Чернокнижник из детдома 3 (СИ)
Наш автобус узнавали и водители частенько поднимали большой палец вверх, приветствуя и одобряя наш выбор.
Да и мы через день на задание сгоняли, где уничтожили пять штук здоровенных волков — мутантов, которые начали таскать скотину у селян. И опять были съёмки на фоне автобуса с плакатом, но мы их выложили лишь на сайте, а в городских новостях этот сюжет просто мелькнул, заняв не больше полутора минут, но добрых полминуты наша реклама кандидата в губеры всё-таки светилась.
И вроде бы всё это мелочи, но почему бы и нет, если они работают!
* * *Вся эта вакханалия с выборами, съёмками и прочими мелочами лишь прошелестела пустой ореховой скорлупой над моим главным бизнесом — производством артефактов.
И там есть, чем похвалиться или похвастаться, называйте как хотите. То и другое верно.
Федеральный заказ мы выполним досрочно. Он уже почти готов.
Мелкие заказы от Гильдии выполняются, а разовые, но дорогие от частников, у меня на особом контроле.
Моя игра в политику, с тем же Тереховым, дала мне временную фору от наездов чиновников разного уровня, всегда готовых разделить с вами трудовые доходы за своё невмешательство. Отстали. Помогать они никогда не готовы, а вот за то, чтобы не гадить, готовы брать мзду, и зачастую, весьма нескромную.
Заказ на современное оборудование, который меня чуть было без штанов не оставил, окупается, и прямо скажу — семимильными шагами.
У меня опять муки выбора. На этот раз с моей «коронкой» — пространственными артефактами.
Осколков Сердец, вынесенных из Пробоев, я набрал до фига и больше. Благо, конкурентов на этот вид трофеев у меня не было.
Из пространственных артефактов я сейчас предлагаю или типовую"обойму", — пояс под четыре или пять ящиков, размером в стандартный патронный цинк, или более крупный размер, но уже на заказ и за очень дорого. Заказные покупают так себе. Оттого и возникла у меня идея под ещё один типоразмер.
Этакий, литров на тридцать, если в объёме, не слишком дорогой, но и далеко не дешёвый.
* * *С этими мыслями я и заявился к Вану, который теперь обитал в новом цехе почти круглосуточно, днём занимаясь программированием, а после девяти вечера врубая станки.
— Ван, есть идея, — сказал я, присаживаясь на табурет у его рабочего стола.
Он оторвался от чертежей, поправил очки.
— Какая?
— Пространственный артефакт. Новый типоразмер. Литров на тридцать. Чтобы влезало не только оружие и боезапас, но и… ну, скажем, запас еды, воды, аптечка. Для выездных заданий.
Ван задумался, постучал пальцем по столу.
— Объём — это хорошо. Но главное — форма. Если делать как пояс, будет громоздко. Неудобно. Если как ранец — удобнее, но сложнее конструкция. И дороже.
— А что скажешь про интегрированную систему? — спросил я. — Чтобы артефакт работал в паре со стандартными накопителями? Тогда можно будет менять конфигурацию под задачу. Хочешь — больше боезапаса, хочешь — больше провизии.
Глаза Вана загорелись. Я уже знал этот взгляд — сейчас начнётся.
— Концептуально интересно, — сказал он, переходя на русский, но с таким сильным акцентом, что я едва разбирал слова. — Если сделать модульную систему… базовый блок отвечает за пространственный карман, а слоты подключаются через интерфейсные платы. Тогда пользователь сам выбирает конфигурацию.
— Технически это реально? Если что, то все рунные цепочки на мне.
— В Китае над этим работают. Но серийных решений нет. Слишком дорого. Если мы сделаем такое первыми… — он запнулся, подбирая слова, — Это будет прорыв.
Я усмехнулся.
— А мы любим прорывы. Считай, сколько такое будет стоить. И какие материалы нужны.
Ван уже открывал на компьютере какие-то программы, набирал цифры, чертил схемы.
— Александр Сергеевич, — вдруг сказал он, не оборачиваясь, — А почему вы мне доверяете? Я же из «Фениксов». Чужой. И сам по себе китаец?
