Оглянись в темноте (СИ)

Вернувшись в гильдию, закрыл заявку у дежурного секретаря, не у того, что был с утра; получил свою долю оплаты, не поленился спуститься в мастерскую и оставить там инструмент. В трактир к тетушке Боран, вернулся около одиннадцати, когда веселье там было в самом разгаре.
Вот еще одно маленькое неудобство жизни в таверне, мало того, что всегда на виду, так еще каждый день раньше, чем до двух часов ночи, посетителей не угомонить. Пока не напьются, не споют все застольные песни, начиная от бравурных и залихватских, и заканчивая заунывными и протяжными, только тогда, можно спокойно уснуть. Хотя, я уже привык как-то не обращать внимания на вечный гомон и хриплую брань, старался воспринимать все как белый шум. Наю, так вообще, из пушки не разбудишь.
Дней на пять установились теплые дни, прекратились дожди и заметно потеплело. Как ни странно, но у меня появились еще несколько заказов. На этот раз за городом, на дворе одного землевладельца, который тесно сотрудничал с гильдией. Три дня подряд, я ходил к нему в усадьбу, за пять километров от города. Естественно, пользуясь моментом, что хожу один, внимательно осматривался на местности и даже, осмелев, сунулся в небольшой придорожный лесок. Мне хотелось понять — насколько, природа этого мира, отличается от земного. Особых различий я не видел. Встречались незнакомые травы и деревья, кустарники и какие-то наросты на стволах, но признаться я и в прошлой жизни не был ботаником или юным натуралистом, так что, чувствую, придется заполнить этот пробел хотя бы в этом мире.
Все дело в том, что сырье для очень многих красителей, лекарственных настоек, приправы и даже материалы для рукоделья, можно было найти только вот таким образом. Именно, поэтому, я позволил себе небольшую ознакомительную экскурсию недалеко от города. Ничего путного кроме нескольких озер, которые как оказалось, были ничем иным как системой очистки сточных вод, вытекающих из города, я не нашел. Да и к этим озерам приближаться не хотелось, потому что смрад от них шел отвратительный. Особенно от первого озера, которое расположилось как раз у городской оборонительной стены.
Все это не имело бы никакого значения, если бы не случай, который произошел чуть позже. У тетушки Боран появился очень проблемный посетитель. Цисарийский меняла, который прибыл в город с отрядом личной охраны из десяти хмурых головорезов. Как-то так сложилось, что менялы, у которых собственной гильдии как бы не было, имели тесное сотрудничество с гильдией воров. Такая была и в прежнем королевстве, и у цисарийцев. Не было только в северной империи Нортар, но как-то верится в это с трудом. А гильдия с криминальным наклоном это самая обычная широко структурированная организованная преступная группировка, которая может оказывать серьезное влияние как на городские власти, другие гильдии, так и на аристократию. Сделать с такой группировкой ничего не могли, поэтому вынуждены были приспосабливаться. Менялы, они же ростовщики, традиционно пользовались услугами воровской гильдии, фактически сросшись с ними в единое целое. Как по мне, так та еще проблемка, которую бы следовало как-то устранить.
Так вот, один такой меняла по имени Сезар, прибыл в город по своим делам и остановился в доме своего родственника. Уж не знаю, чем ему приглянулся трактир тетушки Боран, но этот жирный боров повадился наведываться в него каждый вечер. И что самое удивительное, ни один наемник из завсегдатаев трактира не решался что-то возразить этому ублюдку, даже сама тетушка Боран не могла ему перечить. А тот этим пользовался: орал, требовал к себе особого внимания, заказывал какие-то блюда, которые требовалось готовить специально для него, задирал и лапал подавальщиц. Всегда платил только половину, обещая донести остаток на следующий день и, разумеется, забывал об этом.
