Имперский Курьер. Том 4 (СИ)

Пророческий глаз среагировал как-то странно. Пацан точно не одаренный, на нем нет никакой защиты. Однако глаз выдает по ему будущему однозначный вердикт. Он мертв. В том смысле, что он уже мертв.
Я даже предположил бы варианты живого трупа, нежити, одержимого вместилища и много иных. Да только вот мой глаз реагирует лишь на живых существ. То есть я видел будущее живого человека и в этом будущем он уже был мертв даже к настоящему моменту.
  
— Бессмыслица какая-то, — пробормотал я, снова коснувшись парня.
— А его обязательно щупать? — покосился на меня Яр.
Не обращаю внимания, продолжаю щупать незнакомцев. Вторая странность в том, что я его знаю. Он не просто кажется мне знакомым, а именно узнаваемым. Мы точно где-то встречались, но я не могу вспомнить где и когда. Что само по себе невозможно, так как парень, судя по всему, был лет восемьдесят заперт в бункере, а самому ему на вид лет двадцать.
И к тому же на что, на что, а на память я не жалуюсь. Да, я могу спокойно забывать маловажную информацию, чтобы не перегружать мозг. Но если когда-нибудь мне эта информация понадобится, я легко ее вспомню. Именно этим я сейчас и занимался.
Я вспомнил лица всех культистов, которые присутствовали при моем появлении в этом мире. Могу нарисовать каждого в масштабе один к одному. Вспомнил вкус и цену последней купленной шаурмы, а также в каком положении было солнце в тот момент.
В общем, я вспомнил много разных деталей, просто чтобы убедиться, что с мозгами все в порядке и они работают как надо. А вот парня вспомнить не могу. Голова начала гудеть от напряжения, и я решил пока отступить.
Пока Ярик заканчивал с братом, мы немного оглядели другие помещения, но не нашли ничего интересного. Комнаты с оборудованием, личные комнаты, склады с одеждой и продовольствием, склады с техникой и запчастями. Много чего.
Все новое, но… старое. В том смысле, что все эти вещи были из другой эпохи, но произведены будто бы недавно.
Нашли и склад тел. Свежих, в белых халатах, с множеством пулевых ранений. Ублюдки стреляли в упор, очередями, в том числе и в спину убегающим. А потом стащили всех в одно место.
Когда вернулись, к тому времени уже и парня вытащили из его камеры, усадили на стул, дали воды и что-то вкололи. Взгляд у паренька стал мутным, но хоть трястись перестал.
— Григорий, — представился он, почти не запинаясь.
— Хорошее имя, — кивнул я. — Может расскажешь для начала, что здесь случилось?
— Работали как обычно, — произнес он. — Деталей сказать не могу, это сверхсекретный проект.
— Так мы в курсе. Да, Елена? Это княжна Юсупова.
— Юсупова? Простите, на слово не поверю.
Девушка молча достала и надела перстень с гербом, который тут же заискрился, подтверждая кровь.
— Не знал, что у князя есть дочь. Простите, что не поверил. В общем, мы работали как обычно, а потом…
Начала твориться Хахавщина какая-то. Со слов парня, у них «внезапно» вышли из строя большинство воздуховодов. А когда они решили подняться наверх и проверить, то оказалось, что вход перекрыт вторым затвором, которого раньше не было. И они тут замурованы.
Отправили сигнал помощи, а затем пришли эти ребята в масках и просто начали всех расстреливать. Молча.
Григорий спрятался в кабине фильтрации, так как она была самым надежным местом. И пока открыта одна дверь, вторую открыть было невозможно. Вот и он так думал. А когда наемники уже хотели было выплавить себе проход, появились мы.
— Есть предположение, что им было нужно? — спросил я прежде чем Елена успела вмешаться.
— Прототип, очевидно.
— И где он?
Григорий посмотрел в сторону покореженной двери, за которой он прятался все это время. Большего мне и не надо. Скачок и я уже внутри, прежде, чем кто-то успел меня остановить.
Камера вела в зал еще больших размеров, нежели предыдущий. По обе стороны, за толстыми стеклами я увидел проходы, перекрытые мутной пеленой. А вот внутри, за ними… Это что-то невероятное.