Я помолчал, потом ответил:
— Потому что ты инженер, Ван. Инженеры не предают то, что строят. Они предают только тогда, когда им не дают строить. А я тебе даю.
Он повернулся. В глазах его блестело что-то, похожее на влагу.
— Спасибо, — сказал он тихо. — Я не подведу.
— Знаю, — ответил я и вышел из цеха.
* * *На улице меня ждал Гришка.
— Санчес, там это… — он мялся, — Ольга приезжала. Спрашивала тебя.
— Что хотела?
— Не сказала. Сказала, что сама позвонит.
Я кивнул. Ольга… после той ночи она стала появляться чаще. То с эксклюзивом, то с предложением. Но держалась ровно, профессионально. Без намёков, без лишнего.
Хорошая женщина. И умная. Такие редко встречаются.
— Ладно, — сказал я. — Пойду, позвоню.
Но звонить не пришлось. В этот момент телефон зажужжал. Всеволод.
— Санчес, есть новости. По нашему «прозрачному» другу.
— Иван?
— Он самый. Мы проверили его по всем базам. Нигде нет. Он — призрак.
— Я так и думал.
— Это ещё не всё. Его документы — фальшивка. Отличная, почти идеальная. Но наши эксперты нашли один косяк. Он изготавливался не в России. И не в Китае.
— А где?
— Европа. Скорее всего, Германия. Там есть одна контора, которая специализируется на таких вещах. Работает на спецслужбы и… на частных клиентов.
— То есть, он может быть чьим угодно? И нашим, и не нашим?
— Именно. Поэтому будь осторожен. И держи меня в курсе.
Я положил трубку и посмотрел на цех, где Ван уже вовсю стучал клавишами клавиатуры, увлечённый новой задачей.
Мир становился сложнее. Вокруг нас плелись интриги, строились заговоры, кто-то пытался внедрить своих людей, кто-то хотел украсть наши разработки. А мы просто хотели работать. Растить детей, пусть и не своих, но наших, детдомовских. Закрывать Пробои. Делать мир чуточку лучше, безопаснее и чище.
Но, видимо, за всё приходится платить.
— Гришка, — позвал я.
— Чего?
— Усиль охрану. И следи за новыми. За всеми. И объяви по отряду — повышенная боевая готовность. Пусть даже спят в полглаза.
— Есть, — кивнул он и убежал.
А я остался стоять посреди двора, глядя на заходящее солнце. Скоро новый день. Новые задачи. Новая страница жизни. И такое движение было, есть и будет, ибо оно непреходящее.
* * *Что касается кладов, то я с некоторых пор, особенно во время выездов, почти всегда практикую свою обновлённую поисковую способность.
Пока особыми удачами похвастать не готов, но пару горшочков с монетами нашёл.
Одни, так и вовсе были не наши. Маньчжурской Империи. Позапрошлого века.
Если что, то этот клад якобы обнаружил Терехов, который под две камеры четверть часа пыхтел с лопатой, откапывая археологическую находку высокой научной ценности. Разумеется, потом торжественно и прилюдно сдал её в краеведческий музей Владивостока.
И нет — цена монет, кстати, серебряных, не смогла сравниться с той долей процентов популярности в его копилку, которые он на этом деле заработал. Даже несмотря на их нумизматическую ценность, которая на мой взгляд, в новостных лентах была изрядно завышена.
Не, ну может быть, чтобы там было монет на два с половиной миллиона. Это же шутка?
Как бы то ни было, а выборы прошли, и Терехов стал губернатором Приморского края.
И если он думал, что все проблемы Приморья лишь в большом количестве Пробоев, и вылезающих из них Тварей, то нет.
Уже в первую же неделю его губернаторского правления ему дважды намекнули, что территорией Приморья заинтересован как Китай, так и Япония.
Он сам мне об этом рассказал, чуть ли не брызжа слюной от негодования.
— Ты представляешь, — кипел Терехов, сидя в моей мастерской, куда приехал без предупреждения, — эти… эти… — он замялся, подбирая слова, — Эти партнёры мне прямо заявили, что Край нуждается в «интернациональной помощи»! Помощи, Карл! Моему Краю!