Я бы тоже не вмешивался, если бы этот хрюндель не посмел схватить Наю случайно проходящую мимо него, усадить к себе на колени и начать с ней заигрывать. Вроде как вежливо, но я видел, как у этого скота заблестели глазки. Я было дернулся, но вовремя вспомнил что, среагировав, выдам себя. Благо сама тетушка Боран подойдя к столу буквально вырвала испуганную девчушку из лап ублюдка и унесла в свою комнату. Сезару такое отношение не понравилось, он что-то грозно пробурчал вслед тетушке, но вскоре угомонился и отвлекся на еду. Не знаю какая муха меня укусила в тот момент, но внутри все буквально вскипело. Меня аж затрясло от приступа ненависти. В тот момент, я во всех красках представил, как расквашу своим посохом его лысую башку. Знаю, что делать этого нельзя. Во всяком случае при свидетелях. Уж слишком узкий получается круг подозреваемых, а случись что, меня от кары ничто не спасет. Нужен был план. Удавить ублюдка очень хотелось, но перспектива оказаться в числе подозреваемых, несколько остужала пыл. Я вертелся без сна почти всю ночь не в силах себя успокоить и придумать какой-то вариант. Наконец решил, что есть один способ отвести от себя внимание и наказать ублюдка.
  
Наступал храмовый день. С самого утра я предупредил тетушку Боран, что пойду за город, к каменоломне. Благодаря секретарю гильдии, я узнал, что совсем недалеко от города есть еще один карьер в котором тоже можно добыть хороший точильный камень. Раньше мне про него не рассказывали, потому что эта каменоломня находилась на частной земле, как раз того самого землевладельца, у которого я работал несколько дней.
Первой предупредил тетушку, что пойду к карьеру на пару дней, путь хоть и близкий, но обтесать камень до нужного размера не пять минут займет. После, собравшись в дорогу, отправился в гильдию и предупредил уже секретаря, что пары дней меня в городе не будет, мол ушел камень добывать.
Не скрываясь прошелся по городу и на некоторое время задержался у западных ворот, как раз возле рынка. Где вежливо поинтересовался у стражи, как бы, между прочим, показав свой жетон наемника — в какое время они закрывают ворота. Хоть прекрасно знал, что после вечернего колокола, но все же получил дополнительное подтверждение.
Миновав ворота, двигался в своем обычном темпе постукивая посохом, но как только оказался вне поля зрения стражи на стене, прибавил шаг.
Часам к пяти вечера прибыл к дому землевладельца Альда, с которым был уже знаком. Приветствовал его и попросил разрешения взять камни для нужд гильдии из его каменоломни. Разумеется, получил одобрение. Карьер хоть и заброшенный, но вполне обустроенный, остались какие-то лестницы, подпорки и тропинки, не заросшие травой и вьюном, которого в здешних краях было довольно много.
До темноты спустился в карьер и принялся искать подходящий камень. Сейчас меня качество камня не особо волновало, вся эта прогулка за город была чистой воды операцией прикрытия и созданием алиби. Взял чуть ли не первый попавшийся булыжник и стал грубо обтесывать его зубилом и молотком.
Как только стемнело, переоделся в старую одежду, которую все равно планировал выкинуть, тут же отправился обратно в сторону города, теперь уже стараясь не попасться на глаза случайным свидетелям.
Ночь, с недавних пор, стала моей стихией. Учитывая тот факт, что в этом мире нет луны, ночи здесь очень темные.
Стараясь держаться подальше от обжитых мест предместья, к полуночи добрался до того самого каскада озер, в которые сливалась вода городских сточных вод. Тут начиналось самое сложное. Сливное отверстие было довольно узким, плюс к этому закрывалось кованной решеткой. Взрослый человек не поместится. Даже мне пришлось неслабо изловчится, чтобы пролезть в узкую щель слива. За решеткой шел обычный сливной сток диаметром около метра. Преодолевая наплывы, стараясь держаться сухих мест, прошел под городской стеной возле западных ворот и осторожно, тихо выбрался наружу из первой же сливной ямы, буквально в одном квартале от рынка. Завтра начинался первый день новой декады. В некоторых домах и трактирах еще слышны хмельные голоса, но улицы уже опустели. Городская стража не отличалась особой дисциплиной. В иные кварталы и вовсе не заглядывает, только центральные улицы патрулируют исправно.