Спасите меня, Кацураги-сан! Том 18 (СИ)

Он ответил коротким кивком, затем перевёл взгляд на своего охранника и жестом попросил его удалиться.
— Но, Тэнно-хэйка… — решил воспрепятствовать приказу императора охранник.
— Не волнуйтесь. Я уверен, что Кацураги-сан не представляет для меня опасности, — с нездоровым придыханием произнёс Ацухито. — Мы должны поговорить наедине.
Странно. С ним явно что-то не так. «Анализ» автоматически не активируется, но интуиция подсказывает, что император болен.
  
Когда охранник покинул комнату и закрыл дверь с той стороны, Ацухито указал на кресло и произнёс:
— Присаживайтесь, Кацураги-сан. Благодарю, что так быстро ответили на мой зов.
Располагаясь в кресле, я заметил необыкновенную ауру вокруг императора.
Чёрт подери, а ведь легенды не врут. В нём определённо есть крупицы жизненной энергии Аматэрасу. Ощущение практически такое же, как и в её храме. А я, честно говоря, не верил, что эта династия относится к её прямым потомкам. Уж слишком это походило на красивую легенду.
— В первую очередь хочу вас поздравить с победой в соревнованиях, Кацураги-сан, — произнёс император. — А также хочу перед вами извиниться.
— Извиниться? — удивился я. — За что?
Не каждый день приходится слышать нечто подобное от императора.
— Я должен был торжественно вручить вам медаль. Причём дважды, — заявил он. — В декабре прошлого года вы защитили всю верхушку правительства Токио от биологического террориста.
Да уж, историю с бывшем мужем Сайки забыть сложно. Томимура Ичиро чуть не заразил какой-то дрянью половину Токио. Хорошо ещё, что у него в руках не оказалось «Фебрис-12». С прежним уровнем сил я вряд ли смог бы остановить зарождающуюся эпидемию.
— Я должен был лично признать вас героем Японии, — произнёс император. — Но меня подвело здоровье. Поэтому медаль вам передали другие люди. То же самое случилось и в этом месяце. Я собирался наградить победителя за победу в соревновании. Ваша медаль за заслуги в сфере здравоохранения Японии здесь, — Ацухито указал взглядом на стол. На нём лежал футляр, в котором, как я понял, и находилась медаль. — На этот раз у меня получилось вручить её вам лично, но, к сожалению, не прилюдно.
— Это — мелочи, — ответил я. — Слава меня интересует меньше всего. Благодарю за поздравления. Для меня это большая честь, Тэнно-хэйка.
Я взял коробок с медалью, исполнил короткий поклон и положил награду в свою сумку. Но я прекрасно понимал, что вручение медали — это не главная причина приглашения меня во дворец. Ацухито уже намекнул, почему я на самом деле здесь оказался.
— На самом деле я был одним из инициаторов этого соревнования. У этого мероприятия было две задачи, — откашлявшись, произнёс император. — Первая — стимулировать работу частных клиник и обнаружить лучшую среди них, чтобы министерство здравоохранения знало, куда направить поток из своего бюджета. Вторая же задача — найти человека, которому я смогу доверить свою жизнь.
Теперь понятно, к чему ведёт этот разговор. Мне уже доводилось переживать нечто похожее в Российской Империи. Теперь я добрался до того же уровня ещё и в Японии.
— Я искал врача, который сможет на постоянной основе консультировать меня и мою семью, — объяснил Ацухито. — В прошлом году я столкнулся с болезнью, которая поставила в тупик моего личного врача. Он потратил три месяца на то, чтобы помочь мне, но у него ничего не вышло. В итоге он изъявил желание уйти. И я не стал его держать.
Понимаю, почему этот врач так поступил. Решил поступить почти как настоящий самурай. Правда, в феодальной Японии лекарь бы вскрыл себе брюхо. А этот просто уволился.
— Я сразу заметил, что у вас до сих пор сохраняются проблемы со здоровьем, — произнёс я. — Почему вы не обратились в клинику, Тэнно-хэйка?
— У меня нет возможности часто покидать этот дворец, — ответил он. — Тем более, снаружи может быть опасно. В последнее время у меня появилось слишком много недругов, которые могут устроить покушение. Особенно в стационаре. Сами понимаете, как легко подменить какой-нибудь препарат или подкупить врача, чтобы нанести вред одному из главных людей нашего государства.
