Оглянись в темноте (СИ)

— А если вдруг придется в поход, сдюжишь? Я ведь собираюсь тебя в обозный отряд определить, вдруг кто наймет?
— Если сестренку в добрые руки пристрою, тогда смогу.
— С этим, забот быть не должно, у нас многие старые мастера женаты. Да и бывшие наемницы есть, та же тетка Боран. Найдется кому присмотреть. Ладно, Кайт, даю дозволение. Отведи его к секретарю, пусть все как следует оформит. Как член нашей гильдии, сможешь работать где угодно. Но для начала, я стану тебя нанимать на семь дней декады. А то у нас в арсенале давно пора порядок навести. Мастерская гильдии будет в твоем распоряжении. Ты у нас пока единственный из мастеровых.
Трудно определить ценность мастера, когда не с чем сравнить. То чем занимался Ардум у жестянщика Ривера, помнилось смутно. Но вот оценить работу других мастеров мне представилась возможность в арсенале гильдии. Шедевров оружейного искусства и бронников там было не сыскать. Весь арсенал был запущен, покрылся слоем патины и ржавчины. Некоторые образцы доспехов придется основательно переделывать и исправлять. Я видел объем работы, прекрасно понимал, что нужно сделать, как сделать и, что мне для этого потребуется. Все-таки в прошлой жизни моя трудовая деятельность началась в стенах завода в бригаде слесарей механосборочных работ. Это позже я перешел в отдел снабжения, что только расширило мой кругозор и понимание рабочих процессов и технологий. Сравнивать уровень технического, пусть и среднего, образования из моего прошлого мира и мастерство ремесленников этого, не имело смысла, и это при том, что оборудование мастерской было на довольно высоком уровне. Тут имелись: фасонные и плоские вальцы, винтовой пресс, большие тиски, кузнечный горн, большая закалочная печь, наковальня, самый разнообразный ручной инструмент, с помощью которого, работы сделать можно было много и качественно. Имелся даже станок с крутящимися точильными камнями от ножного привода. Это устройство и вовсе должно облегчить мне работу в разы.
Процесс регистрации в самой гильдии произошел довольно просто. Так как я был неграмотным, все пункты моей карточки заполнял секретарь. От меня требовалось оставить отпечаток большого пальца. В карточку вносилось имя, прозвище (если есть), возраст, дата регистрации, особые приметы и профессия. С моими особыми приметами, которые в обязательном порядке были внесены в личное дело, я мог претендовать только на место в отряде обеспечения. А такие отряды собирались нечасто. Маленькие группы себе такого позволить не могли. Но зато для меня всегда находилась работа в гильдии. Среди обычных наемников, номинально, не существовало никаких рангов и различий. Медные жетоны, всех без исключения, рядовых членов гильдии давали одинаковые права. У глав региональных гильдий жетоны были серебряные, и только у глав столичных гильдий золотые. Цех наемников был надгосударственным образованием, точно таким же как торговцы и церковь. В любой стране, где имелась гильдия, мой жетон принимали без всяких оговорок. Да, наемники обязаны были подчиняться законам той страны, в которой они находились, но и в отношении них были сделаны исключения. Это как раз те вопросы, что касаются ношения оружия и его применения, вопросов торговли и обмена, получения услуг и прочих мелочей. К слову, у гильдии наемников была принята своя вексельная система оплаты труда и выплат по заказам. Свои источники обеспечения, склады, мастерские и прочие средства дохода, как тот же трактир госпожи Боран. Был свой транспорт, корабли и обозы, свои конюшни. Очень крупная структура, разбросавшая щупальца на весь континент.
Выданный мне жетон давал мне право носить оружие, совершать торговые сделки и оказывать услуги, не противоречащие закону государства. Проще говоря: закрывал мою проблему с разрешением работы на рынке. Да, еще господин Морот, в качестве жеста доброй воли и поддержки, позволил мне пользоваться инструментарием мастерской и в личных целях. Именно в этот момент, я даже не увидел, а почувствовал, что сам глава гильдии рад тому, что смог затащить к себе мастера, хоть пусть пока и темную лошадку.
