Женаты против воли (СИ)

— Что значит зачем, Айрин? — отставляя чашку на столик, возмутилась матушка. — Ты же вчера не вышла на ужин, а мальчик ждал.
— Питер давно не мальчик, мама. И я не вышла, потому что плохо себя чувствовала, — напомнила ей.
— А сегодня тебе резко полегчало, раз ты рано утром помчалась на пляж без сопровождения.
— Наверное, это стресс. Ты же тоже очень быстро излечилась от мигрени.
— Это неважно, — отмахнулась она, быстро возвращаясь к главной теме разговора. — Питер придет на обед, и ты будешь присутствовать. Ты поняла меня, Айрин?
— А я не отказываюсь, — допив чай, ответила я и встала. — Обязательно буду.
— Прими ванну и приведи себя в порядок. Надень то платье... красивое.
— Мам, они у меня все красивые.
— То синее, с бабочками.
— Снова? — усмехнулась я.
— Ох, нет, ты в нем уже была. Значит, лиловое, с цветами. Я пришлю к тебе кого-нибудь, чтобы помогли привезти в порядок твои волосы.
Спорить с матушкой было бесполезно.
— Хорошо.
— Что-то ты быстро со всем согласилась, — тут же насторожилась она. — Ты что-то задумала, Айрин?
— Нет, я ничего не задумала. Не переживай, с обеда сбегать я точно не стану.
Я действительно готова была поговорить с Питером. Тем более что мне было что ему рассказать.
Глава 11
Айрин
— Питер, ты уже видел наш сад? — спросила я, бросив выразительный взгляд на молодого мужчину.
После сытного обеда мы вышли на крытую, залитую ярким солнечным светом террасу, где нас ждал столик, плетеная мебель и холодные напитки.
Мужчина удивленно посмотрел на меня, пытаясь понять, чем вызвано данное заявление, и кивнул.
— Видел. Ты же сама мне его показывала пару дней назад.
— Ах, это же было вечером, — отмахнулась я, краем глаза наблюдая за матушкой, которая жадно ловила каждое наше слово. — Днем он совсем другой.
— Неужели?
— Да. Я бы с удовольствием тебе показала, если мама, конечно, не...
— Не против! — перебила она меня. — Совершенно не против. Думаю, это отличная идея — показать наш небольшой садик в свете дня. Айрин права, он выглядит совершенно иным. И у нас зацвели кусты роз. Такие чудесные ароматы.
— А ты к нам не присоединишься? — невинно спросила я.
— Ох, нет. Вам намного лучше будет вдвоем. Я ведь могу доверять тебе, Питер? — родительница перевела взгляд на мужчину, пытливо его изучая.
— Разумеется.
Подойдя к мужчине, я тут же взяла его под руку, не забывая при этом широко улыбаться. Оставалось надеяться, что матушка поверит.
— Что случилось? — спросил Питер, стоило нам только выйти из дома и направиться по узкой дорожке к небольшой беседке, увитой зелеными лианами.
— Не здесь.
— Значит, действительно что-то случилось.
— Ты не поверил в честность моих намерений?
— Ни на секунду, — хмыкнул Питер. — Но мне нравится, когда ты рядом...
Его ладонь накрыла мою руку и слегка сжала.
Только когда мы скрылись от любопытных глаз в тени беседки, я отпустила его руку и сразу же отошла в сторону.
— Кое-что произошло, — издалека начала я. — И ты должен об этом знать.
— Ты рассказала главе о произошедшем?
— Нет. А ты?
— Нет, я же обещал, что помогу тебе выкрутиться.
— Это будет сложнее, чем ты думаешь.
— Что ты имеешь в виду? — тут же насторожился Питер.
— Случилось нечто важное, — уклончиво ответила я, присаживаясь на одну из скамеек.
— Когда? Вчера? Твоя матушка что-то заподозрила?
— Нет, дело в Хоторне.
Оказывается, это сложно — взять и во всем признаться. Особенно когда знаешь, что неправа и совершила глупость.
— Я встретила его сегодня утром.
— Хоторна? — уточнил Питер, наблюдая за мной.
— Да.
Смотреть на него было тяжело, поэтому я сделала вид, что изучаю узор на подоле своего платья.
— И где же ты его встретила?
— Сегодня на пляже. Мы вместе купались.
 