Год назад я бы с ним поспорил, но после всего, что я увидел, работая в местных клиниках, все вопросы у меня уже давно отпали. Если уж даже заместитель министра культуры чуть не устроил теракт с использованием биологического оружия, то чего говорить о падких на деньги сотрудниках больниц? Далеко не каждый врач пойдёт на такое, но, к примеру, тот же Хирата Аой… Запросто.
В Японии этого мира до ужаса много вероломных людей.
— Вы хотите, чтобы вас осмотрел я? Но в таком случае напрашивается вопрос, а почему вы доверяете мне, но не доверяете другим врачам? — спросил императора я.
— Кацураги-сан, я в курсе, что угрожало нам последние несколько месяцев. И знаю, чем вы занимались в России во время своей командировки. «ВОЗ» не скрывало от глав государств угрозу пандемии, — заявил Ацухито. — А если учесть и все ваши предыдущие заслуги, напрашивается вопрос… Кому тогда доверять, если не вам?
— В таком случае я готов помочь, Тэнно-хэйка, — кивнул я. — Расскажете о своих симптомах?
— Подождите, я ещё не договорил, — произнёс Ацухито. — Главное условие, Кацураги-сан. Думаю, оно вас замотивирует. Если вам удастся решить мою проблему, вы можете стать личным врачом императорской семьи. Не беспокойтесь насчёт своей клиники — много времени мы у вас отнимать не будем. Просто иногда будете нас консультировать. Семья у меня небольшая. Только я, моя жена, мой младший брат со своей супругой и их дети. Всего лишь шесть человек.
Тут и думать не стоит. Это — шанс на миллион. В своих силах я не сомневаюсь. Если потребуется, смогу помочь семье императора с любыми заболеваниями. Плюс ко всему это даст мне дополнительные возможности.
Когда-то основатель моего рода — Манасэ Досан — лечил императоров и сёгунов. И теперь я могу сделать то же самое. Возможно, именно к этому меня вели все эти артефакты и встречи с богами. Не только к победе над «Фебрис-12».
Если вдуматься, до начала войны с супер-вирусом я сомневался, стоит ли мне оставаться в Японии. Но вскоре мы с Сайкой поженились, зачали ребёнка, я вернулся в Россию и понял, что она сильно отличается от той страны, в которой я жил когда-то.
И всё это время меня направляли Манасэ Досан и Аматэрасу. Теперь всё выглядит так, будто все предыдущие события направляли меня, чтобы в итоге я оказался здесь — перед императором Японии.
Если я стану его личным врачом, мне больше не придётся беспокоиться насчёт условий, в которых живут члены моей семьи. Совмещая управление клиникой и лечение потомков Аматэрасу, я получу достаточно власти, чтобы восстановить орден лекарей и начать новую династию Кацураги, члены которой всегда будут бороться за здоровье населения.
— Я согласен на ваше предложение, Тэнно-хэйка, — кивнул я.
Император впервые за весь наш разговор улыбнулся. Только улыбка его была болезненной. Поначалу я думал, что он не стал вставать с кресла и кланяться, потому что считал этот жест ниже своего достоинства. Но теперь я понимаю, что ему даже передвигаться трудно. Не знаю, каким его состояние было год назад, но сейчас Ацухито рискует в любой момент оказаться в могиле.
— В таком случае приступим. Вряд ли вы захватили свои инструменты, Кацураги-сан, но мы это предусмотрели, — произнёс Ацухито. — В верхнем ящике стола, что стоит позади вас, находится всё, что может вам пригодиться. Я попросил слуг закупить все инструменты. От фонендоскопа до неврологического молоточка.
  
Я молча кивнул и направился к столу. Правда, инструменты мне всё равно не пригодятся. Я буду использовать их для отвлечения внимания, как и всегда. Тем более, у многих врачей существует негласное правило пользоваться только своими инструментами. В основном это касается фонендоскопа. Органы слуха привыкают к одному конкретному инструменту и его мембране. Переходить на новый инструмент сложно, поскольку тренированный мозг начинает испытывать дискомфорт, улавливая совсем другие тональности.