Жестокость под маской благородства (СИ)

      - Спасибо, Стрефорд, - от радости герцог пожал доктору руку. – Хейз, проведи.
      Дворецкий тут же появился из-за двери, пропуская доктора вперед, и закрывая за ними дверь.
      Джейсон подошел к Регине, и опустившись на постель, сжал ее руки в своих больших ладонях и поднес к лицу, целуя холодные пальчики.
      - Ребенок…
      - Наш ребенок. Мой и твой. Наследник, - гордость так и скользила в мужском голосе.
      Регина старалась принять новость, что она скоро станет матерью и понимала, что это было неизбежно. Мужчина делал все для этого. И все же ее поразило счастье в его глаза и слезы. Такой властный, всесильный лорд, не скупился на радостные слезы.
      Он наклонился и прижался своими губами к ее. Еще ни разу он не дарил ей настолько нежный и чувствительный поцелуй. Словно так благородил ее, хотя не было за что. Это дитя было зачато в насилии и ненависти, и все же только сейчас Регина поняла, что оно познает только любовь и обожание.
      - Наш ребенок…
      Ее руки опустились на плоский живот, и герцог накрыл ее ладони своими. Оберегая их сокровище. Вскоре он снова забрался на постель, притянув любовницу к себе, убаюкивая ее в своих объятьях. И слушая ее равномерное дыхание, Джейсон понял, что забыл насколько опьяняющим бывает счастье. Почувствовал его вкус через столько лет, он больше не позволит ему уплыть сквозь пальцы. Это его настоящая семья, и он сделает все зависящее, чтобы они всегда были вместе.
      *****
      Услышав шум в коридоре, Джейсон аккуратно выскользнул из постели, радуясь, как недовольно во сне сгримасничала девушка, лишившись его тепла. Выйдя из комнаты, он увидел, что шум исходил от ублюдка его жены, Элайджи, который рвался в спальню к жене, а лакая, выполняя его приказ, сдерживал его.
      - Отец? Что ты делал в комнате Регины? – успокоился разбушевавшийся мужчина, и лакей отошел в сторону.
      - Следил за ее состоянием, пока ты явно наслаждался обществом своей шлюхи, - гневно ответил герцог, брезгливо скривившись.
      - Я-я слышал, - Элайджа поправил волосы, а после принялся на рубашку, - что Регина стало плохо в опере.
      - О, и это, наконец, заставило тебе бросить свою шалаву и примчатся сюда. А то, что ты заставлял свою жену страдать от слухов и перешептываний тебя не волновало.
      - Отец…
      - Я недоволен тобой. Ричард прислал мне письмо, где крайне негативно отзывается о твоей работе. Фирма терпит убытки из-за твоей халатности, а ты во всю транжиришь мои деньги в каких-то второсортных клубах. Молодая жена страдает от насмешек, пытаясь соответствовать новому статусу, а ты днем за днем еще больше унижаешь ее.
       - Отец, прошу.
      - Я не пускаю тебя к Регине. Ей не нужны сейчас волнения. Она беременна. И ничто не должно угрожать моему наследнику.
      - Беременна? – пораженно переспросил Элайджа.
      - Да, доктор сказал, что уже около трех месяцев.
      - О Боже, брачная ночь!
      - А ты, что усомнился в верности супруги? Оцениваешь ее по себе? – брюзжал герцог.
      - Нет, нет, нет. Регина не такая. Она преданная и верная. Боже, что я наделал. Я хочу увидеть ее.
      - Не сейчас. Не тогда, когда от тебя воняет алкоголем, сигарами и шлюхами. Иди, проспись.
      - Да, вы права милорд.
      Элайджа поклонился, развернулся и направился в свою спальню, не видя, как герцог тихо смеется ему вслед. Этот дурочек поверил разыгранному представлению, не подозревая ни о чем. Он давно уже запутался в сетях паука, и чем дальше, тем больше тонул в паутине. Для него уже нет спасения, и после рождения ребенка, он узнает обо всем. Это убьет бедолагу, но этого и добивался герцог. Правосудие скоро восторжествует.
      Усмехнувшись, тихонько он вернулся назад в комнату своей любовницы. Зная, что слуги предупреждены и в крайнем случае любыми способами воспрепятствуют тому, чтобы Элайджа ворвался сюда и увидел их. Герцог не хотел лишать себя удовольствия обнимать свою женщину. Особенно сегодня. Связь между ними только крепла день ото дня, но сегодня она превратилась в неразрывную нить. Теперь они соединены общим ребенком, и Джейсон уже знал, что Регина будет любить его сына до безумия. Видел это в ее глазах. А значит, и для него найдется место в ее сердце.
  
