Чернокнижник из детдома 3 (СИ)

Я надел респиратор, проверил артефактный щит. Всё в порядке.
— Открываю портал, — сказал я Гришке. — Прямо в клетку. Я её приведу. Готовьтесь.
Он кивнул. Я шагнул вниз.
Тьма сгустилась сразу, но я видел — магическое зрение не подвело. «Медуза» висела в центре подвала, распластав щупальца по стенам. Она была размером с легковую машину, полупрозрачная, мерцающая бледно-голубым светом. Вокруг неё клубился туман — тот самый, парализующий.
  
Я чувствовал, как артефактный щит начинает вибрировать. Туман давил, пытался найти брешь, но пока держался.
— Эй, — сказал я негромко. — Иди сюда.
«Медуза» не реагировала на звук. Она вообще не реагировала на привычные раздражители. Только на движение. На тепло. На магию.
Я поднял руку, создал небольшой огонёк — пульсирующий, яркий. И тут же бросил его в сторону, где должен был открыться портал.
«Медуза» качнулась. Щупальца зашевелились, потянулись к огоньку. Она двигалась медленно, величественно, и казалось, что вся эта конструкция из плоти и энергии плывёт сквозь воздух.
Я отступил к порталу, подманивая её. Ещё шаг. Ещё.
Когда она почти коснулась края створа, я рванул назад, вылетая из подвала. «Медуза» потянулась следом — и провалилась прямо в клетку.
— Закрывай! — крикнул я в рацию.
Портал схлопнулся. Вдалеке, в грузовике что-то грохнуло, загудело — защита включилась на полную мощность. А потом наступила тишина.
— Готово, — выдохнул я, садясь на бетонную плиту.
Гришка подошёл, протянул флягу.
— Молодец, Санчес. Теперь нам эти московские учёные до конца жизни должны будут.
— Они уже должны, — ответил я, делая глоток. — Но это только начало.
Обратно ехали медленно, с оглядкой. «Медуза» в клетке вела себя спокойно — видимо, защита работала как надо. Клыкачи рычали, бились о прутья, но быстро выдохлись. Петрович потом сказал, что это нормально, они так энергию сбрасывают.
Вернулись уже затемно. У ворот нас встречал Всеволод — серьёзный, без обычной своей усмешки.
— Санчес, — сказал он, отводя меня в сторону, — Там это… Из Москвы звонили. Из той самой лаборатории. Они в восторге от «прыгуна», которого вы отправили. Говорят, уникальный экземпляр. Хотят заключить долгосрочный контракт.
— На что?
— На отлов. Живых Тварей. Всех категорий. И, — тут он замялся, — Они спрашивали, не сможете ли вы обучать их людей. Вашей технике портального пленения.
Я присвистнул.
— Это уже серьёзно.
— Более чем. Они готовы оплатить и обучение, и методику. Но, — он понизил голос, — Я проверил этих людей. Они действительно из университета. Однако есть нюанс.
— Какой?
— Их финансирование идёт через Министерство обороны. Похоже, нашим военным тоже нужны живые Твари. Для… исследований. Думаю, ты догадаешься, каких.
Я посмотрел на грузовики, где в клетках возились пленники. Потом на цех, где горел свет — Ван уже вовсю колдовал над новыми артефактами. Потом на детдом, где в окнах мелькали тени — пацаны готовились ко сну, не зная, что их лидер только что поймал монстров, которых потом будут изучать в столичных лабораториях.
Мир менялся. Стремительно. И мне нужно было решать — становиться частью этой новой системы или оставаться самим собой. Тем, кто просто делает свою работу. Защищает. Растит. Строит.
— Всеволод Степанович, — сказал я, — Передайте им — я согласен. Но на моих условиях.
— Каких?
— Первое — мы работаем только на контрактной основе. Никакой «помощи» со стороны, никакого «шефства». Второе — все Твари, которых мы ловим, передаются только через меня, только с полным пакетом документов и только после предоплаты. Третье — если они хотят учиться, пусть приезжают сюда. К нам. Я не поеду в Москву читать лекции, у меня и здесь дел по горло.
Всеволод усмехнулся.
— Жёстко.
— По-другому нельзя. Иначе они нас быстро подомнут. А я не хочу, чтобы мой отряд превратился в придаток какого-то министерства. Доходчиво объясняю?
— Понял. Передам.
Он ушёл, а я ещё долго сидел на крыльце, глядя в ночное небо. Где-то там, за горизонтом, в столичных кабинетах решалась судьба этого контракта. Но меня это уже не волновало. Главное, что сегодня мы сделали ещё один шаг. Не в сторону — вперёд.
И, кажется, этот путь был правильным.
  
