Это снова ты

– Эй! – вдруг подпрыгивает подруга. – Ты ведь так и не рассказала, где провела ночь! Давай колись!
– Где-где, на помойке, – хмыкаю я.
– Да-а-а? А выглядишь довольно свежей. Брату позвонила?
– Почти… – Поглядываю на телефон – на экране светится оповещение об очередном новом сообщении.
– Как это? – уточняет Женя.
– Тут один его друг живет…
– Дру-у-уг? Неужто тот самый?
  
– Да, – тихо отвечаю я, касаясь пальцем дисплея мобильного. – Тот самый.
Дмитрий Зимин: Я думал, мы договорились…
Ксения Морева: Уехала по делам. Вернусь часа через три.
Переворачиваю мобильный экраном вниз и поднимаю взгляд на притихшую Женьку.
– Даже не смей, – предупреждаю я.
– Почему? Все, что было в Вегасе, остается в Вегасе.
– Мы не в Вегасе.
– Ты поняла, о чем я. Вот и развлечение, Ксю. То, что нужно. – Ее горящие глаза прожигают в моем лбу дыру размером с апельсин. – Ты будешь жить у него? Сколько там комнат? Кроватей?
– Прекрати, – произношу твердо. – Я не собираюсь жить у него.
– Вчера что-то…
– Ничего не было!
– Ладно-ладно, не заводись. – Она отклоняется, но в ее улыбке проглядывается беспощадная безуминка. – Ну и как он? Ммм? Все так же хорош, как ты рассказывала?
Прикрываю глаза на мгновение. Ветер в волосах. Горячая ладонь на моем колене. Я даже не помню, когда в последний раз чувствовала себя так – свободно, легко, просто хорошо.
– Даже лучше, – грустно отвечаю я.
 