  
С этого дня, дела стали уверенно налаживаться. За работу в арсенале гильдии мне платили два серебряных в декаду, это двести полных медных монет. Плюс к этому, стали обращаться наемники с просьбами на ремонт снаряжения и на заточку. За это я взялся, только после того, как навел в мастерской порядок и разобрался с оборудованием, проведя некое подобие инвентаризации.
Посещать рынок я не перестал, но теперь все больше торговал готовыми ножами. Как мы и договорились, на арсенал гильдии я стал работать семь дней в декаду, а три неполных дня, включая храмовый, тратил на свои интересы.
Что забавно, хозяйка трактира госпожа Боран, как только узнала, что я вступил в гильдию, тут же буквально в приказном порядке потребовала от нас перебраться в ее таверну. Комнатка, что она была готова предоставить в наше распоряжение, была чуточку меньше той в которой мы жили на чердаке, но зато без хлопот. Не нужно было топить. Также имелась купальня и прачечная, да и кухня круглые сутки под боком. За постой просила всего пять монет в декаду, да и эти деньги, похоже брать с нас не собиралась, потому что, когда увидела новое платье Наи, щедро расшитое самодельными кружевными лентами, заказала сестренке такие же кружева всем своим кухаркам и подавальщицам. Учитывая габариты некоторых матрон, такого кружева на их передники и чепчики потребуется погонный километр. Так что Ная будет обеспечена рукодельем на долгие недели.
Прошла всего декада с того момента, как наемник Кайт, привел нас в гильдию, а я уже успел немного освоиться и самую малость успокоиться и наконец облегченно выдохнуть.
Теперь каждое утро у меня начинается довольно однообразно; я встаю еще затемно, иду на кухню помогать таскать дрова и набирать в котлы воду. Помогаю мыть и чистить овощи, отмывать обеденный зал к наплыву новых посетителей. После этого, буквально полчаса трачу на зарядку и иду мыться в купальню. Ничего особенного, но кадка теплой воды, простенькое мыло, позволяли привести себя в порядок. К этому времени уже был готов завтрак. Кухарки и госпожа Боран кормили нас с Наей как заботливые тетушки. После завтрака, я сам шел в мастерскую гильдии или на рынок. Ная оставалась в нашей комнате, в тепле и уюте заниматься своими кружевами. Нельзя сказать, что ей это сильно нравилось, но она прекрасно помнила те несколько дней после осады города, когда она осиротевшая, почти раздетая, брошенная на произвол судьбы бродила по городу в поисках куска хлеба и защиты, поэтому по-взрослому бралась за работу, не желая повторения подобного. Я тоже понимал, что сейчас должен сделать все, чтобы суметь себя показать; да, в некотором смысле, я понес репутационные потери в глазах многих обывателей, вступив в гильдию наемников. В моем прежнем мире такое сообщество называлось — организованная преступная группировка. Ну и плевать! Зато обрел устойчивую почву под ногами и отвадил от себя всякий прочий мелкий криминал, который прежде мог покушаться на меня без опаски. Теперь так просто это не получится. Данное мне при знакомстве громилой Кайтом прозвище «мастер ножей», очень быстро ко мне прилипло. За пару дней рынок, и как следствие весь город, узнали, что я стал членом гильдии наемников. Все прекрасно понимали, что вовсе не за боевые качества, а как перебежчик от цеха ремесленников. Чем, кстати, еще больше разозлил оружейника. Но простому горожанину проблемы оружейника как-то до фонаря, а вот слепой мальчишка, точильщик ножей, понятней и ближе. Скромный, чистый, любезный, всегда качественно делающий свою работу за скромную плату. Народную молву не обманешь. Саяр хоть и столица, но все равно небольшой городишко с населением, всего, тысяч в двадцать.
Наступила осень. С того дня как я стал членом гильдии шла уже четвертая декада. Сегодня у меня был важный день, отчет перед главой гильдии. Неформально осень считалась завершением сезона. С наступлением холодов заказы на наемные отряды снижались до минимума. В это же время начиналось подведение итогов. Главы отрядов, отделов, и служб отчитывались перед главой за проделанную работу и подводили итоги сезона. Я единственный числился в отделе обеспечения и, так получилось, что фактически стал ответственным за эту сферу, и теперь должен был на этом основании отчитаться за проделанную работу.