В плену у прошлого (СИ)

«Если бы ты меня послушал и не женился на Ясемин, то не было бы проблем! А так все её проблемы ложатся на наши плечи и мы не можем сидеть сложа руки. В обиду Ясемин не дам, она часть нашей семьи!» — подумал про себя Азиз.
Услышав про доносчика, Каан просиял улыбкой в усмешке и качнув головой, сказал:
— Брат, ты серьёзно? Зухаль шпион Эрдогана? — уже хихикнул, прикрыв ладонью рот. — Она же девушка! Милая, послушная. Эрдоган не настолько глупый баран, чтобы иметь дело с женщинами. Да и он же должен понимать, что если поймаем шпиона, то это станет концом для него. Женщины слабый пол, а Зухаль обычная бедная девушка, которая работает, чтобы купить лекарства своему больному отцу. Она тёте Румисе поведала о своей тяжёлой жизни, а тётя мне, так что оставь девушку в покое.
— Это ничего не меняет! — грозно прорычал Демир, сжимая до белых костяшек кулаки, давая понять, что лучше не смеяться над ним. — Возможно, это не няня Эдже, но доносчик точно был! Успел уволиться! Ведь я видел запись разговора отца Серхата с Эрдоганом, и эта тварь показывала фотографию малышки. — резюмировал он.
Каан подошёл к Демиру, похлопал ему по плечу, поддерживая словами:
— На всё воля Аллаха! Эрдогана больше нет, а доносчик давно струсил и сбежал. Так что брат, давай закроем эту тему.
Демир тяжело вздохнул, мужчина ждал мнения отца, совета, но ничего из этого не последовало. И набравшись смелости, Демир обратился к отцу:
— Отец, ты так и будешь молчать? Я жду твоего мнения по поводу всего этого. — поджал губы от волнения в ожидании хоть какого-нибудь совета.
Азиз проигнорировал, остановился в дверях лишь, чтобы предупредить:
— Каан, у меня сегодня важная встреча поэтому, когда я уеду, ты останешься за главного в доме. — закон, глава семьи Оглы протянул Каану руку для поцелуя и Каан в знак почитания, уважения прильнул губами к руке покрыв её поцелуем.
— Пусть будет вами доволен Аллах! — воскликнул Каан.
— Что за встреча в столь поздний час? — удивленно спросила Румиса, подойдя к мужчинам.
— Это мужские дела! — властно ответил он, развернувшись к выходу.
Демир никогда не ревновал Каана к отцу. Он любит брата, прекрасно понимает, что сам не прав, но ему все же стало досадно больно. Как будто, что-то порвалось внутри него, впервые почувствовал страх не дождаться прощения и потерять свою опору с поддержкой навсегда.
— Отец, а как же я? — хриплым голосом выкрикнул Демир ему вслед, потирая от волнения горячие ладони.
Азиз резко развернулся и твердой, быстрой походкой подошёл к сыну, зарычав:
— А ты никто! — схватил Демира за ворот рубашки, прижимая силой к стене. — И всё, что я тебе дал — заберу!
Демир не сопротивлялся, из-за сказанных слов родного папы у парня иссякли силы, даже железный дух в нокдауне. Это удар по самому больному месту.
— И фамилию отнимешь? — грустный голос тихий, севший.
— Насчёт фамилии я пока не решил! — Азиз так же тяжело дышал, отпустил хватку и безмолвно ушёл.
Примечание от автора:
Кандура — платье арабского мужчины.
Гафия — белая вязаная шапочка
Гутра — платок.
Глава 68
— Зеленоглазка, жизнь моя. — касаясь нежно кончиком указательного пальца пухлых губ дочки, приговаривала еле слышно. — Наше счастье. — почувствовав, как крепкие руки любящего мужчины обвили талию, улыбнулась и на румяных щеках появились неглубокие ямочки.
— Цветочек наш, мы тебя любим. — присоединился Демир прервав монолог любимой, уткнувшись носом в ключицу жены. Не быстрыми движениями покрывал горячими поцелуями зону воротника двигаясь вверх к мочке уха. — Ты вчера уснула, не дождавшись моего прихода, — прерывисто шепчет, втягивая с шумом воздух — поэтому, — прикусывает не больно мочку уха любимой — сегодня, вечером и ночью ты будешь полностью моей.