Глава 23
 
Вот и контрразведка пожаловала, здрасьте…
 
Контракт с университетом мы подписали через неделю. Приезжали серьёзные люди — не те курьеры, что забирали «прыгуна», а настоящие профессора с какими-то хитрыми приборами для измерения магического фона. Они долго бродили по цеху, заглядывали в каждую клетку, переговаривались между собой на языке, который я даже определить не смог. Ван потом сказал — немецкая смесь с латынью. Мол, так в академических кругах принято, чтобы непосвящённые не понимали.
— Александр Сергеевич, — старший из них, лысый, с бородкой клинышком, представился профессором Мезенцевым, — Ваши методы… необычны. Скажу больше — они уникальны. Портальная магия такого уровня в России, да и в мире, встречается крайне редко. Вы это понимаете?
— Понимаю, — кивнул я. — Потому и цену соответствующую ставлю.
— Цена, — он поморщился, — Это вопрос решаемый. Меня больше другое волнует. Как вы планируете масштабировать процесс? Один портал в секунду — это хорошо для точечного отлова. Но если нам потребуется, скажем, два десятка «клыкачей» в месяц? Кстати, их мы заказывали в количестве четырёх особей, а получили лишь трёх
— Сколько их было в Рекомендованном вами Пробое, столько мы и поймали. В остальном читайте Договор, пункт 6.1. Я их не рожу, если их там три было, а не четыре, как вами указано.
— Но нам нужно больше!
— И сколько вам потребуется? Двадцать?
Мезенцев переглянулся со своими коллегами.
— Предположим. Наука не стоит на месте. Эксперименты требуют статистической выборки.
Я усмехнулся. «Статистическая выборка» — красиво звучит. Но суть проста: им нужно много живого материала, и чем больше, тем лучше. Что-то мутят эти товарищи с Тварями. Не удивлюсь, если по заказу Министерства Обороны.
— Для масштабирования нужно две вещи, — сказал я, поднимаясь. — Первое — производственные мощности. Второе — люди, способные работать с порталами. Второе сложнее. Моя методика не для всех. Нужен определённый… склад характера.
— Дар? — уточнил Мезенцев.
— Не только. Дар — это искра. А вот умение её направить, удержать, не сжечь себя — это уже характер. Таких людей поискать.
— А если мы поможем с поиском? — он достал планшет, что-то быстро набирая. — У нас есть доступ к базам данных Одарённых, которые проходили тестирование, но не были востребованы. Многие из них работают сейчас не по специальности, кто-то вообще не работает. Можно провести отбор.
Я задумался. С одной стороны — соблазнительно. Свежие кадры, пусть и необученные, но с потенциалом. С другой — чужие люди в отряде. Со своими связями, своими интересами.
— Давайте так, — сказал я. — Вы даёте мне список. Я сам с каждым встречаюсь, разговариваю и сам решаю, брать или нет. И ещё — все они проходят стажировку здесь, на моей базе. Никаких «кураторов» со стороны, никакого шефства. Мои люди — моя ответственность.
— Это… нестандартный подход, — протянул профессор.
— Это единственный подход, который я принимаю.
Мезенцев посмотрел на меня долгим взглядом. Потом кивнул.
— Хорошо. Но в таком случае, мы хотели бы получить гарантии. Не только финансовые. Ваш отряд — структура негосударственная. Формально вы — частное охранное предприятие с дополнительными функциями. Если что-то пойдёт не так… вы понимаете.
  
— Если что-то пойдёт не так, — ответил я спокойно, — Это будут мои проблемы. А не ваши. Вы получаете Тварей, я получаю деньги. Всё остальное — не ваша забота.
Он хотел возразить, но я не дал.
— Профессор, вы же не просто так приехали. Вы видели мои цеха, видели, как работает портальная система. Вы знаете, что никто в стране, а может и в мире, не делает того, что делаем мы. Так давайте не будем тратить время на пустые разговоры о «гарантиях». Я даю результат. Вы гарантируете оплату, причём, по факту. Всё остальное — детали. Не правда ли, как всё просто?