Глава 3
 
Сумерки накрывают город бархатной вуалью рассеянного света, такси мчится по проспекту Космонавтов Северного микрорайона. Подставляю лицо ветру, выглядывая из открытого окна, и крепче сжимаю в руках мобильный. Я нервничаю? Уму непостижимо. Мы ведь уже виделись с Димой вчера, но встреча на свежую голову, еще и после всего, что случилось… Будет весело. Только непонятно, кому из нас.
Машина останавливается у подъезда многоквартирного девятиэтажного дома из красного кирпича, и я поднимаюсь в квартиру Зимина. Дверь не заперта, вхожу в прихожую и вешаю связку запасных ключей на один из крючков, прикрученных к стене. В глаза тут же бросается пара крупных пакетов, забитых каким-то хламом, а через мгновение из спальни появляется Дима. На нем широкие серые спортивные штаны и растянутая белая футболка, а в руках он держит внушительного размера картонную коробку.
– Мечтаешь увидеть меня седым? – недовольно спрашивает он.
– Если ты хотел запереть меня, то не нужно было оставлять запасные ключи на видном месте, – бросаю беспечно и, опустив голову, стягиваю с ног кеды.
– Ксю…
– Не волнуйся, я ненадолго. – Направляюсь в гостиную, подхватываю с дивана пижамную футболку, косметичку, зарядку для телефона и запихиваю все в сумку. – Только вещи заберу и…
– Вещи? И куда ты собралась, можно узнать? – гремит за спиной строгий голос Зимина.
Тихо хмыкаю, глядя в пустоту. Может, он еще ремень достанет? Ну а что? С непослушными детьми ведь разговаривают именно так. Как же это достало! Застегиваю замок на сумке, неторопливо разворачиваюсь и смело поднимаю подбородок. Зимин стоит в дверном проходе, сложив руки на груди. Вид у него, мягко говоря, уставший, но от этого не менее грозный.
– Дим, давай без этого, – спокойно прошу я.
– А давай с этим, – отвечает он.
– Ладно, как скажешь. Начинай!
Дима коротко прищуривается и входит в комнату. Забирает у меня сумку и взмахивает ладонью в сторону дивана:
– Присядь.
– Спасибо, я постою.
– Вот, значит, как?
– О чем ты? – уточняю резко. Его покровительственная снисходительность выводит из себя все больше.
– И это твоя благодарность, Ксю?
– А чего ты ждал? Фейерверка?! – Прижимаю ладонь к груди. – Спасибо, Дим! Ты меня очень выручил, но ситуация уже решена. Больше я тебя не потревожу. Позвольте откланяться?
– Что значит «решена»? – Его широкие темные брови нависают над серьезными карими глазами.
– То и значит. – Тянусь к сумке, но Зимин отводит руку в сторону. – Слушай, все правда в порядке. Мне нужно ехать.
– Куда? К этим не девочкам?
– К подруге.
– К какой подруге?
– Дима, прекращай!
– С чего бы? Ночью я тебя с улицы забрал, после того как…
– Ничего не случилось! – мой голос срывается на крик, мышцы в теле напрягаются. Сдерживаю злость и продолжаю так спокойно, как только могу: – Он не так понял, я не так поняла. Недоразумение, конфликт интересов и желаний. Такое бывает. Ты же вон какой большой, должен это знать!
Зимин пораженно дергает шеей и подвисает на пару секунд. Что? Не ожидал подобного от миленькой маленькой Ксюши? Думал, я тут в счастливом припадке буду биться от того, что ты снова случайно обратил на меня внимание?
– Мы закончили? – спрашиваю я.
– Нет, – натужно смеется он, вмиг отбирая у меня ощущение контроля. – Ты никуда не поедешь.
– Серьезно? И кто мне запретит?
– Ксю, ты сама себя слышишь?
– На слух не жалуюсь.
Дима показательно поджимает губы и кивает несколько раз, а я отвожу взгляд в сторону. Возвращаться в квартиру Ромы и Кости действительно не сильно хочется, но и здесь оставаться нельзя. Это еще одна клетка. Еще одно место, где у меня нет права голоса. Я и так вырвалась всего на пару недель.
– Что же он такого наплел тебе? «Я не хотел»? «Не понимал, что делаю»? «Не знаю, что на меня нашло»? «Прости, больше не буду»? Так?
– Дима, – цежу я, теряя последние крохи терпения.
– Что? Разве я где-то ошибся? Какого хрена ты вообще туда потащилась? Поверила в людей и их добрые помыслы? Родители не учили тебя?..
– Тебе-то какое дело?! Я могу за себя постоять, ясно?! Представь, последние несколько лет как-то справлялась. И без Саши, и без тебя! Так что не надо делать из меня беспомощную младшую сестренку, о которой ты вдруг решил позаботиться!
– Значит, смелая стала? Моревым и море по колено, да? – со злобной насмешкой произносит Дима.
– Вроде того.
– Ммм… – задумчиво тянет он, – понятно…
Успеваю лишь раз моргнуть. Сумка падает на пол, а я оказываюсь прижата к дивану. Дима нависает надо мной и вжимает руки в мягкие подушки по обе стороны от моей головы.
– Ну и что это? – пренебрежительно спрашиваю я.
– Демонстрация силы, – мрачно отвечает он, едва не задевая кончиком своего носа мой. – Разговаривать ты не хочешь, вот и приходится объяснять по-другому. Разницу чувствуешь?
– Сейчас и ты кое-что почу…
Собираюсь согнуть ногу в колене, чтобы врезать ему, но не хватает всего пары секунд. Рывок, боль пронзает левое плечо, и вот я уже лежу лицом в подушку, а руки скрещены за спиной.
– Что ты там сказала? – Дыхание касается уха. – Я не расслышал.
– Что ты козлина, – фыркаю я и поворачиваю голову, чтобы взглянуть через плечо. – Отпусти!
– А ты заставь меня. – Я еще не слышала этого его тона: задавленная злоба и шипящее бешенство. Кажется, не одна я сегодня в плохом настроении.
Испуганно хлопаю ресницами, дыхание учащается. Коротко дергаюсь, и Дима приподнимает мои руки. Между лопаток жжет, не пошевелиться.
– Я поняла! Поняла! Больно же! Отпусти! – верещу я.
Зимин разжимает пальцы, тихо выругавшись. Упираюсь ладонями в диван, усаживаясь, и уже собираюсь отвесить Диме звонкую пощечину. Правда, и тут первый удар не за мной: небольшая декоративная подушка летит в лицо. Не больно, но щеки от обиды тут же вспыхивают адским огнем.
– Что? Не нравится? – рявкает Зимин. – И где же твоя хваленая смелость? Постоять она за себя может. Ага. И полежать тоже.
  
Губы дрожат, в глазах встают слезы. Да что с ним такое? Кто это такой?
– Ну? Готова поговорить нормально? Или продолжим этот детский спарринг?
– Да пошел ты! – бездумно кричу я. – Думаешь, я такая тупая?! Не понимаю ничего?! Все я понимаю! Ситуация стремная, но мне не нужны ни защитники, ни чертовы контролеры! И да, я лучше буду жить с незнакомыми мужиками, чем с тем, кто будет комментировать и оценивать каждый мой шаг. Я не для этого сбежала от… – Спазм бьет по горлу. Замолкаю, осознав, что сболтнула лишнего.