Я смотрел на живую кошку в вольере. Обычную кошку, которая перемещалась с огромной скоростью. Будто бы я смотрел фильм на ускоренной в десять раз перемотке.
Подошел к следующему отсеку и увидел, кто бы мог подумать, крабов, которые увеличивались прямо на глазах, вымахивая до полуметра в высоту, а затем словно бы замирали.
Еще за одно перегородкой было темно, но я чувствовал, что внутри находится что-то очень старое и это явно было не живое существо.
— Пространственно-временные карманы, — пояснил Григорий, зашедший следом. — Локализованные. Технология такая же, как в пространственных артефактах вроде колец. Только там объекты находятся в стазисе, а мы совершили прорыв и смогли запечатать само время.
— Вы идиоты, — прошептал я с ужасом. — Пожалуйста, скажи, что вы не научились отправлять ничего и никого в прошлое.
— Мы пытались, но в этой области пока не было успехов.
— Слава Амберу, — прошептал я.
Вот только темпорального парадокса этому миру и не хватает. После такого уже ни один Курьер не поможет. Заигрывать со временем нельзя. Одно дело — заглянуть в будущее, ведь это мягкая материя. По сути, это даже не будущее, это результат анализа, произведенный на метафизическом уровне.
И совсем другое — пытаться изменить прошлое. Теоретически это возможно и у нас даже есть подтверждения тому, что некоторым Курьерам это удавалось. Они перемещались в прошлое, а потом мы находили мертвые миры, в которых они находились в момент перехода. Словно сам Поток Бесконечного Древа пресекал любую попытку вмешательства в то, что уже было создано и прошло свой путь.
Мой пророческий глаз может смотреть как в будущее, так и в обратном направлении. Заглянуть можно. Что-то большее — табу. Нужно все здесь уничтожить. Стереть под корень, сжечь, закопать как можно глубже. Ничто из этих экспериментов не должно оказаться на поверхности.
Вот только…
Я обернулся и посмотрел на остальной отряд. На Свята, которому идти помогал Ярослав, на Костю, с любопытством разглядывающего носящуюся во все стороны кошку. На Елену…
Чтобы им не приказали отсюда вынести, я не могу позволить этого сделать…
— Надо все здесь взорвать, — произнесла Елена, разглядывая кошку.
— Что прости? — мне показалось, что я ослышался.
— Эти технологии слишком опасны и непредсказуемы. Никто не должен владеть таким. Ты сам видел того краба? А представь, если в такую камеру поместить вирус и дать ему возможность эволюционировать, мутировать, подкидывая жертв. Сколько реального времени потребуется, чтобы создать что-то неубиваемое? День? Час?
— А как же тайны рода? — улыбнулся я.
— Тайны рода останутся тайнами рода, — отрезала она. — Но я не собираюсь добавлять новых, со своими никак разобраться не можем. Что ты так улыбаешься?
— Просто ты только что стала еще более красивой, — усмехнулся я и пошел дальше по коридору. — Григорий. Я правильно понимаю, что весь бункер также находился в темпоральной клетке? Или как ты там ее назвал.
— Пространственно-временной карман. Да, бункер был изолирован. Это должно было ускорить наши исследования относительно остального мира. Инсектоиды грозят уничтожить мир, счет идет на месяцы, а может и недели. Неизвестно, как долго мы сможем сдерживать их внутри Красноводска.
— Инсектоиды уже остановлены. Кстати говоря, они заполонили гораздо большую площадь, а от Красноводска только руины остались.
— Уничтожены? Уже? Как? Совсем недавно это было невозможно.
— Григорий, какой, по-твоему, сейчас год? — уточнил я.
— Не знаю. Время в бункере течет иначе, к тому же нестабильно. Я живу тут уже пять лет, я был самым молодым ученым, привлеченным к работе. То есть для вас прошло скорей всего от трех до пяти месяцев.
— Ваша пространственно-временная хреномантия, то есть хрономагия, работает неправильно. Вы явно где-то ошиблись или что-то не учли. Не хочу тебя расстраивать.
Парень сглатывает.
— Так какой сейчас год… снаружи?..