 Глава 9
 
      Утром началось еще лучше, чем закончилась ночь. Джейсону не нужно было даже ничего придумать, чтобы избавиться от Элайджи, судьба сама подкинула карту, которую лучше и придумать. На рассвете его пасынок получил послание от своей любовницы и поторопился к ней, снова забыв о жене. Как донесли ему слуги, Анна сообщила, что беременна. Зная эту проворную дамочку, герцог мог сказать, что она сразу догадалась, почему плохо молодой маркизе и тут же выложила свою карту.
      Читая позже доклад, герцог заливался от смеха. Это же надо было устроить такое представление Элайдже, со слезами, с заверением о своей неосведомлённости, пока старая повитуха в лицо не сказала, что она беременна, с признанием о страхе, что он заставит ее избавиться от ребенка. В общем святая невинность.
      Правда герцог все же сомневался, что ребенок существует на самом деле или же, что он от Элайджи. Несмотря на свое сосредоточенное внимание на этом ублюдке, в то время пока его не было в городе, эта мадмуазель устраивала дома настоящие оргии со своими старыми дружками.
      Так что и тут Элайджу надули. Но главное, чтобы он ничего не подозревал. Щенок полностью помешался на своей любовнице, воспылал к ней не только страстью, но и любовью. И теперь вместо того, чтобы налаживать отношения с женой, снова проводил время со своей шлюхой. И за это герцог был ему благодарен.
      Еще одно доказательство его фальшивых чувств к Регине. Еще одно разочарование в глаза девушки. Мужчина, за которого она вышла замуж, совсем не соответствовал ее представлениям. Не стоил тех жертв, на которые она пошла. Она продала тело за ничтожество, и сейчас герцог собирался показать, что те самые ужасные деньки на самом деле было лучшим, что могло случится с ней.
      Забрав у служанки поднос с завтраком, на котором в небольшой вазе стояла маленькая красная роза, Джейсон тихо вошел в покои любовницы. Регина успела проснуться и теперь с удивлением взирала на мужчину.
      - С добрым утром, моя дорогая, - он мягко поставил поднос ей на ноги, после чего наклонился и запечатлел легкий поцелуй на ее губах.
      - Милорд…
      - Как твое самочувствие? Голова не кружится?
      - Нет, все хорошо, - Регина потупила взгляд.
      К такому герцогу она не привыкла. Неловкость, повисшая между ними давила на нее, и чтобы отвлечься от этого напряжения, девушка взяла тост и умакнула его в жидкое повидло, поднося к губам и спокойно прожёвывая. Когда она подняла взгляд снова на мужчину, то поняла, что его глаза откровенно пожирают ее уста. Тело моментально наполнилось теплом.
      - Вчера ночью твой благоверный ломился к тебе в комнату.
      - Что?
      - До него дошли слухи о твоем обмороке в театре, и он бросив любовницу поспешил к приболевшей жене.
      - Вы не пустили его, - не спрашивала, а констатировала факт девушка.
      - Нет. Я поздравил его со скорым отцовством, но пьяного, провонявшего сигарами и женщинами, не пустил.
      - Но…но…
      - Да, это не его ребенок, но пока Элайдже не стоит об этом знать. Никому не стоит. Наш сын не родиться с клеймом незаконнорождённого. Нет, он будет законным наследником моего имущества.
      Регина промолчала. Она была не в силах оспаривать или критиковать поступки герцога. На самом деле до недавнего времени она считала себя обычной пленницей, которую насилуют и мучают. И лишь недавно поняла, что вышла с этого статуса и превратилась в обожаемую любовницу, все еще без права голоса, но уже желанную и лелеемую. А теперь новость о беременности сделала ее еще ценнее в глазах мужчины. Она видела это. Ощущала в каждом его касании, и не могла сказать, что это ей не нравилось. Наоборот льстило и дарило чувство не большой власти, что утверждала ее как личность, позволяла вновь почувствовать себя значимой.