Их раскаленные сердца бьются в такт друг другу, одно сердце заводит другое, заставляя выбивать сто тридцать ударов в минуту. Ясемин развернулась к Демиру обнимая обеими руками своего мужчину за шею. Они смотрели друг другу в глаза и просто наслаждались тишиной. Прислушивались к своим чувствам, всматривались в любимые черты лица, словно сканировали их. В помещении витал запах свежих, красных роз. Демир раньше жены проснулся, решив сделать это утро ярким, незабываемым для Ясемин. И у него получилось — глаза его женщины светились, как драгоценные алмазы.
 
— Утро счастливое тогда, когда любимый человек рядом. — обвила радостными глазами комнату. — Я благодарна Всевышнему за то, что он соединил нас, сделав одним целым. И если это всё мне снится, то пусть я не проснусь. Я не хочу жить там, где тебя не будет. — прошептала Ясемин прижавшись к груди мужа.
Мужчина поцеловал жену в висок, сказав:
— Я люблю тебя! — он говорил об этом на день по десять раз, даже когда между ними происходил вздор. Ссоры случались редко, ведь Ясемин всегда уступала мужу, в их отношениях она является водой — погасит в нём самый страшный полыхающий огонь.
Стук в дверь:
На пороге появилась Айше, в нервной ухмылке крутит в костлявой руке телефон соперницы. Объясниться не торопится, молчит, будто ждёт чего-то.
— Что в твоих руках делает мой телефон?! Отдай! — с серьёзным выражением лица протягивает руку, чтобы забрать смартфон.
— Ради Аллаха, забирай! — отдала оскалившись. — Видимо ты вчера забыла его после ужина. — открывает дверь, чтобы выйти, но останавливается, заявляя напоследок громким, противным голосом — Тебе много раз звонил какой-то Адем! — она метнула косой взгляд на Демира и быстро вышла захлопнув за собой дверь.
Ясемин побледнела. Неожиданная новость о появлении Адема застала врасплох, ударила по старым шрамам, побудила вспомнить, как он назвал её грязной девкой и бросил в то время, когда она нуждалась в его поддержке. Девушка надеялась, что больше его не увидит, не услышит, смогла отпустить ситуацию продолжив жить ради ребёнка и дедушки, который немало настрадался вместе с ней.
«Какого дьявола? — возмущается безмолвно в мыслях, смотря на экран телефона. С десяток пропущенных вызовов. Её тонкие пальцы дрожат, она пугалась неизвестности, зрачки то расширялись от злости, то сужались от грусти и боли. — Откуда у него мой номер, я же сменила его? Зачем этот подлец мне звонил? Чего он хочет от меня?» — задавалась вопросами, на которые не находила ясных ответов.
Не раздумывая, одним касанием на сенсор экрана, добавила контакт в чёрный список. Поймав на себе боковым зрением огненный взгляд Демира начала объяснять грустным голосом мужу:
— Демир, я ничего не понимаю. — отрицательно кивает. — Аллах мне свидетель, не знаю, откуда у него мой номер…
Мужчина прислонил к сухим губам любимой указательный палец, сдержанно, успокаивая, сказал:
— Дорогая, я знаю, что он ищет с тобой встречи. По всей видимости, он нашёл твой номер, не упуская надежды поговорить, но я сменю номер и встречусь с ним сам. Если он по-хорошему не понял, что ты моя женщина, значит, придётся объяснить по-плохому! — сжимает до скрипа в ладонях кулаки.
Ясемин до сегодняшнего дня не знала, что Адем желает встретиться с ней, Демир хорошо это скрывал и делал всё, чтобы этой встречи никогда не случилось. Если нужно будет, Демир разорвет на части Адема, выпотрошит все органы, а останки разбросает по всему миру.
— Ничего наша с ним встреча ему не даст, я всегда буду питать к нему неприязнь. Этот человек меня предал, пусть горит в огне, валяется у меня в ногах, — высказалась Ясемин — он пустышка. — выплеснула в заключении.
Демир крепко прижал Ясемин к себе, прошептав на выдохе:
— Верю.
— Моё сердце до последнего вздоха будет любить только одного человека. — пауза — тебя! — потянулась к его губам.
Через час в сопровождении Азиза в дом Оглы вошёл шейх Надир со своими женами и детьми.
— Проходи, Надир, чувствуй себя как дома. Особняк у нас большой мест всем хватит, но, а если вдруг что расположиться можно во флигеле, там недавно шикарный ремонт сделали.