуская слегка ошеломлённую Агату.
— Сотрудник общественной библиотеки не может отказываться от бесплатной выпивки. Это прописано в городском уставе, — пошутила Слоан.
— Как и мы, поддерживающие литературу лесбиянки, — добавила Агата.
— Моя жена права, — согласилась Блейз.
Я проплыла сквозь толпу на танцполе и вбила заказ моих новых боссов. Я думала о машине, которую теперь могла себе позволить, и о столе, который хотела купить в комнату Уэйлей, но тут появился Люсьен.
— Кажется, ты должна мне танец, — сказал он, протягивая руку.
Я рассмеялась.
— Наверное, это меньшее, что я могу сделать, раз ты позволил мне выиграть.
— Я никогда и никому не поддаюсь, — заверил он меня, забирая мой поднос и оставляя его на столике дам, занимающихся разведением лошадей и вовсе не возражавших.
— Очень корыстно с твоей стороны, — заметила я. Группа заиграла медленную, певучую песню о потерянной любви.
Люсьен притянул меня в объятия, и я вновь задалась вопросом, почему в Нокемауте такая большая популяция невероятно сексуальных мужчин. Я также гадала, какой мотив побудил Люсьена пригласить меня на танец. Он казался мне одним из тех мужчин, которые ничего не делают без подспудного мотива.
— Нокс и Нэш, — начал он.
Я поздравила себя с проницательной догадкой.
— Что насчёт них?
  
— Они мои лучшие друзья. Их вражда исчерпала себя. Я хочу удостовериться, что она не разгорится вновь.
— Какое отношение к этому имею я?
— Самое прямое.
Я рассмеялась ему в лицо.