В плену у прошлого (СИ)

— Отец — закон сына, так было и будет всегда! Вы уедите, а следом и мы к вам присоединимся! Дай Аллах план моего мужа сработает, и мы все вместе, счастливые будем жить на своей земле.
— Эта «испорченная» с нами отправится в Эмираты или как?
Покачав головой и с шумом наполняя легкие воздухом, Румиса уставши, выдохнула, ответив:
— Ты неизменна Айше. Конечно, Ясемин поедет, она же носит ребенка семьи Оглы, да и без неё плану никогда не свершиться. Не расстраивайся моя хорошая, на наших землях Ясемин никто не будет уважать, всё внимание будет твоё, а Ясемин отойдет на задний план как грязное пятно.
Айше засветилась от радости, парируя:
— Тогда я готова подождать!
На террасе за столом сидел господин Серхат, Каан и Демир с Ясемин.
У братьев нет секретов друг от друга, слишком дорожат своей дружбой и поэтому Каан не смог нести на себе тяжелый груз.
— Брат мы можем поговорить? — нервно барабаня пальцами по столу, настойчиво вопросил Каан.
— Прямо сейчас?! — с удивлением задал вопрос на вопрос. — Как-то не правильно оставлять гостя одного.
— Тема щекотливая, ты кое-что должен узнать про отца Азиза! Тянуть нельзя! — с серьезным лицом резюмировал Каан.
— Интересно, — задумчиво изрек мафиози, складывая салфетку пополам. — так расскажи нам всем, чего я еще не знаю про Азиза или разговор настолько личный, что мне в первую очередь нельзя об этом знать?
Двадцатиоднолетний парень потемнел в лице, дыхание его участилось, глаза забегали в панике, и казалось он сейчас, упадет со стула от накалившейся обстановки.
— Расслабься брат, я уже знаю про эту твою щепетильную тему про отца. — наигранно, без нотки интереса признался Демир. — Можешь же ты вводить людей в заблуждение.
— Я вернулся. — присоединился к застолью Азиз.
Серхат улыбнувшись своей внучки, сказал:
— Завтра я свободен, специально оставил все дела, чтобы побыть со своей семьей рядом. Демир приезжайте ко мне, приглашаю вас.
— Обязательно отец Серхат, приедем ближе к обеду. — одобрительно кивнул.
Азиз кинул суровый взгляд на Демира, возражая:
— Не получится! В порту из-за твоего отсутствия накопилось много дел, заказчики ждут товар, мы и так несем убытки! В кабинете тебя ждут неподписанные коносаменты, которые нуждаются в проверке. Ко всему же я назначил на завтра совет директоров, нужно решить важные вопросы.
Серхат недовольно бросив салфетку, стал говорить:
— Что, значит, заказчики ждут товар? Ты хоть понимаешь, что они уже заплатили за ору… — чуть не проговорился при Ясемин, продолжив, — Делами порта в отсутствии Демира, должен был ты заниматься поэтому сам разбирайся с этими проблемами и еще, — властно наказал мафиози, — всю неустойку оплатишь лично со своего кармана. А где ты возьмешь такую сумму, меня не интересует, а деньги стола — это только деньги стола!
Ясемин почувствовала себя лишней и вовсе не хотела находиться в жерле огня.
— Дедушка, вы поговорите, а я пойду к Эдже, пришло время и ей покушать. — попрощавшись с дедушкой, она скрылась за дверью.
— Оставьте нас наедине, выйдите! — приказным гонором закричал Серхат Демиру с Кааном.
Азиз смирно сидел на стуле, Серхат обрушив всю свою ярость, стал спокойней.
— Не успевал я, слишком много обязанностей на моих плечах Серхат. Дай мне время, и я оплачу неустойку.
Мафиози властно приказал:
— Срок тебе — до завтра! Заказчики завтра же должны встречать свой груз с неустойкой в руках! Человек, не справляющийся со своими обязанностями мне в мафии не нужен! — разочарованно пригрозив, Серхат покинул особняк, выйдя во двор.
На улице авторитетный господин заметил Каана и Демира хотел подойти и попрощаться с ними, но услышав весьма любопытный диалог, остановился, скрывшись за деревом.
— Да, Айше сказала, что дядя Азиз отправит тебя в скором времени в Эмираты, где ты займешь место дяди Надира и совершишь по нашим законам никах с Айше!