«...и завтракали... а еще разговаривали...»
— Что вы делали? — переспросил Питер.
Я его прекрасно понимала, сама с трудом верила в то, что произошедшее утром мне не приснилось.
— Купались. Это вышло случайно. Я пошла на пляж рано утром, и он тоже решил искупаться в одиночестве. Мы встретились, и... вот. Ну не стала бы я от него убегать с криком: «Спасите, помогите!» — это выглядело бы странно.
— Ты могла бы просто уйти.
Я все-таки рискнула взглянуть на бывшего жениха.
Не злился, скорее был встревожен, пытаясь понять, чем произошедшее может обернуться для нас обоих.
— Нет, не могла. Я уже нырнула, а он только вынырнул... — Чем больше я говорила, тем больше путалась. Поэтому и закончила быстро: — Все сложно, Питер.
— Ты ему сказала, кто ты?
— Нет, конечно. Для Хоторна я твоя невеста и мы любим друг друга.
Мужчина удовлетворенно кивнул и даже слегка расслабился. По крайней мере, складка меж бровей разгладилась, а уголки губ приподнялись.
— Если так, то почему ты так переживаешь?
— А ты не понимаешь? — Я поднялась и принялась ходить по беседке туда-сюда. — Все слишком запуталось. Мы... я погрязла в этой лжи и теперь не знаю, как выпутываться. Что будет, когда встретимся? Когда Хоторн узнает, что я его жена и все это время лгала, притворяясь другой?
— Рано еще об этом думать, Айрин.
Я тихо и нервно рассмеялась:
— Рано? Осталось всего несколько месяцев до моего совершеннолетия. Сомневаюсь, что она за это время забудет ту Монрей, которая пошла против системы. Боги, мы сами загнали себя в ловушку.
— Не преувеличивай. Мы...
В следующую секунду над городом пронесся тихий, едва слышный звон, заставивший нас замереть и прислушаться.
— Питер, — прошептала я, чувствуя, как внутри все холодеет от ужаса.
— Оставайся здесь! — резко приказал он, направляясь к выходу из беседки.
— Питер, это же...
Я бросилась следом за ним.
— Прорыв. Снова. Где-то над нами трещина, — бросил мужчина, спускаясь по ступенькам.
— Но это невозможно.
— Выходит, что возможно.
Питер вдруг обернулся, сделал шаг ко мне и схватил за плечи, заглядывая в глаза.
— Оставайся здесь.
— Что?
— Айрин! Ты останешься здесь, поняла меня? Я запрещаю тебе приближаться к трещине. Ясно?
— Да, — нехотя прошептала я.
— Пообещай мне.
— Обещаю...
Питер снова глянул на меня, а потом вдруг резко подался вперед, впиваясь в губы в коротком и болезненном поцелуе.
— Я вернусь, — пообещал он и ушел, оставив меня одну.
А над нашими головами звенела новая трещина.
***
— Айрин! Айрин!
Путаясь в складках дорогого платья, с перекошенным от страха и ужаса лицом, по узким тропинкам, маневрируя между кустами, бежала матушка.
— Айрин! — снова взвизгнула она, остановившись на мгновение. — Где ты?! Айрин!
— Мама, я здесь, — отозвалась я, выходя наружу и спускаясь по ступенькам беседки.
Выглядела мама ужасно. Длинные пряди высвободились из аккуратной прически, падая на лицо. Видимо, часть шпилек потерялась из-за быстрого бега.
Глаза сверкали, на лбу выступил пот. И я хорошо видела, как билась жилка на ее висках.
— Боже, милая. Я так испугалась! — воскликнула она с облегчением и тут же подбежала ко мне, хватая за руки, словно от этого зависели наши жизни.
— Я тут, не переживай.
— А Питер? Где он?
— Питер ушел. Ты же слышишь. Снова прорыв, — отозвалась я и вздрогнула, услышав очередной треск.
«Слишком громко».
Почти сразу же зазвонил колокол, сообщая о новых неприятностях. Кажется, сейчас должно быть выступление мэра. Совсем как пару дней назад.
 
— Кошмар. Ужасное место, просто ужасное. Никогда больше сюда не вернусь! — решительно заявила матушка и потащила меня к дому. — Вот только все закончится, и мы вернемся домой. И ты шагу не ступишь оттуда до совершеннолетия. Столько прорывов за такой короткий срок. Ужасно!