— Сейчас же пойду и такой им никах устрою… А я-то думаю, почему Ясемин такая задумчивая, вон оказывается, кто виноват!
— Брат, не делай, оставь их. — Каан вцепился и держит за руку Демира, боясь, что прольется кровь отца и сына.
 
— Аллах! Аллах! Дай мне терпения, как могу оставить, когда он так поступает со мной? Что за отец?! Я же много раз говорил ему, что у меня будет одна жена. Отпусти меня Каан, я должен навсегда закрыть эту тему!
— Д-е-м-и-и-и-р! — властно, пьяным голосом зовет Азиз сына, выпивая сбившись какой по счету пьет бокал дорогого абсента.
— Не ходи брат, дядя сильно пьян, снова будет распускать руки! — жалостливым голосом напоминает.
— Каан, котёнок уже давно вырос и даже когти себе отрастил, пора положить конец грубому воспитанию отца.
Серхат ошалел от таких новостей и когда парни вошли в дом, он тяжелой походкой направился к своему служебному джипу, сказав про себя:
— Если гора не идёт к Магомеду, то Магомед идёт к горе.
Усаживаясь на удобное сидение сзади, мафиози отдал приказ одному из преданных ему людей, что работал в доме Азиза.
— Мансур! — позвал он жестом руки.
— Слушаю мой господин.
— Проследи за Оглы старшим, глаз с него не спускай. Хочу знать, какие дела поворачивают за моей спиной! — с подозрением наказал падишах.
Охранник согласно кивнул, и тонированное окно медленно закрылось, и машина тронулась с места, выехав со двора.
Глава 56
Тучи закрыли луну. Безлунная, темная ночь. Двор особняка накрыл густой туман, спустившийся с гор. Говорят: «Пока Аллах спит, он не видит, что делают его рабы». А значит, ночью можно вершить любые дела, не боясь гнева Аллаха.
Демир по зову отца явился к нему. Глава семьи сидел за столом, складывая аккуратно документы, положив их перед собой. Правильным решением будет сначала выслушать отца, Демир меньше всего хотел скандала, хотя и понимал, разговор о поездки и никахе с Айше закончится неудовлетворительным для отца ответом — нет. И это окончательное нет, станет причиной серьезного скандала. Потому как сын пойдет против решения отца.
— Присядь, лев мой! Надо по-поговорить. — пьяным голосом заявляет мужчина.
— Отец, может поговорим завтра на трезвую голову? — предложил перенести разговор.
— Сейчас! — ударил кулаком по столу, подскочив со своего места.
Румиса в это время убирала со стола грязную посуду и от резкого движения мужа, женщина невольно вздрогнула, выронив из рук поднос.
— Мама Румиса, пусть прислуги займутся своими обязанностями, а вы отправляйтесь в свою комнату! — серьезным тоном изрекает.
Поймав неодобрительный взгляд пьяного мужа, Румиса замерла на месте и через несколько секунд продолжила наводить порядок.
Для женщины, закон — муж и без его позволения, она даже дышать не смеет.
Мужчина, за которым всегда лежит последнее слово, медленно подошёл к сыну и положив свою мощную ладонь ему на шею сзади, громогласно прорычал:
— Здесь я решаю, кому остаться, а кому уйти! Когда начать разговор и когда его закончить!
— Убери руку, отец! — Демир стиснул зубы, сохраняя самообладание. — По-хорошему прошу, убери!
— А то что? — вызывающе цедит, сжимая ещё сильнее шею сына притягивая ближе к себе, показывая своё превосходство над сыном.
Всё детство Демир испытывал страх перед отцом, боялся и почитал его. «Гнев отца — часть гнева Всевышнего» такие слова он слышал во время каждого воспитательного процесса заканчивающегося красными полосами по всему телу.
Демир с легкостью вывернулся из захвата, силой оттолкнув от себя отца, что тот рухнул обратно в свое кресло и злорадно рассмеялся во всё горло.
— Щенок! — фыркает он. — Иди, собирай вещи жены и свои, на рассвете вы улетаете на родину! Тебя там уже ждёт Надир, он передаст тебе законное место шейха и отдаст в жёны свою младшую дочь Айше! Мною принятое решение не подлежит возражению! — со стола берёт билеты, на самолет, отдавая их Демиру.
Как только билеты оказались в руках, Демир не задумываясь, порвал их, бросив в потухший камин с уверенностью сказав: